<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 15 >>

Дмитрий Валентинович Янковский
Третья раса

– За что? – насторожился я.

– Тоша с Лидочкой могут уйти навсегда. И мне придется объяснить, почему это произошло.

– Погоди. Я их что, чем-то обидел?

– Не знаю. Честно говоря, ни один специалист по психологии не может уверенно заявить, что творится в голове у дельфинов. А уж на что они могут обидеться, вообще никому не известно. Обычно они отвечают, когда знакомятся. А тут сразу попросились уйти. К тому же предварительно поинтересовались, будешь ли ты работать на станции.

– Только заступил, уже напортачил, – вздохнул я, поднимаясь вслед за Лесей по трапу.

– Не факт. Но тебе следовало сказать им что-то, не относящееся к их среде обитания.

– Ты же сама попросила меня не лгать. У меня сегодня все мысли связаны с океаном.

– Их это могло удивить. А дельфины чаще всего боятся того, чего не понимают. Их естественная жизнь весьма незатейлива. Ловля рыбы, игры, любовь.

– Но ведь они обладают вполне развитым разумом.

– Если сравнивать с человеком, то интеллект взрослого дельфина примерно равен интеллекту десятилетнего ребенка. Представь себе ребенка, который живет самостоятельной жизнью, добывает пропитание и занимается сексом.

– Забавно.

– Не знаю, что тут забавного. Некоторые ученые считают, что разум дельфинов возник как побочный эффект развития эхолокационных способностей. Для просчета подобной информации требуется развитый мозг, а дельфинам нужен еще более развитый, поскольку живут они только одним полушарием. Так что их разветвленные извилины развивались в первую очередь как математический аппарат и лишь потом в них затеплилось абстрактное мышление и воображение. Но я не сторонник этой теории, если честно.

– А какая теория на этот счет у тебя?

– Я склонна верить их собственным легендам.

– У дельфинов есть легенды?

– Конечно. Разве у десятилетних детей нет легенд?

Я вспомнил, как мы с Вовкой, забравшись ночью в эллинг его отца, пугали друг друга всевозможными страшилками. Почему-то взрослые потом забывают, на основе чего эти страшилки придумываются, но я помнил это прекрасно.

– Корни всех страшных детских историй кроются в подслушанных разговорах, – поделился я с Лесей. – Взрослые говорят о повседневных взрослых вещах, думая, что дети спят. А они не спят, а засыпают, находясь в пограничном состоянии между сном и бодрствованием, когда в соседней комнате говорят о гинекологии, катастрофах, авариях на производстве, о преступлениях, обманах, сексе и прочем, что обходит детей стороной. Многих слов дети не знают, поэтому подменяют их смысл звучанием. В результате кровельное железо превращается в кровавое, а обычный анализ крови на медосмотре в акт жуткого вампиризма. Может, и с дельфинами так же, раз они похожи психикой на детей? Может, их легенды являются отголоском того, что мы, люди, делаем в океане?

– Отчасти это так. Но большинство их преданий, самые древние, не вписываются в эти рамки. Ведь дельфины обзавелись разумом намного раньше, чем наши предки слезли с деревьев и лишились хвостов.

Я призадумался. Мне никогда не приходилось сталкиваться с дельфинами так близко, чтобы задумываться о таких вещах, как их легендаристика и мифология, однако теперь эта тема показалась мне в высшей степени интересной.

«У них ведь и религия могла сформироваться, – подумал я, выходя в коридор вслед за Лесей. – По крайней мере, примитивная. Надо будет почитать об этом, чтобы иметь хоть малейшее представление».

Как и было обещано, мы поднялись в рубку поста наблюдения. Заслышав наши шаги по трапу, дверь открыл пожилой мужчина, одетый в технический комбинезон.

– Привет, Бен! – поздоровалась с ним Леся. – Знакомься, это Рома, твой новый сменщик.

– Здравствуйте, – я счел уместным едва заметно поклониться.

– Привет, – буркнул старый Бен.

Брови у него были такими густыми, что взгляд казался тяжелым и подозрительным.

– Я ему все покажу, – Леся незаметно подтолкнула меня к порогу. – А вы езжайте домой.

Шагнув к Бену ближе, я уловил исходящий от него запах спиртовых испарений. В общем понятно было, что меня сюда не просто так взяли, а решили хоть на время удалить со станции старого пропойцу. Видимо, молодой инвалид-охотник не так беспокоил начальство.

Бен прокряхтел что-то невразумительное, забрал обшарпанную сумку и удалился, загрохотав ботинками по трапу.

– Не очень приятный тип, – признался я, когда шаги сторожа стихли.

– Звери его тоже не любят. В последнее время Бен совсем опустился, так что ему активно ищут замену. Но в здешних краях мало желающих работать на станции сторожем. Бен тут жил почти безвылазно два года. Честно говоря, не думаю, что вы с ним наладите отношения.

– Да я не очень-то и стремлюсь.

Оборудование сторожевой рубки показалось мне незатейливым, но вполне современным – электронный бинокль на станине, похожий на те, какими мы пользовались на охоте, два монитора для наблюдения, блок связи, навигационный блок, персональный компьютер и легкий кухонный модуль.

– А оружия нет? – спросил я в шутку.

– Есть, – ответила Леся, здорово этим меня удивив.

В общем-то я представлял свои обязанности некой формальностью. Ну, вроде как сложилось, что люди не оставляют собственность без присмотра. Особенно в океане. Что же касается реальных опасностей, то, даже хорошенько пофантазировав, трудно было их вообразить. Несмотря на то, что мы находились в Индийском океане, пиратов вблизи берегов не было благодаря нескольким успешным операциям охотников. За последний год они здорово проредили пиратские флотилии, так же как чуть раньше проредили численность скрывающихся в глубине биотехов. Так что теперь встретить в глубине одичавшую торпеду, оставшуюся с последней войны, было практически невозможно.

– И что это за оружие? – заинтересовался я.

– Автоматическая коротковолновая пушка, – неохотно ответила Леся.

– Н-да… У вас это называют оружием? Это же скорее пугач!

– А тебе обязательно нужен ракетомет?

– Нет. Просто ты с такой серьезностью назвала «грелку» оружием…

Коротковолновой пушки в общем-то достаточно для того, чтобы отогнать непрошеных гостей на приличное расстояние, но не более того. Хотя на пределе мощности пучок электромагнитного излучения теоретически может вызывать опасные для жизни ожоги, но все же такое оружие принято относить к разряду несмертельного. Так же как ультразвуковые орудия, например.

– Не думаю, что тебе придется ее применять, – закрыла тему Леся. – Хотя код управления я тебе дать обязана. Он на карточке обзорного монитора.

– Ладно. Вообще, тут хорошо. Высоко, вид превосходный и океан кругом.

– Я рада, что тебе понравилось. Но мне надо ехать.

– Жаль.

– Я завтра к тебе обязательно заскочу.

Мы спустились в каюту, где я забрал рюкзак с провизией, после чего мне осталось лишь проводить Лесю до катера.

– Не знаю, оставлять тебе код для запуска коммутатора или нет, – она задумчиво повертела в пальцах пластиковую карточку. – Звери как-то неадекватно на тебя отреагировали.

– Как хочешь, – пожал я плечами, стараясь не показать обиду.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 15 >>