Вторая жена. Цена выбора
Приведя себя в порядок, отодвигаю кресло. Приоткрыв дверь, осторожно выглядываю в коридор и прислушиваюсь. В доме стоит гулкая тишина. Собственно, у нас было примерно так же. Отец и Андреа частенько уезжали довольно рано, а возвращались порой даже за полночь.
Собрав всю свою смелость, я выхожу из гостевой спальни и направляюсь к лестнице. Настороженно смотрю по сторонам. Первое, что замечаю - свет на первом этаже починили. Больше никакого полумрака - все просматривается предельно хорошо.
В столовой - никого. Я уже собираюсь пойти искать повара, как вдруг сзади слышу:
- Доброе утро.
Невольно вздрагиваю, только в этот момент осознавая, в каком жутком напряжении нахожусь.
- Доброе, - бормочу, глядя на Беллу. Сегодня она снова одета в мягкий домашний костюм - без намека на какую-то женственность. Словно она не девушка, а подросток. Ее волосы собраны в небрежный пучок на затылке.
- Ты пропустила завтрак, - с сожалением говорит она.
- Но наверняка можно попросить Клариссу что-то принести?
Девушка едва заметно качает головой.
- Что? Здесь все так строго? - недоверчиво переспрашиваю.
У отца не было никакого распорядка - я всегда была дома, за редким исключением, а брат и отец практически постоянно отсутствовали. И ужин, а также обед и завтрак, были тогда, когда им удобно. То есть в любое время кухарка была готова подавать на стол.
- Марко любит порядок, - тихо замечает его сестра.
Стоит ей упомянуть Лучано, как у меня внутри с новой силой вспыхивает злость. Ну, конечно! Ему бы все по порядку - в том числе и подписать каждую вещь, которая ему принадлежит!
- Но я иду на кухню и буду готовить. Хочешь со мной?
- Готовить? Сама?
Белла жмет плечами и, обойдя меня, направляется к двери в дальнем углу столовой.
Собственно, мне делать нечего. Я готовить не любила, да меня никто и не приучал к этому. Моим воспитанием занималась профессиональная гувернантка, которая прививала мне манеры и прочие необходимые дисциплины, чтобы стать идеальной женой.
Последовав за Беллой, с любопытством наблюдаю, как она достает продукты из холодильника и методично раскладывает те на одном из столов.
Пока она проделывает эти нехитрые манипуляции, оглядываюсь по сторонам, оценивая обстановку. Я не особенно любила бывать на кухне - заглядывала изредка, когда была еще ребенком, но наш повар обычно прогонял меня, еще и брату мог пожаловаться.
Когда Сандра поделилась со мной, что начала учиться готовить, чтобы радовать мужа собственной стряпней, я, признаться, не знала, как реагировать. Но вот вторая девушка из нашего окружения тоже проводит время на кухне, так что я невольно задумываюсь - для чего?
- А зачем ты готовишь? - осторожно спрашиваю, подходя ближе. - Есть же повар.
Оглядываюсь, ожидая, что тот как раз появится - как я поняла со слов Клариссы, здесь это тоже мужчина. Я почти готова услышать недовольный голос, который отчитает нас за то, что мы находимся в неположенном месте.
- Меня это успокаивает, - чуть погодя отвечает Белла.
Интонация ее дает понять, что расспрашивать дальше не стоит. Мне снова становится не по себе. Меньше всего мне хочется обидеть или задеть ее. В отличие от брата, Белла не выглядит опасной или жестокой. Напротив, у нее очень нежные черты лица, светлая, практически фарфоровая кожа и потрясающе красивые волосы, которые она зачем-то прячет в нелепом пучке.
Да и фигура у нее, я уверена, хорошая, простая она скрыта бесформенной одеждой.
- Хочешь попробовать? - внезапно спрашивает девушка, поднимая на меня взгляд.
Я растерянно молчу. За сутки, проведенные в одиночестве, если не считать стычки с Марко, я начала остро ощущать нехватку общения. Дома сначала была Сандра, потом я могла поболтать хотя бы с Массимо. Перед свадьбой рядом со мной практически постоянно была Роза и ее младшая дочь Ванесса.
Сейчас у меня не осталось никого.
- Если честно, я не умею, - сознаюсь, разводя руками.
Белла понимающе улыбается.
- Это несложно! Я хочу сделать салат по новому рецепту. Хочешь тоже поучаствовать?
