– Нет. Я всегда просыпаюсь рано.
Он простонал:
– В точности как моя сестра. Теперь понятно, почему ты ей так нравишься.
– Ди понимает толк в жизни… в отличие от некоторых, – бросила я.
Его губы дрогнули.
– И она замечательная. Она действительно мне нравится. Так что не разыгрывай здесь грозного старшего брата.
– Я здесь не для этого.
Он подхватил ведро и бутылки с автошампунем. Наверное, мне стоило помочь ему, но как я могла упустить такое зрелище: он вместо меня взял и вымыл мою машину! И хоть он и улыбался своей невозможной улыбочкой, я-то видела, как все эти действия просто выводят его из себя. Чудесно.
– Тогда зачем ты здесь, кроме того, конечно, чтобы так по-дурацки извиниться?
Я не могла оторвать взгляда от его губ. Он-то уж точно умеет целоваться, я уверена. Сумасшедше, незабываемо. И уж точно его поцелуи не влажные, не липкие, не грязные, а такие… от которых просто крышу сносит.
Так, нужно срочно перестать пялиться на него.
Поставив все хозяйство на крыльцо, Дэймон потянулся и закинул руки за голову. Футболка топорщилась, обнажая кубики пресса. От одного взгляда на него у меня бабочки в животе запорхали.
– Возможно, мне стало любопытно, почему она в таком восторге от тебя. Ди ведь не слишком легко сходится с незнакомцами. Как и я.
– У меня как-то была собака, она тоже не жаловала чужаков.
Дэймон расхохотался. Глубоким, гортанным смехом. Сексуальным. Красивым. Я отвела глаза. Черт возьми, он явно из тех, кто ходит по ковру из разбитых девичьих сердец. Он – кошмар наяву. Может быть, чудесный, но все же кошмар. И полный придурок. Никогда не связывалась с придурками. Да я вообще на самом деле ни с кем еще не связывалась.
Я кашлянула и произнесла:
– Ладно. Спасибо за машину.
Но он стоял уже возле меня. Весьма неожиданно. Причем стоял так близко, что мы почти прикасались друг к другу. Резко вдохнув, я еле удержалась, чтобы не попятиться. Ему не мешало бы перестать вытворять подобные трюки.
– Как ты так быстро передвигаешься?
Он ничего не ответил.
– Моя маленькая сестренка что-то в тебе нашла, – произнес он так, будто старался понять, что именно.
Я сердито вскинула голову, стараясь смотреть поверх его плеча:
– Маленькая? Вы же близнецы.
– Я родился на целых четыре минуты и тридцать секунд раньше нее, – заявил он, глядя в мои глаза. – Получается, что она все равно младше.
У меня пересохло горло.
– То есть она у вас младшая?
– Ну да, хотя внимания нужно больше мне.
– А, ну это как раз все и объясняет, – хмыкнула я.
– Наверное. Но многие находят меня просто очаровательным.
Я хотела что-то ответить, но в этот момент допустила ошибку – взглянула ему в глаза. И немедленно утонула в их чистейшей зелени, такой, какую я видела только в Эверглейдсе – национальном парке Флориды.
– Мне что-то… с трудом в это верится.
Его губы слегка дернулись.
– А тебе и не нужно, Кэт. – Потянувшись, он подобрал одну из моих выпавших из хвоста прядей и накрутил себе на палец. – Какой это цвет? Не темный, не светлый.
Щеки у меня вспыхнули еще сильнее. Я откинула волосы назад:
– Русый.
– Ага, – кивнул он. – Но у нас с тобой есть еще один план.
– План? – я немного отошла от него и облегченно вздохнула. Сердце чуть не выпрыгивало из груди. – У нас нет никаких планов.
Дэймон развалился на ступеньках крыльца, вытянул ноги и оперся на локти.
– Удобно? – резко спросила я.
– Ужасно удобно, – ухмыльнулся он. – Итак, о наших планах…
Я предпочитала держаться на расстоянии.
– О каких?
– Ты же помнишь, мне было велено «притащить сюда свою задницу и вести себя по-человечески»? – он закинул ногу на ногу и смотрел на верхушки деревьев. – Если этот план сработает – я верну свои ключи.
– Объясни-ка поподробней.
– Так вот, – вздохнул он. – Ди спрятала мои ключи. Она вообще умеет так все спрятать, что никогда не найдешь. Я уже весь дом перевернул – и ничего.
– Ну так заставь ее признаться, куда она их дела.
Какое счастье, что у меня нет ни сестер, ни братьев.
– О, я бы непременно так и сделал, если бы она была здесь. Только она уехала и не вернется до самого воскресенья.
– Что? – Она ничего не говорила о том, что собиралась куда-то ехать. Или к кому-то. – Я не знала.
– Это было спонтанное решение.