Костя радостно засмеялся. Остановить его смех смогли лишь пять недовольных взглядов пассажиров. А шестой пассажир – парень на заднем сидении, засмеялся и указал на Костю пальцем.
– Ха, смотри, Антох! Там какой-то придурок смеется сам над собой.
Теперь уже засмеялись оба парня. Костя стыдливо покраснел и снова отвернулся к окну, сделав при этом вид, что он не понимает, что происходит. Парни на задних сидениях отсмеялись и упокоились. Отвернулись пожилые женщины, отвернулась молодая женщина. Лишь маленькая девочка продолжила глазеть на Костю. Его смех показался ей пугающим и зловещим. Маленькая девочка почувствовала ненависть, идущую от Кости. Ненависть, поглощающую человека с головой и толкающую на самые бесчеловечные поступки…
3
Автобус остановился на улице Гоголя. Из него неспешными шагами вышел молодой парень и пошел в сторону от дороги. Парень с абсолютно отрешенным видом, полностью игнорирующим непрекращающийся ливень.
Костя двинулся в маленький переулок, лишенный асфальтового покрытия. Костя пошлепал в кроссовках по грязи и лужам, а на лице его застыло выражение злобы и торжества. Если бы Костика увидел прохожий, то он заметил бы, что с проходящим мимо него юношей явно что-то не так. Он выглядит как помешенный психопат, решивший творить страшные дела, или как человек, выигравший огромную сумму денег в лотерею, и поэтому, ему теперь плевать на все. А глаза юноши повергли бы в ужас бывалого скептика. Если кто-либо посмотрел бы в глаза Костика, то увидел бы в них пустоту. Пустоту, в которой разгорается огонь ярости.
Парень прошел мимо нескольких дворов, петляя между домами и огромными лужами на грунтовых дорогах. По краям огромных дыр, что раскинулись на дорогах, виднеется тонкий слой асфальта. Да, когда-то он был здесь, но теперь, его полностью размыло, а грунт поглотил щебенку с песком…
Костик остановился у старого заброшенного трехэтажного дома. Угрюмые серые стены, покрытые тонким слоем копоти и пыли. Бетонное покрытие давно растрескалось и осыпалось, обнажив голые кирпичи. Двери распахнуты настежь. Из дверного проема торчит грязное серое тряпье и кучей навалены обломки досок – следы излюбленного занятия местных подростков, крушения всего, до чего дотянутся руки. В оконных проемах отсутствуют рамы. Когда-то этот дом хотели снести и расселили всех жильцов. Жильцы переехали, а здание так и не снесли, оставив его на растерзание мародерам, бомжам и наркоманам. В общем, сделав его притоном. Жители улицы Гоголя обходили злополучное разваливающее здание по ночам даже днем, а ночью возле него мог появиться только человек, полностью лишенный страха быть ограбленным, избитым, изнасилованным или даже убитым. Не раз этот дом «накрывали» правоохранительные органы, но все напрасно. На место одних пойманных наркоманов приходили другие. И так снова и снова. Наконец, полиция решила сделать вид, что этого дома просто не существует. Жители улица города, не таясь, поговаривали между собой, что те, кто останавливается в заброшенном доме, платят полиции, чтобы их не трогали.
Костик медленно прошел в дверной проем. Стены, казалось, замерли, приветствуя незваного гостя. Ничто не издало ни звука, лишь медленно гулял ветер, проходя через огромные оконные проемы. И тут, появившись, словно из воздуха, с левой стороны двери на Костю налетел парень, ухватил за горло и придвинул к стене. Напавшему парню лет двадцать пять, но на вид можно дать все тридцать пять. У него небольшая черная борода, длинные волосы, а одет он в лохмотья. О молодом возрасте можно судить разве что по гладкой коже лица, лишенной морщин и юношескому звонкому голосу.
– Какого черта?! – Закричал напавший парень. – Ты кто такой?!!!
– Я Костя, – тихо прохрипел Костик. – Отпусти.
Нападающий парень ослабил хватку.
– Я к Дане, – тихо произнес Константин.
– Дворецкому?! – Прикрикнул от удивления напавший парень.
– Саня! – Со второго этажа послышался мужской голос. – Отпусти юнца. Он ко мне.
Парень медленно убрал руку от шеи Константина. Костя посмотрел на парня с опаской и недоверием. Он почувствовал, что его затрясло от злобы. Костик захотел схватить первый попавшийся камень, каких полно на полу, и разбить парню голову. Чертов осел, подумал Константин, ты еще сполна заплатишь!
– Костик! – раздался мужской крик со второго этажа, – Зачем пожаловал?!
– За бельем, – незамедлительно ответил Костя.
– Ладно, проходи. Гостем будешь, – после короткой паузы раздался едва слышный мужской голос, идущий со второго этажа.
Парень, что стоял рядом с Костей, а до этого напал на него, отступил в сторону. Костя медленно последовал на второй этаж…
Глава 5. Бегство
Константин стоит на лестничном пролете третьего этажа школы номер двенадцать. Снизу, с первого этажа, в его уши несется гул сотен голосов, наполненный рыданиями испуганных детей. Костя на миг засомневался. А стоит ли? Может бросить все и бежать? Или сдаться?
– Ну, уж нет, – тихо ответил сам себе Костя. – Ублюдки заплатят.
Шаг за шагом, ступенька за ступенькой, Константин направился к первому этажу. Его шаги тихие и беззвучные. А может ему просто кажется, ввиду того, что шум толпы снизу заглушает все остальные звуки. Константин увидел коридор второго этажа и…
Кто-то с силой толкнул Костю в бок, и он отлетел к противоположной стене. Боль пронзила спину и голову от удара об каменную стену. Искры засверкали в глазах. Костя на миг растерялся. До его ушей донесся крик юноши.
– Ах ты сволочь!
То, что напавший юноша закричал, стало для этого юноши роковой ошибкой. Крик вернул разум Кости к реальности. Как же Костя обрадовался, что у него не выпало из рук ружье. Мимолетный миг и курок спущен, а заряд картечи разнес голову напавшего из-за угла юноши на несколько кусочков. Раздался выстрел, в стороны полетели капли крови, куски окровавленного мяса и костей. Костя узнал напавшего, это Стас, парень из одиннадцатого класса. Он любил подразнить Костю, называя его «нищебродом». Интересно, придурок также бы веселился и смеялся, увидев на месте своей головы куски разорванного мяса, с торчащими из него маленькими раздробленными косточками?
Как только прогремел выстрел, гул снизу сменился на крики паники. Люди, а самое главное, дети, пришли в ужас от мысли, что сейчас, именно в этот день и час, их могут убить. Костя вскочил на ноги и бросился бегом вниз. Неожиданно для него, с первого этажа в лестничный проем выскочил мужчина. На его ногах красуются синие джинсы, а на теле надета тонкая черная ветровка с закатанными рукавами. Причем лицо мужчины, кажется, совсем не выражает страха, этакий бесстрашный качок, способный совладать с кем угодно. Но как только Костя его увидел, то тут же спустил курок. Тело физрука, а это оказался именно он – Костя сразу его узнал, пронзил заряд картечи и он отлетел к стене. Ветровка незамедлительно пропиталась кровью. Изо рта физрука тонкой струйкой потекла кровь. Мужчина попытался что-то сказать, но лишь бессильно закашлялся от потоков крови, хлынувших в его легкие. Глаза в ужасе округлились, но в следующий миг безжизненно застыли…
А в это самое время, несколько сотен учеников, услышав второй выстрел, произведенный на лестнице, с криками бросились в первые попавшиеся классы, в надежде спрятаться от нападающего.
Костик, после того, как на миг остановился, чтобы застрелить физрука и посмотреть, как тот испустит дух, снова побежал к первому этажу. Он перепрыгнул через истекающее кровью тело мужчины и выскочил с лестничного пролета на первый этаж. От увиденного на первом этаже, улыбка на лице Кости воссияла торжеством. Костя увидел, как десятки детей, толкаясь, ругаясь и матерясь, рвутся в классы, набиваясь в них, подобно кильке в банку. Позади учеников, поторапливая их, бегут шесть учителей. Из них один мужчина и пять женщин. Остальные учителя, судя по всему, бросились прятаться в классы вперед учеников, беспокоясь только о собственных шкурах.
– Прекратите панику! – Раздался громкий мужской голос, заглушающий крики. Костя резко развернулся и посмотрел в сторону крика. Крик шел через одно из разбитых окон. Дети через него не могли пролезть, из-за металлической вьющейся узорами решетки. Но окно разбили, подобно многим окнам на первом этаже. Кричали в рупор. Костя отчетливо увидел человека, стоящего за металлическим щитом, и укрытого с ног до головы в броню. Человека в черной форме агента «СОБР*а», с закрытым черной маской лицом и желто-черной каской на голове. Остальную часть тела скрыл черный металлический щит.
Вот черт! Спецназ уже здесь! А как же предполагаемый теракт в Васильках? И на что я вообще рассчитывал?
Костя отскочил назад и укрылся в лестничном пролете. К его большому облегчению, ни один из представителей правопорядка его не заметил. Агента «СОБР*а» продолжил говорить в рупор.
– Сохраняйте спокойствие. Мы спасем Вас!
Костик направил ружье на убегающих людей. В коридоре осталось, по меньшей мере, пятьдесят детей и шесть учителей, сзади прикрывающих ребят. Костик спустил курок. Раздался выстрел. Женщина-учитель, идущая позади остальных, закричала пронзительным криком боли, и Костя подумал, что все, кто с ней рядом, должно быть, оглохли в этот миг. Заряд картечи сразил женщину в левый бок и левую руку. Кровь хлынула из тела женщины, словно из проколотого шарика, наполненного водой. Только в этом случае, человека, наполненного кровью…
С момента как раздался выстрел, новая волна крика детей пронеслась по школе, образуя одну разрушительную звуковую волну. Костя почувствовал, как ему стало не по себе. В голове завертелось:
«Заткнитесь! Заткнитесь мелкие ублюдки!»
Костя пришел в ярость. Он направил ружье на детей и учителей. Часть из них в страхе легла на пол, надеясь, что пули их не достанут, а часть все еще пыталась втиснуться впервые попавшиеся классы, но их стали грубо вышвыривать. Ведь к этому времени в первых пяти классах, расположенных у выхода из школы, все свободное пространство полностью заполнилось людьми.
Вот идиоты!
Костя снова начал стрелять. Он выпусти два последних заряда из ружья. Один заряд перебил ноги кричащей раненной женщине, безрезультатно пытающейся втиснуться в один из переполненных классов. Картечь попала в обратную сторону коленей. Женщина закричала агонизируя от боли, повалилась на пол и, поддавшись болевому шоку, потеряла сознание. Часть картечи от этого заряда попала в ноги детям. Второй заряд попал в спину учителю-мужчине, и он замертво упал на пол, а от его тела потянулась кровавая лужа.
Поднялся невыразимый рев раненных испуганных детей, сравнимый, разве что, со скрипом пенопласта, трущегося лист о лист, и скрипом-лязгом металла. И это все на самой большой громкости из всех возможных. С улицы заговорил громкоговоритель. На сей раз, Костя услышал совсем другой мужской голос.
– Не стрелять! Говорит майор Дроздов! Что вы хотите?! Ваши требования?!!!
Они еще не знают обо мне!
Костя расплылся в улыбке. Он спокойно убрал в сторону ружье и достал два пистолета. Молниеносно, словно один разряд молнии на ночном небе, Костя выпусти две обоймы патронов в детей. Десять детей с криком боли повалились на холодный школьный пол. Кого ранил, а кого убил, Костя не разобрал. Он лишь увидел очередную кровавую лужу, растекающуюся по полу.
– Не стрелять!!! – Снова закричал в рупор мужчина, на этот раз он кричал, срывая голос, явно не в силах сдерживать эмоции, переполняющие его. – Отпустите детей!!! Каковы ваши требования!!! Мы знаем, что вы завербовали одного из школьников. Он сейчас убивает вместе с вами. Я взываю к тебе юноша! Бросай ты этих террористов!!! Сдавайся, и твой приговор будет смягчен!!!
Костя с трудом сдержал смех, не веря своим ушам.
Вот придурки! Смягчат приговор мне? Посадят террористов? Полные кретины!
– Я предупреждаю, – продолжил говорить в рупор майор. – Еще один выстрел, и мы начнем штурм!!!
Костя отложил в сторону пистолеты, взял ружье и медленно перезарядил патронами, лежащими в его поясе. Люди в коридоре разбежались в отдаленные классы. Лишь мертвые учителя и дети остались лежать на полу, да четверо детей продолжало кричать от боли, медленно отползая к стенам коридора, оставляя на полу кровавый след.
Пора заканчивать.