Меньше всего я ожидала, что после свадьбы буду на кухне строгать на ломтики помидоры и сладкий перец. Поначалу выходит кривовато. Мне становится не по себе - у Беллы-то все получается ловко и красиво.
Кошусь на нее и в какой-то момент просто зависаю от того, как умело она управляется с ножом и зеленью.
Пожалуй, впервые я жалею, что никогда даже не пробовала научиться что-то готовить. Так завораживающе это выходит.
Пока я справляюсь со своей частью работы, Белла успевает приготовить еще омлет с зеленью и, красиво сервировав его, ставит рядом со мной.
- Надеюсь, ты ешь на завтрак яйца.
- Это мне?
Она кивает, застенчиво улыбаясь.
- Спасибо.
Я снова поражаюсь, насколько все же разные брат с сестрой. Мне бы хотелось расспросить ее про Марко, чтобы разузнать его слабые стороны, но использовать Беллу в своих целях после всего становится как-то неловко.
- Это очень вкусно! - восторгаюсь, когда в моей тарелке уже пусто. - У нас даже наш хваленый повар не готовил настолько нежный омлет.
- О, все дело в секретном ингредиенте.
- Каком?
- Так он же секретный.
Разговор заканчивается внезапно. Не понимаю, что случилось, и поворачиваюсь к Белле - та стоит, замерев и разглядывая пакет, который держит в руках.
- Что-то не так? - осторожно спрашиваю у нее.
- Последний пакет, - тихо отвечает она. - Они не купили марципан, хотя я просила.
И столько разочарования в ее голосе, что я как будто сама расстроилась вместе с ней. Я уже встаю, чтобы подойти к Белле и приободрить ее, как дверь кухни открывается, но вместо повара, который по идее должен уже вернуться, на пороге стоит Марко.
11 Аделина
Белла замечает его практически сразу - ее лицо тут же светлеет. Появляется то неуловимое выражение, которое ясно и четко дает понять о том, какие отношения между братом и сестрой.
- Ты рано сегодня, - говорит она и шагает к Лучано. Тот на короткий миг улыбается ей - вполне искренне и тепло.
Мне не верится, что вот этот мужчина способен на такое.
Марко приобнимает сестру и что-то тихо ей говорит. Она доверчиво прижимается к нему, отчего разница в их росте становится еще более заметной - огромный, высокий и массивный Марко и хрупкая, нежная Белла.
Они такие разные, совершенно непохожие друг на друга. Но в этих простых жестах столько любви и заботы, что я невольно проникаюсь моментом. К сожалению, в моей жизни такого давно нет. А если и было, то я уже и не вспомню - матери я лишилась очень рано. Ее брат забрал меня и усыновил, объявив для всех своей дочерью, но семьей мы так и не стали.
- Хорошо, - чуть громче произносит Белла и отпускает брата, после чего его взгляд останавливается на мне, мгновенно преображаясь.
Холод, отстраненность и что-то еще трудно уловимое в его глазах заставляет насторожиться. Белла возвращается к пакету с марципаном и как будто перестает нас замечать.
Нервно сглатываю, надеясь, что при ней он не станет меня пугать.
- Послезавтра будет мероприятие, на котором ты должна меня сопровождать. Подготовься.
Его небрежный тон задевает - он словно ручной зверушке бросает приказ, уверенный, что я выполню все в точности.
- А если я не хочу?
Марко медленно приближается, и я с огромным трудом держу себя в руках, чтобы не отступить и не показать свой страх перед ним.
Его взгляд блуждает по моему лицу, а затем скользит мне за спину. Но обернуться и посмотреть, почему именно, я не успеваю. Муж кладет ладонь мне на затылок, удерживая на месте.
- Не вынуждай напоминать правила этого дома, - тихо произносит он.
- Что-то не припомню, чтобы ты их озвучивал, - так же тихо возмущаюсь, поняв, что Лучано не хочет беспокоить сестру.
Мне безотчетно хочется уберечь ее от наших разборок. Что-то в этой девушке заставляет быть осторожной.
Марко наклоняется ниже, так что между нашими лицами остается всего ничего.
- Правило всего одно - закон здесь я, Аделина.
У меня пересыхает в горле. Я возмущена его заявлением до глубины души, но замираю от того, что в его кристально-голубых глазах мелькает нечто такое, по-мужски голодное, что заставляет себя почувствовать добычей.
Ярко ощущаю, что Лучано только и ждет, чтобы я снова его спровоцировала. И признаться честно, именно этого хочется и мне - огрызнуться, возмутиться и ударить. Но вместо этого я стою, едва дыша. И как будто это ставит моего мужа в тупик. Он медленно проводит пальцами по моей щеке.
Нежно. Осторожно.
Я все еще помню, что этими же пальцами он держал нож, которым вырезал свои инициалы. Но теперь он дарит мне ласку, которая вызывает странные ощущения.
- Тот, кто высоко забирается, больно падает, - тихо шепчу, не придумав ничего лучше.
На губах Лучано появляется довольная ухмылка. Небесная гладь его глаз темнеет, превращаясь в бушующее море.
- Ты даже не представляешь, насколько права, - соглашается он, напоследок прикоснувшись большим пальцем к моим губам. А отстранившись, добавляет уже громче: - Не забудь приготовить платье, или что там нужно. Грегорио сводит тебя по магазинам.
После этого муж резко разворачивается и уходит, даже не попрощавшись с сестрой. Едва он покидает кухню, как я тут же стираю с лица его следы, или, по крайней мере, стараюсь.
Замечаю, как пристально на меня смотрит Белла, и при этом в ее взгляде я ловлю осуждение.
- Что? - не сдерживаюсь в ответ. - Твой брат просто невыносим!
Белла хмурится, а я тут же жалею о своей несдержанности. Она-то не виновата, что Марко такой вот. Я успеваю сделать только один шаг к ней, чтобы извиниться и попробовать сгладить ситуацию, как слышу:
- На его плечах тяжкий груз. Не зная его историю, ты не имеешь права судить о Марко.
Белла, не глядя на меня, просто уходит, так и оставив все продукты - забирает с собой лишь несчастный пакет с марципаном.
Первая мысль, конечно, догнать ее и спросить, что она имела в виду, но вместо этого я убираю на кухне, а когда почти заканчиваю, приходит и тот самый повар. Окидывает меня недовольным взглядом, затем скользит им по кухне, словно я тут не убиралась, а наоборот.
- Добрый день, миссис Лучано. Обед будет в положенное время.
То, каким тоном он это говорит, дает понять, что я здесь если не пустое место, то как минимум человек, которого не воспринимают всерьез.
Неприятное чувство, но, пожалуй, дома было не лучше. Разве что относились ко мне чуть более сдержанно и внимательно. Раньше я думала, потому что любили, но теперь понимаю - просто берегли до момента, когда можно будет продать.
Выйдя из кухни, я решаю обойти территорию и посмотреть, что здесь еще есть. Однако стоит только мне одеться и выйти из дома, как буквально тут же дорогу мне преграждает Грегорио.
- Что? Я даже прогуляться не могу?
Он молча отступает в сторону, а я едва ли не бегом спускаюсь по ступеням.
Тень моего охранника так и преследует меня всю дорогу. Пусть он не приближается слишком сильно, но я чувствую себя под бдительным наблюдением.
Сад огромный, и я уже собираюсь развернуться обратно, как замечаю впереди небольшое строение. А пройдя еще несколько метров, останавливаюсь, глядя на то, как мужчина ведет гнедую лошадь в загон.
Здесь есть конюшня?!
Я уже делаю пару шагов, чтобы подойти ближе, но буквально из ниоткуда появляется Грегорио и тормозит меня.
- Даже посмотреть нельзя? - возмущаюсь подобным.
- Туда ходит только хозяйка.
Резко выдохнув, глотаю все, что готова выплеснуть на него, и вместо этого, развернувшись, быстрым шагом возвращаюсь в дом.
Наверное, я бы даже хотела сейчас столкнуться с Марко, но, уже подходя к крыльцу, я замечаю, как его машина проезжает мимо, направляясь к главным воротам.
Мне совершенно нечем заняться, а ехать за платьем нет никакого желания. Больше всего во мне желания просто бойкотировать приказ моего мужа и сделать так, чтобы он сам отказался от идеи куда-то меня с собой брать.
Почему? Да потому что меня бесит эта его уверенность, что он - царь и бог, которого я должна покорно слушаться.
И обед, и ужин сегодня проходят ровно так же - в одиночестве. Кларисса сообщает, что Белла заперлась в своей комнате, так что в столовую не придет.
Я чувствую себя отчасти виноватой - мне не хотелось с ней ссориться. Как минимум потому, что в этом доме она единственная, с кем я могу общаться.
А еще она мой шанс узнать хоть что-то про Марко, что можно было бы как-то использовать для своей защиты.
Спать я ложусь снова в той же гостевой спальне. А просыпаюсь от того, что хочется пить. В комнате очень душно, и сначала я открываю окно в надежде, что это поможет. Но даже свежий воздух не спасает, и в итоге решаю спуститься вниз, чтобы выпить воды.
Приходится снова отодвигать кресло, которым я опять обезопасила себя от визита мужа.
В доме стоит мертвая тишина. Свет горит, но теперь приглушенный - очевидно, ночной режим. В кухне тоже никого, что неудивительно - на часах уже за полночь.
Однако когда я выхожу обратно в коридор, то улавливаю невнятный шум. Делаю несколько шагов в том направлении, откуда доносятся звуки, потом еще. И вдруг понимаю, что это музыка. Причем что-то тяжелое, с жесткими басами.
В этом крыле нет ничего интересного - хозяйственные помещения. И тем любопытнее мне узнать, что же там такое происходит.
Заворачиваю за угол и вижу приоткрытую дверь, откуда, собственно, и доносится музыка.
Медленно подхожу, гадая, что там такое делает Белла - а это единственное предположение, которое у меня появляется в этот момент. То ли она слушает музыку, то ли играет, но когда заглядываю внутрь, то ноги буквально прирастают к полу.
12 Аделина
Внутри оказывается не просто спортивный зал - часть пространства занимают тренажеры, а часть покрыта матами, на которых прямо сейчас Марко дрался одновременно с двумя охранниками. И если те одеты в спортивную форму, то мой муж - в одних только штанах свободного кроя.
Я так и стою, не имея ни малейшей возможности ни отступить назад, ни отвести взгляда - настолько меня завораживает происходящее в зале. Лучано двигается быстро, технично и при этом агрессивно. У него двое противников, но он успевает отражать нападение каждого из них.
Отец и Андреа никогда не демонстрировали мягкость, напротив. Они оба достаточно авторитарные и жесткие мужчины, в чем-то даже жестокие. Я выросла в атмосфере, где это считается нормой. Да я даже к оружию относилась спокойно, хотя и понимала, что вообще-то это ненормально.
И все же то, что я вижу, ввергает меня в шок.
Столько ярости и мужской энергетики в том, что происходит. Замерев, слежу за тем, как Марко ловко уходит от очередного выпада, дальше делает подсечку и, уложив одного на лопатки, отпрыгивает в сторону, перехватывая руку второго противника.
Он словно безотказная машина для убийств - действует технично и жестко, не оставляя противникам ни единого шанса.
Мелькает мысль, что нельзя оставаться, что надо уйти, но в этот момент Лучано резко поворачивается и безошибочно находит меня взглядом. Сердце в груди замирает, кажется, даже пропускает удар, затем еще один.
Эти несколько секунд растягиваются в час - уверена, я никогда не смогу забыть то, какой сейчас взгляд у Марко.
Дикий, наполненный адреналином и готовностью выгрызть победу любой ценой.
Хищник, способный одолеть свою жертву голыми руками.
Охранник нападает, и муж так же внезапно отворачивается, чтобы поставить блок, а я пользуюсь этим и сбегаю.
На лестнице падаю, неудачно наступив на одну из ступеней. Больно ударяюсь коленом, но, быстро поднявшись, бегу обратно к себе.
Мне чудится, что вот-вот за мной придет муж. Разгоряченный дракой, он ворвется, чтобы…
Кое-как придвигаю кресло к двери и забираюсь в постель. Пульс зашкаливает, а сердце так сильно колотится, что уже почти выпрыгивает из груди. Меня потряхивает, а перед глазами так и стоит Лучано с этим его хищным, голодным взглядом.
Ни разу я не видела мужчину в таком состоянии. Впрочем, я и не хотела!
У меня мороз по коже от того, что врезалось в мою память.
И вот с этим мужчиной я надеялась тягаться?
Какая же я дура! Да мне повезло, что он не нагнул меня силой и не изнасиловал! Потому что если он захочет, то я не смогу ничего сделать. Просто не смогу…
Лезу рукой под подушку, чтобы проверить нож. Он на месте. Правда, теперь уже не внушает такого спокойствия, как до этого.
Полночи я кручусь без возможности уснуть. Стоит только закрыть глаза, как в голову лезут ненужные образы, и в каждом из них - мой муж.
