Страж Луны

Даэлит задумалась.

А поможет ли ему кровь зверя? Она слишком мало знала о диете вампиров. Они должны заботиться друг о друге, ведь больше некому. Аэрион не медля бросился на Браага, когда тот кинулся в сторону раненой Кулирак. Он чувствовал ответственность за неё, был её другом… или чем-то большим?

Она покосилась на пещеру. Нужно будет поговорить с ней, узнать, как она сама относится к подобной "помощи".

– А ты? – она повернулась к магу и оказалась слишком близко. Эйвор на мгновение взглянул на её губы, но тут же отвел глаза.

– К своему стыду, – вздохнул он. – Прекрасно. Отделался царапиной, и той уже нет.

Он смотрел на реку. Взгляд тяжёлый, недовольный.

– Я должен был сделать больше, – бросил он, зачерпнув горсть орехов.

– Ты был на высоте! Это я валялась в траве, трясясь от страха, – фыркнула Даэлит, подтянув колени к груди. – Я была абсолютно бесполезна.

– Это неправда, – покачал головой Эйвор. – Просто ты еще не знаешь, в чём твоя сила.

Он посмотрел ей в глаза, но Даэлит не поняла намёка.

Догадывается ли он о чём-то? Или просто пытается быть ей другом?

– Можно вопрос? – решилась она перевести тему, посмотрев на мага. Тот приподнял бровь, удивлённо, но дружелюбно кивнул.

– Твоя магия фиолетового цвета, верно? И у каждого волшебника свой оттенок колдовства?

– Верно, – он внимательно всмотрелся в её лицо. – Цвет магии – это как отпечаток души. Он не выбирается. Это часть тебя.

– Но тогда почему то проклятие, которое ты наложил на разбойника, было зелёным? – выпалила она, замерев на миг. Магия интересовала её с детства, но увы, была ей недоступна.

Эйвор усмехнулся.

– Потому что это был свиток. Я купил его у странствующего… волшебника.

– Свиток? – изумилась Даэлит.

– Заговорённый артефакт. Используешь – и он сгорает. Маги по всему миру продают такие, иногда даже зачаровывают под заказ. Главное – уметь колдовать на нужном уровне.

– А зелёный цвет… Он всегда означает… проклятие? – Даэлит подалась вперёд.

Эйвор вздохнул, на миг помрачнев.

– Да. Ядовито-зелёный – цвет некромантии. Заклятия смерти, проклятия, порчи и поднятие мертвецов – принадлежат к особому разделу волшебства.

Он на секунду замолчал, и Даэлит почти пожалела, что спросила.

– Такая магия требует цены, – продолжил он тише. – Она… уродует, отравляет душу. На это не каждый согласится… Некроманты это порченые маги, посвящающие свою жизнь покорению Тьмы.

Солнечные блики с реки мерцали в его глазах.

– Но ты – молодец, что заметила это. Возможно, однажды это спасёт тебе жизнь, – он тепло улыбнулся. – Ещё что-нибудь хочешь узнать?

Даэлит уже открыла рот, но в этот момент, зевая, из пещеры вышла Кулирак. Она выглядела отдохнувшей, больше не хромала. Магия Кая, зелье и отдых сделали своё дело. О произошедшем напоминала лишь небольшая дырка от стрелы на одежде.

Закатав штанины, она вошла в воду по колено и плеснула себе на лицо.

– Доброе утро, – повернулась она к ним.

Даэлит хотела ответить, но из пещеры выбрался Кай. Взъерошенный, снова с голым торсом – он потянулся и улыбнулся:

– Дамы. – он сделал паузу. – Эйвор.

Все, кроме вампира, расселись у костра, передавая друг другу мешок с закусками.

– Двигаемся вниз по реке, потом налево, – жуя, сказала Кулирак. – За деревней в лесу разобьём лагерь.

Даэлит кивнула и покосилась на пещеру. Аэрион всё еще не вышел. Нужно поговорить с Кулирак. Но когда?

В дороге шанса не представилось.

Они шли вдоль реки, но в этот раз Даэлит оказалась в хвосте, рядом с Эйвором. Кулирак шагала с Аэрионом, за ними Кай, который как всегда, напевал что-то себе под нос.

Было нестерпимо жарко. Только ветер с реки давал немного прохлады. Даэлит хотелось снять платье и залезть в воду с головой, но она молча шла вперёд.

