Глава пятая
Вера – не рациональное понимание, это осознанное доверие Высшему существу тогда, когда не видно пути.
Освальд Чемберс
Декабрь, 1985 г.
К Джеку, возившемуся с карбюратором, подошли Карл и Тед.
– Как дела, Джек? – начал Тед, засунув руки в карманы.
– С этим почти закончил, Тед. Что-нибудь нужно?
– Нет, ничего, – ответил за брата Карл и сложил было руки на объемистом животе, но затем тоже засунул их в карманы. – Просто хотели сказать тебе, что мы тут поговорили и решили… в общем, тебе необязательно пока приходить в мастерскую.
Карл смущенно поскреб лысину, вернул руку в карман и продолжил:
– Сын Теда как раз приехал на каникулы, пусть поработает с нами. Мальчонке не мешает немного запачкать руки после сидения за партой.
Джек уставился в разобранный двигатель, не зная, что сказать. Он не раз встречал таких людей, которые хоть и не могли целиком снять ношу с твоих плеч, но считали себя обязанными облегчить ее. Братья Шейверы старались как могли, помочь ему справиться с надвигающимся несчастьем.
– Спасибо, я отработаю, – пробормотал Джек, опустив голову.
– Мы знаем, – точно так же не поднимая головы, ответил Карл, – но не нужно.
– Насчет зарплаты не волнуйся, – добавил Тед. – Майк будет высылать тебе чек каждую неделю.
Джек судорожно подыскивал слова благодарности. Ему собирались платить за работу, которую он не сделает.
– А теперь дай-ка я сам разберусь с этим агрегатом, – сказал Тед, – а ты езжай домой.
Джек хотел что-то сказать, но Тед уже нырнул под капот, а Карл молча ушел по своим делам. Джек вымыл руки, переоделся и поехал домой, чтобы провести с женой ее последнее Рождество.
Натан удивился и обрадовался, застав папу дома. Мальчик раздал всем сладости, полученные в школе: шоколадные снеговики и леденцы в виде снежинок. Затем повесил в изножье маминой кровати картонную елку и стал скотчем приклеивать к перилам снежинки, которые вырезал в классе под руководством Дорис. Подошла Рейчел и, заливаясь смехом, сорвала снежинку.
– Нельзя, Рейчел! – завопил Натан, выхватывая обрывки снежинки из липкого кулачка сестры. – Не трогай!
Малышка шустро перебежала к другому краю кровати, оторвала еще одну снежинку и вновь радостно рассмеялась, увидев, как рассердился старший брат.
– Ты все испортишь, – крикнул тот и оттолкнул Рейчел. – Прекрати!
Джек подхватил на руки собиравшуюся заплакать дочку и перевернул ее вверх ногами. Та завизжала от восторга.
– Натан, нельзя обижать девочек, – отчитал он сына.
– Рейчел порвала мои снежинки! – обиженно выкрикнул Натан.
– Не волнуйся, ты очень красиво все украсил, как в сказке, – заверила его Мэгги.
Пока все были заняты в гостиной, Эвелин успела упаковать подарки на кухонном столе. Теперь она должна под предлогом похода в магазин увести детей. Скоро появится Сильвия и введет Мэгги новую дозу лекарства, которое поможет справиться с усиливающейся день ото дня болью. Дети не замечали этой уловки взрослых, а если не хотели идти, Джек говорил Натану: «А кто же поможет бабушке?» И Натан бросался в прихожую одеваться, а за ним семенила Рейчел.
Вечером, после ужина, когда посуда уже была вымыта и убрана, Джек помог Мэгги сходить в ванную. От лекарств она испытывала многочасовые приступы тошноты, которые заканчивались рвотой и еще большей слабостью. В таких случаях Мэгги жестом давала понять Джеку, что ей плохо. Тогда он опускал ее ноги с кровати и помогал подняться. Мэгги хотя и очень ослабла, но все еще могла передвигаться, опираясь на мужа. В ванной комнате Джек обхватил жену и держал, пока ее рвало в раковину. Затем, придерживая Мэгги одной рукой, ополоснул умывальник и отвел ее обратно в комнату, уложил в постель и заботливо подоткнул со всех сторон одеяло. Мэгги казалось, что ее муж – самый сильный мужчина на свете.
Когда Мэгги снова устроилась в кровати, вся семья собралась вокруг нее, чтобы посмотреть по телевизору мультфильм «Рождество Чарли Брауна». Все получили огромное удовольствие, но громче всех смеялась Рейчел, которая обожала Снупи.
– Это моя самая любимая рождественская история, – сказала Эвелин, поднимая на руки внучку.
При этих словах Натан спохватился, вспомнив, что в школьном рюкзаке лежит его собственная рождественская история. Эвелин стала наливать воду в ванну, чтобы искупать Рейчел, а Натан присел рядом с мамой, чтобы прочесть ей свое любимое рождественское воспоминание.
– Миссис Паттерсон сегодня вызывала всех по очереди, и мы читали вслух свои сочинения, – гордо сообщил он родителям. – Тайлер сфотографировал, как Санта-Клаус заходит в дом через дверь, а снеговику Джошуа кто-то оторвал голову.
– Ох, как это ужасно, – улыбнулась Мэгги.
Натан открыл тетрадку и начал читать: «Мое самое любимое Рождество было, когда мы с мамой и папой катались на санках на ферме Уитмена. Папа свалился с санок, потому что мы сидели втроем, и мама смеялась всю дорогу до самого низа горки. Потом мы ели курицу, яблоки в тесте и пили горячий шоколад, а папа с мамой танцевали вокруг елки».
Мэгги сочинение сына очень понравилось. Она с улыбкой смотрела на неровные, но очень старательно написанные буквы. Похвалив Натана за хорошую память, она задумалась: неужели с тех пор прошло три года? А кажется, что это было вчера. Они с Джеком посадили маленького Натана между собой, но не успели проехать и четверти пути, как Джек не удержался на краю санок и свалился. Мэгги хохотала до слез, глядя, как он кувыркается вниз по склону.
– Да, это и мое любимое Рождество, – сказала она, возвращая сыну тетрадку.
– И мое тоже, – вставил Джек. – Правда, я потом две недели хромал.
– А как вы танцевали! – поддразнил их Натан.
Взор Мэгги затуманился. Джек всегда любил танцевать, хоть и не умел. Недостаток грации он восполнял неудержимым задором.
– Твоя мама танцует лучше всех на свете, – сказал сыну Джек.
– Миссис Паттерсон тоже рассказала нам о своем любимом Рождестве. Ей тогда бабушка подарила очень красивые туфли, розовые, с бусинками. Миссис Паттерсон танцевала в них целый день. И даже спала в них, – поделился впечатлениями Натан.
– Наверное, они и правда были очень красивые, – согласилась Мэгги.
Тем временем Эвелин искупала Рейчел, завернула ее в пушистое полотенце и отнесла в детскую. Мэгги посмотрела на милое личико сына. Голубыми глазами и светлыми волосами он походил на отца. В наступившей тишине она почувствовала, что ей надо поговорить с Натаном о скором будущем. Мэгги понимала, что другой возможности побыть наедине с мальчиком у нее может не оказаться, но не знала, как начать разговор.
– Милый, ты не принесешь мне попить чего-нибудь теплого? – попросила она Джека, глазами умоляя его выйти из комнаты.
Догадавшись о намерениях жены, Джек подскочил со стула. Они уже не раз обсуждали, когда, что и как сказать Натану. Состояние Мэгги стремительно ухудшалось. Времени оставалось мало.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: