– А бродячие племена?
– Ты еще не понял? Их загнали в особые рамки, – зло усмехнулся я. – Они выполняют роль своих далеких-далеких предков-собирателей. Как там их классифицируют в забытой нами древней истории? Гоблин умелый?
– Человек умелый, – снова подал голос Хорхе, слушающий меня крайне внимательно. – Хомо Хабилис.
– Здешние бродячие племена… мы видели их скарб, их вооружение, их быт. Они почти не готовят пищи на огне. Они нигде не задерживаются. Они живут собирательством и мелкой охотой. Жрут плоды, корни, насекомых, убивают крыс и мелких свиней. Эти бродячие племена вошли в свою биологическую нишу – их туда втиснули. И это пошло на пользу природе… Уверен, что попытайся они осесть… да вы и сами знаете, что произойдет, когда бродячее племя, устав жрать тараканов, мокриц и подгнившие фрукты, вдруг решает осесть где-нибудь в заброшенном городе. Да, Хорхе?
– Знаем, – с тяжелым вздохом кивнул бывший консильери. – По их души явится системный силенсиозо ассасин.
– Да не особо он молчаливый, – рассмеялся я, закрывая флягу. – Да. Система не любит, когда вонючие гоблины вдруг пытаются сами решать свою судьбу. Бродячие должны бродить. Ломающие бетон – должны ломать бетон. Никакого размножения – за редким исключением. Никаких посягательств на святую природу. Раньше весь мир жил на благо гоблинов. А теперь все наоборот. Каппа…
– Да, лид?
– Если вспомнишь что-то из старых времен – что-то связное и полезное, а не просто личное – сразу рассказывай.
– Да, лид.
– Тебя это тоже касается, Хорхе.
– Да, босс!
– Что мы имеем, бойцы? – встряхнув головой, я поднялся на ноги и ткнул рукой в колоссальный Олимп на туманном от джунглевых испарений горизонте. – У нас есть раздутый, вздувшийся и готовящийся смачно так лопнуть гнойник. И заразы в этом гнойнике столько, что она быстро захлестнет здесь все вокруг. После чего сюда явятся силы глобальной системы и начнется массовое выпиливание выбравшихся наружу гоблинов.
– Олимп лопнет? – Каппа задумчиво смерил гигантскую гору долгим взглядом. – Это произойдет. Да. Но нескоро.
– Нескоро, – кивнул я. – Если не случится какого-то форсмажора. Но нам туда надо. Там мое мясо. Обученное, ждущее драки мясо. Там наша техника, оружие, боеприпасы. Все это можно раздобыть и здесь, но все же…
– Все это можно раздобыть и здесь, – повторил мои слова мечник. – Может, ты просто хочешь увидеть наших?
– А хрен его знает, – откровенно признался я и стукнул себя ладонью по шлему. – После той заварушки в операционной многое перемешалось и пока не вернулось на место. Давай по фактам, Каппа. Что мы имеем под землей? В тех транспортных артериях.
– Одна из них точно шла к Франциску II. Вторая тянулась к Формозу – и тянулась в ту сторону. Ведущие к Формозу стальные ворота заблокированы, что с коридором за ними – неизвестно. – перед тем как начать доклад Каппа подскочил и вытянулся, но я злым жестом заставил его вернуть жопу на теплый камень старой стены. – Проход, ведущий в сторону Олимпа, обрушен. Там сдетонировало немало взрывчатки. Смысла в раскопках не вижу.
– Как и я, – кивнул я, вспомнив тонны сдавленной земли. – Нет смысла копать километры и километры, если раскопки можно начать рядом с Олимпом. Формоз…
– Тот проход также наверняка завален.
– Зато мы знаем, где этот проход кончается, – я повернулся к тому участку джунглей, на который смотрел в самом начале этой беседы после почти завершенного патруля. – Там река. Большая река.
– Рио Рохо, – на этот раз поднялся Хорхе. – Да, лид. Там широкая река с красноватой мутной водой. Течение медленное. Река глубокая. Прямо глубокая.
– Продолжай.
– Берега почти непроходимые – джунгли, речные заросли. Там хаос. Но если двигаться водой – пройти можно по почти всей протяженности реки.
– Сведения точные?
– Да, лид. Там обитают речные бродячие племена. Тут в ВестПике есть несколько выходцев из тех племен. Они и рассказали. Я люблю разговаривать и умею слушать.
– Что еще узнал? Что-нибудь слышал про большой речной порт? Вряд ли он скрыт целиком. Скорее, замаскирован под что-то обычное, но с тайным подводным подходом. Нет смысла копать подземные проходы, если груз не тайный. Проще отправить все беспилотниками или автопоездом.
– Там много руин. И туда не суются. Мать не любит. Один раз увидит слишком близко от любых развалин…
– И тебя сожрет боевая пантера.
– Или водная лошадь. Или обезьяна. Да, лид. Там много наказаний. И речные люди боятся. Но руин на берегах хватает. А вон там, – Хорхе указал как раз на тот участок джунглей вдали, под которыми должен был проходить виденный нами подземный проход, – там большие бетонные руины. Разваленные. Про них говорили много, хотя я не спрашивал.
– Почему?
– Потому что там живет дракон, – изумленно квакнул Хорхе. – На участке джунглей вокруг тех руин. И речные люди, проплывая на своих плотах и островах мимо, стараются держаться вплотную к противоположному берегу. Дракон злой. И любит жрать людей.
– Охренеть, – рассмеялся я. – Просто охренеть. Как он выглядит?
– Не знают, лид. Но его часто слышат – он ревет. И он такой сильный, что легко валит огромные больные деревья.
– Ладно… – кивнул я. – Ладно… Похоже, мы только что определились, чем займемся во время отпуска.
– Мы следуем за тобой, лид, – торжественно кивнул Каппа.
Поморщившись как от зубной боли, я тяжко вздохнул:
– И в Чикурин тоже бы заглянуть надо. Информация. Нам нужно больше информации. Хорхе. Активизируй свою говорливую жопу. Общайся дни напролет. Угощай всех мескалем. Собирай их сраные легенды, выдумки, россказни, слухи.
– Сделаю с радостью, лид. Вечером и займусь.
– Поздним вечером, – поправил его я, глядя со стены вниз, где рядом со следовавшим за нами внедорожником терпеливо дожидался Камино.
Я не собирался оставлять машину с экзами без присмотра. Пусть система получила там глаза… этого мало, чтобы я доверил Ночную Гадюку ее присмотру. Равно как Глефу и самое ценное из нашего имущества. Хотя бы потому, что обозленная моим сопротивлениям та, другая система могла нанести удар в любой момент.
– Вечером нас ждет хорошая такая тренировка, – добавил я. – Готовьтесь, гоблины. Мало никому не покажется.
– Можно вопрос, лид?
– Спрашивай, Каппа.
– Зачем нам Формоз?
– Наш нужны точные координаты каждого из этих мирков-опухолей, – ответил я и взглянул вверх. – А еще нам нужен летающий транспорт. Формоз… если к нему ведет водная дорога, то есть шанс, что этот мир где-то неподалеку в океане.
– И что это нам дает?
– А то, что помню я далеко не все, но кое в чем уже уверен – все это дерьмо началось в океане. Весь Атолл Жизни был создан на настоящем умирающем атолле, что находился где-то в теплых водах неподалеку от побережья. Это сердце. Место, которое обладает особой важностью для Первого.
– Такое место не оставят без присмотра…
– Верно. Оно особо важно для него. Критично важно.
– Почему?