Когда река свернула направо, они ушли влево, к просёлочной дороге. Солнце палило нещадно, и Даэлит уже была готова плюхнуться прямо на траву, когда вдалеке заметила повозку, запряженную лошадьми.

Идея родилась мгновенно.

– Я сейчас! – крикнула она и бросилась вперед.

Друзья замерли, наблюдая, как принцесса проворно остановила крестьянина.

– Многоуважаемый лэн, – улыбнулась она, слегка изменив тон и поклонившись. – Не подбросите знаменитых наёмников до деревни? – она театрально махнула рукой в сторону их грязного отряда. – Мы избавляем селян от нечисти.

Крестьянин осмотрел её, задумался и кивнул:

– Конечно, лэна. За два серебряных.

Даэлит довольно кивнула и обернулась к остальным:

– Поднимаемся!

Дорога оказалась на удивление спокойной.

Они проехали несколько часов почти с комфортом – ленивый стук колёс убаюкивал, сухофрукты оказались неожиданно сладкими, а ветерок с полей приятно охлаждал лица.

Крестьянин оказался словоохотливым – травил байки о назойливом грибном народе – грибнях. Поганцы топтали грядки, пугали жителей деревни и скот. Кулирак на это только фыркнула и прищурилась. В её взгляде мелькнул интерес: похоже, запахло работой. Даэлит с Каем привалившись друг к другу, подремали в тени брезента – редкое, почти забытое чувство покоя. Эйвор снял жаркую мантию и задумчиво листал книгу, найденную в карете. Аэрион сидел рядом с возницей – напряжённый, будто сам был натянутой тетивой, готовой сорваться в любой момент. Его взгляд неустанно следил за всем вокруг.

Деревня с названием Земляной Угол встретила их раскалённой улицей и запахом печёного хлеба. Закупив вино и еду, отряд быстро скрылся за деревьями – вечернее солнце клонилось к закату, и пора было разбивать лагерь.

Сумрак окутал лес, когда они наконец поставили все шатры.

Эйвор работал не покладая рук, устанавливая заколдованные палатки, увеличивая обратно утварь и призывая волшебством мелкую мебель и связки сена.

Все разбирали свои вещи и выворачивали мешки. Собирали кострище и рубили дрова. Кай сколотил добротный стол и натянул над ним тканевый козырёк на случай дождя. Кулирак разожгла костёр, который теперь горел посреди их небольшой поляны. Аэрион стал бодрее с заходом солнца, но его шатало и принцесса бросала на него тревожные взгляды.

Кулирак с Даэлит на карте углядели мелкий пруд в лесу и отправились купаться, прихватив с собой чистые вещи. Эйвор любезно дал им с собой банку с волшебным огоньком внутри, освещать путь.

Пруд оказался крошечным, словно его выбило ударом упавшей с неба звезды. Густая растительность надёжно скрывала место от посторонних глаз. Одинокая цапля встревоженно взлетела, завидев людей.

Уже в воде Даэлит почувствовала как силы возвращаются к ней. Кулирак в пару гребков переплыла прудик и теперь медленно плыла на спине обратно.

– Послушай Кулирак, – осторожно начала Даэлит, смывая с себя цветочное мыло. – Аэрион… поправится?

Скальд молчала, размеренно гребя к берегу.

– Если выпьет крови, – тихо ответила она, доплыв до принцессы. – Но не коровы какой нибудь, если ты понимаешь о чём я.

Даэлит кивнула, забыв что её плохо видно при свете магического огонька.

– А почему он… не выпил кровь павших разбойников?

– Нельзя пить кровь мертвецов, – мрачно сказала скальд, погружаясь в воду по шею. – Аэрион говорил, они могут встать как упыри. Да и мерзко это вроде.

Принцесса согласно кивнула и сморщила нос.

– Ты предлагала ему помощь? – она посмотрела на Кулирак, отжимая волосы полотенцем.

– Конечно предлагала, он же как… брат мне, – тяжело вздохнула скальд. – Всегда отказывается.

– Он погибнет? – Даэлит замерла, приложив руку к ключицам. Тревога змеёй обвилась вокруг шеи.

– Его не убить колом под рёбра, – хмыкнула Кулирак, моя голову цветочным мылом, которое взяла у принцессы. – Но рана от него не заживает, а кровь животных не подходит.

– Но мы же не можем просто притащить кого-то с дороги! – Даэлит раздражённо натянула длинное лёгкое платье. С наступлением темноты жара не прошла.

Кулирак бросилась в воду смыть остатки мыла.

– Можно уговорить Кая, – хмыкнула скальд. – Или тебя.

Даэлит замерла как вкопанная. Сердце замерло, дыхание стало прерывистым. Наверняка это очень больно.

Его губы на её шее.

Внезапно её охватил жар от этой мысли, хотя на коже сохранилась прохлада воды.

– Спросим Кая, – сказала она, радуясь что Кулирак не увидит её раскрасневшегося лица. Отгоняя мысли и образы в голове, Даэлит переложила их грязные вещи в мешок и ждала, когда скальд оденется. Расчесав мокрые волосы, принцесса распустила их, чтобы прикрыть спину.

Вместе они вернулись в лагерь, где Кай уже заботливо приготовил отличный ужин.

Месяц на тёмном своде был в окружении мириады звёзд. Где-то в чаще уютно ухала сова и стрекотали сверчки в траве. Кусты вокруг лагеря мягко сияли огнями светлячков. Ночь была тёплой и безоблачной.

Усевшись чистая за стол, заставленный яствами, Даэлит почувствовала себя счастливой. Запах жареной на костре говядины свёл её с ума, едва они вернулись на опушку.

Переговариваясь о завтрашних делах, друзья закончили ужин и теперь распивали купленное в деревне малиновое вино.

Крутя кубок в руках, Даэлит заметила, что Аэрион не вышел из своего шатра. Она закусила губу, думая о нём. Он не хочет принимать помощь Кулирак, но вдруг он согласится на неё или Кая?

Наверняка он их сейчас слышит… Вот бездна! Придётся рискнуть.

– Послушай Кай, – Даэлит замялась, её глаза бегали со скальда на барда. – Я думаю мы должны помочь Аэриону…

Эйвор изумлённо поднял брови, скрестив руки на груди.

– Без обид, принцесса, но Аэрион не в моём вкусе,– пошутил бард, но его глаза оставались настороженными.

– Вот если бы это был Эйвор… – он с ухмылкой наклонился к магу, томно подмигнув тому. – Тогда бы я, конечно, согласился.

Кулирак засмеялась, а Эйвор встал с места и направился к своему шатру.

– Как я от тебя устал, – с кислой улыбкой сказал он и скрылся за шторой.

– Прав он, нужно ложится. – Кай допил бутылку и потянулся. – Если только кто-то из дам не хочет моего личного внимания, – он вопросительно поднял брови. – Могу тщательно проверить вас на раны и ушибы…

Кулирак молча треснула его вилкой по лбу.

– Я понял, значит спать, – и бард зашёл в ближайший к столу шатёр и там зажёгся свет свечи.

Кулирак показала глазами на палатку Аэриона. Даэлит шумно вздохнула и кивнула головой.

– Спокойной ночи, – сказала Кулирак, жестикулируя Даэлит, а сама скрылась за шторой своей палатки.

– Спокойной ночи, – голос принцессы дрогнул. Она встала из-за стола и проходя мимо тлеющего костра приблизилась к шатру Аэриона.

Свет в ней не горел.

– Аэрион, – шепотом сказала Даэлит, зная что он её слышит.

Ответа нет.

– Позволь мне помочь тебе… – принцесса боялась что её голос сорвётся.

– Уходи Даэлит, – услышала она. Голос был спокоен, но в нём угадывалась измождённость.

– Тебе нужна моя помощь, – Даэлит не могла поверить что будет заставлять вампира испить своей крови. – Никто не будет спать спокойно, зная, что ты не следишь.

– Я могу это делать и так. Уходи, – его тон был категоричен.

Даэлит несмело приподняла полог шатра, запуская свет от костра. Внутри царил полумрак, но она различила его силуэт, сидящий в тени.

В его палатке так же стояли снопы с сеном, на которых лежал не развёрнутый спальный мешок. Вещи не были разобраны, только оружие было аккуратно разложено на столе – Даэлит удивило количество кинжалов и ножей. Аэрион сидел на грубо сколоченном стуле и менял тетиву лука. Когда она вошла, он, шатаясь, вскочил на ноги.

– Уходи сейчас же, – процедил он, хмуря лоб.

– Пожалуйста.. – она посмотрела на него и её сердце сжалось.

– Уходи, – отчеканил он и отвернулся. – Я слышу твой страх, Даэлит. Он бьётся в твоей груди. Уходи.

Она хотела сказать, что это больше, чем страх… но слова застряли в горле. Сжав губы, принцесса молча кивнула и вышла.