Дикий, неистовый, опасный.
В какой-то момент мне становится очень неуютно. Разворачиваюсь и с удивление понимаю, что во-первых, в комнате светло, хотя я точно помню, что шторы задергивала. Получается, уже утро?
А во-вторых, в кресле - том самом, что я придвинула к двери, сидит Марко. Медленно выдыхаю, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.
Мы одни. В запертой комнате.
Как он здесь оказался? Зачем? Пришел, чтобы что?
На лице мужа ни единой эмоции - совершенное равнодушие и отстраненность. Как будто то, что я увидел вчера, всего лишь мираж.
Лучано сейчас в брюках и темно-серой рубашке с по-прежнему закатанными рукавами. И судя по виду, свеж и бодр.
Марко медленно поднимается из кресла, а я интуитивно пытаюсь отползти подальше.
- Что ты здесь делаешь? - хрипло спрашиваю.
Муж останавливается совсем близко с кроватью.
- Вопрос - что здесь делаешь ты, - веско роняет он. - Где ты должна ночевать?
- Я говорила, что мне нужна отдельная спальня, - вяло огрызаюсь.
Он недовольно хмурится.
- То есть мои вчерашние слова ты не услышала?
- О чем? Что нужно купить платье? Ладно, у меня еще есть время.
Я никак не могу разгадать, что на уме у Марко - он смотрит на меня задумчиво, но при этом ни единой эмоции не позволяет увидеть. Совсем не так, как вчера ночью.
- Ты кое-что забрала, Аделина. Верни.
- Не понимаю, о чем ты.
- Мои ножи.
Натянуто улыбаюсь. Мне кажется, в этот момент я как гимнаст, который балансирует на канате над пропастью. Единственная разница - у меня совершенно нет страховки. Один неверный шаг, и я разобьюсь. Приходится действовать только на интуиции.
- Я всего лишь взяла то, что мое, - как можно увереннее отвечаю, прикидываясь дурочкой. - Мы ведь женаты, так? Значит, все твое - мое.
Сама себе поражаюсь, но, похоже, рядом с мужем это уже становится традицией - вести себя нелогично и непредсказуемо. Как будто инстинкт самосохранения работает с перебоями.
Лучано довольно ухмыляется, словно я сделала ему подарок. Резко наклоняется, так что нависает надо мной и заявляет:
- Тогда и я возьму то, что мне принадлежит. Согласна?
Едва до меня доходит смысл его слов, как внутри леденеет от мысли, что Лучано ведь и правда возьмет.
- А твоя сестра считает, что ты - хороший, порядочный мужчина! - тараторю первое, что приходит в голову, пока судорожно нащупываю нож под подушкой.
Я не успеваю осознать, как Марко резко подается ко мне. От испуга я выставляю перед собой руку с ножом, который смогла найти. Муж буквально в последний момент уходит чуть влево, при этом отбивая мою руку так, что лезвие чиркает его по предплечью.
Естественно, и этот нож он у меня забирает. Оценивающе смотрит на него, затем на порез, на котором выступает кровь.
А после переводит взгляд на меня.
- Один-один, - тихо ухмыляется Марко.
- Я не стану…
Окончание фразы тонет в поцелуе. Пока я собираюсь заявить, что не стану с ним спать, Лучано не теряет времени и буквально вгрызается в мой рот.
Жестко и бескомпромиссно. Агрессивно и подавляюще.
Его язык врывается в мой рот, заявляя права на все. Наш поцелуй похож на цунами, в котором я не просто тону - я захлебываюсь, не имея возможности сопротивляться. Просто потому что эта стихия захлестывает с головой, лишая понимания происходящего.
Прихожу в себя, когда в груди уже начинает гореть. Жадно дышу и смотрю на мужа, который выглядит весьма довольным.
Радужка его глаз снова потемнела, и я улавливаю те же подавляющие волны, что и вчера. Хищное желание, которое вот-вот вырвется на свободу, дурманит, парализуя мое тело.
- Нет, - хриплю. - Я не стану.
Лучано пальцами удерживает мое лицо за подбородок, не позволяя отвернуться.
- Станешь, - буквально припечатывает он бескомпромиссным тоном. А затем резко отстраняется. - Это последняя ночь, которую ты провела здесь.
- Мне тут нравится, - упрямо повторяю.
- Не провоцируй, Аделина. Результат тебе не понравится.
Марко медленно проходится по мне взглядом, а я радуюсь, что практически полностью укрыта одеялом. Правда, от того, как смотрит муж, мне кажется, что я словно раздетая перед ним лежу.
- Завтра в семь вечера, - бросает он и, развернувшись, направляется к двери.
Кресло муж отодвигает совершенно без проблем, после чего выходит из комнаты. А я еще несколько минут так и лежу, приходя в себя.
Губы горят от поцелуя. Да что там - я вся горю. Сползаю с кровати. Подхожу к окну и, отдернув штору до конца, разочарованно вздыхаю.
Балкон. Неужели все так просто? Открыв дверь, выглядываю наружу, и становится ясно, что смежная комната тоже соединена с этим балконом. Вот как Марко оказался в спальне.
Вопрос только - как он узнал, где именно меня искать?
Пока ломаю голову над этим вопросом, раздается настойчивый стук в дверь.
13 Аделина
В первый момент я испуганно замираю, думая, что это Лучано решил вернуться. Но тут же понимаю абсурдность подобного - он бы не стал стучаться. А значит, меня нашла Белла.
Торопливо подхожу, но открыв дверь, испытываю разочарование - на меня угрюмо смотрит Грегорио.
- Через час выезжаем в центр.
- Какой еще центр? - непонимающе спрашиваю.
- Центр города, - скупо поясняет охранник и, резко развернувшись, уходит.
Ну, конечно, нельзя же нормально объяснить. Впрочем, я догадываюсь, что ехать придется за платьем.
На завтраке я наконец-то вижу Беллу - она задумчива и немногословна. Мажет по мне отстраненным взглядом, тем самым напоминая своего брата. Тот, кстати, на завтраке так и не проявляется.
Когда Кларисса уходит обратно в кухню, я пытаюсь завязать разговор с Беллой, но она на все вопросы лишь пожимает плечами. Сегодня сестра мужа снова в безразмерном домашнем костюме, но волосы заплела в тугую косу.
- Я тебя обидела? - не выдерживаю в итоге.
Реакции снова нет - Белла так и смотрит в тарелку с пышным омлетом. А мне становится крайне неудобно, пока она, наконец, не поднимает взгляд на меня. В ее глазах нет ни намека на обиду или недовольство. Простая задумчивость и какая-то рассеянность.
- Все хорошо, - она слабо улыбается.
- Может, хочешь поехать со мной в магазин? Мне надо выбрать платье для вечера, - осторожно предлагаю. Но она качает головой.
- Не могу.
После этого девушка молча уходит, а мне остается только гадать - она сама по себе такая, или дело в том, что ей пришлось пережить?
Поездка в торговый центр в итоге выходит странной. С одной стороны, я рада выбраться хоть куда-то. Но с другой - я остро ощущаю свое одиночество. Наутро после свадьбы ни отец, ни брат не позвонили мне. Даже Роза, и та не связалась. Уверена, они улетели, даже не подумав о том, чтобы узнать, как у меня дела.
Единственным человеком, которому было не плевать на меня - Сандра. Моя троюродная сестра и лучшая подруга.
Если бы она была на свадьбе, это бы помогло мне, но увы. Из-за разногласия между Лучано и Романо вряд ли в обозримом будущем мы сможем с ней увидеться.
Обходя магазины с женской одеждой, я невольно вспоминаю, как ходили с Сандрой, чтобы выбрать платье на ее помолвку. Тогда Роза устроила настоящий ад, но сейчас я была бы согласна и на это - только бы не чувствовать себя настолько одинокой.
Грегорио молчаливо следует за мной в каждый из магазинов, оставаясь, к счастью, в дверях. В третьем я сдаюсь и все же выбираю несколько платьев для примерки. Настроения куда-то собираться откровенно нет. Намного больше меня беспокоит, как долго я смогу бежать от мужа? Его утренние слова беспокоят меня. Ощущение, что он играет со мной, становится все более навязчивым.
Я его не понимаю, и от того страх еще сильнее. Страх потерять себя и превратиться в безропотную куклу.
В итоге я выбираю черное платье в пол с открытыми плечами без вычурного декольте и парой длинных перчаток, чтобы скрыть следы от своей выходки.
- Могу вам предложить замечательный комплект из белого золота и бриллиантов к этому платью, - услужливо предлагает девушка-консультант, после того как я подбираю еще и сумку с туфлями.