Даэлит сидела в шатре перед зеркалом, расчёсывая волосы. Две свечи мягко освещали её взволнованное лицо. Бретелька ночного платья сползла с плеча, и принцесса нервно вернула её на место. Снаружи царила тишина, нарушаемая лишь редким треском догорающего костра.

Волосы почти высохли, спадая гладкими волнами до пояса. Даэлит подняла ленту, собираясь перевязать их, когда заметила в зеркале, как колыхнулась штора. Ветер?

Она обернулась – на пороге стоял Аэрион. Сердце дрогнуло.

В зеркале его не было.

– Я решил принять твоё предложение, – тихо произнёс он, разглядывая её лицо и обнажённые плечи.

Даэлит поёжилась, почувствовав себя слишком раздетой для его глаз в ночной сорочке.

– Хорошо, – прошептала она и поднялась ему навстречу, стараясь унять дрожь в ногах. – Как… как мне встать?

Он приблизился, и теперь она чувствовала слабый запах вереска. В свете свечей его рубиновые глаза сверкнули.

– Может, ты передумаешь? – он почти шептал, его голос был низким, тягучим.

Виски внезапно кольнуло, и на миг она сморщилась.

Даэлит сжала складки платья в кулаках, не позволяя себе отвести взгляд.

– Нет.

Она не хотела больше оставаться бесполезной.

– Тогда ложись, – сказал он, кивнув на её спальное место. – Я возьму совсем немного. Лучше, если тебе будет удобно. Вдруг закружится голова.

Даэлит опустилась на подстилку и посмотрела на него снизу вверх. Аэрион шагнул ближе. Сердце стучало так сильно, что она была уверена – он слышит.

Она улеглась, сжав пальцы на краю одеяла. Аэрион встал на колено рядом, нависая над ней.

– Готова?

Она едва не отшатнулась, когда блеснули кончики его клыков. Но теперь нельзя струсить. Даэлит кивнула.

Его ладонь легко коснулась её подбородка, и на миг ей показалось, что он собирается её поцеловать. В груди что-то дрогнуло, дыхание сорвалось. Горячая волна вспыхнула под кожей, но тут же сменилась холодом – Аэрион всего лишь повернул её голову в сторону.

Глупо.

Даэлит сжала пальцы на ткани платья, не понимая, чего ожидала.

Холодное дыхание коснулось шеи, он лизнул кожу в месте, где билась жилка, а затем…

Острая боль.

Холод, как клинок, рассёк её шею. Даэлит вздрогнула всем телом, схватив его за рукав. Бретелька с платья снова предательски упала, обнажая правую грудь. На короткий миг кровь прилила к щекам.

С трудом заставляя себя дышать, она почувствовала, как из неё уходит тепло. В пальцы ног заползла ледяная слабость.

Аэрион провёл рукой по её волосам, убирая их в сторону, и снова впился в шею. Сознание начало мутнеть, темнота подступала всё ближе, но внезапно он отстранился.

Прокусив губу, он облизал место прокола. Его прикосновение обожгло кожу, но кровь перестала течь.

– Спасибо, – его голос был хриплым. – Ты в порядке?

– Да… – Даэлит попыталась сесть, но её повело, и она уткнулась в подушку.

Она с трудом разлепила веки. Всё вокруг плыло, но странно было не это.

Принцесса прикоснулась к шее, чувствуя слабую пульсацию под пальцами. Только ли от укуса?

Аэрион задержался на миг, глядя на неё – слишком пристально.

Она не успела договорить. Он уже исчез в ночи.

Бретелька, каким то образом, снова была на плече.

Даэлит осталась одна. Её щеки побледнели. Голову словно окутала пелена, и, не успев ни о чём подумать, она провалилась в сон.

Аэрион стоял под светом луны, вдыхая ночь – её прохладу, сырость, звуки и запахи. Он слышал шумное стадо косуль к северу отсюда. Чувствовал аромат мышиной крови на клюве совы.

Силы стремительно возвращались к нему. Тьма сыто извивалась в его венах, как блудница, прося больше.

Но это всё что она сегодня получит.

Рана на ребре уже затянулась.

Он снова был хищником.

Но Даэлит…

Она не поддалась на его внушение. До последнего он пытался заставить её отказаться. Но оно не подействовало. Немыслимо.

Аэрион провёл пальцами по губам, смакуя вкус.

Любопытно.

Кровь принцессы не была человеческой.