глазами статуи, увидевшей звезду,
ломая льды, сметая имена, —
идёт волна.
Сквозь горечь, в горле ставшую колом,
навстречу, напрямую, напролом,
слов не найдя (они и ни к чему) —
лови волну.
Миг – и следы исчезнут на песке —
но время остановится в прыжке
кристаллами, где «рядом» и «давно»
слились в одно.
Я не спрошу зачем – и о цене —
она летит, она уже во мне;
и разметайте клочьями во тьму —
я рук не разожму.
«Закрывается дверь. И, туманом дробясь…»
Закрывается дверь. И, туманом дробясь,
стылый воздух рисует дрожащую вязь.
Очертанья внезапно отступят назад,
ещё шаг – их уже не увидят глаза,
и ещё, и ещё – и не вспомнят они,
как свои коротали бездонные дни,
и теперь даже тонкий неровный пунктир
не означит на звуки распавшийся мир —
шаг за шагом, неслышно… И кто же из нас
растворяется в утре прохладном сейчас,
кто истает туманом у края дорог,
кто из нас пережить эту встречу не смог?
Кто из нас не забыл холодящих потерь,
кто из нас? За тобой закрывается дверь.
«Нет, и нет, и ещё раз нет…»
Нет, и нет, и ещё раз нет,
ничего у нас быть не может.
Отпечатался зыбкий бред
синяком на прозрачной коже.
Наобум, безрассудно – пусть,
чем окончится – безразлично
(я вернусь, всё равно вернусь,
ты поверь, будет всё отлично).
И, немыслим, проляжет путь,
разойдутся мосты и сроки.
(Объяснил бы мне кто-нибудь,
как слагаются эти строки!)
До ключиц, до запястий – в дрожь;
жить – мы раньше так не умели
(ты не знаешь, меня не ждёшь);
всё равно доберусь до цели.
Я дойду, проскользну, как тать,
сквозь опасности-кривотолки,
пусть грозятся меня сожрать
отощавшие в зиму волки;
пусть дожди промочить насквозь,
пусть леса не пустить грозятся —
всё равно – не могу я врозь
и не стану с тобой прощаться.
Как ты будешь меня бранить!
Но послушай, такое дело:
я о стольком поговорить,
помолчать с тобой не успела!
Не тревожься и не грусти,
ведь никто на земле не вечен;
верь: меня будет Бог вести
и беречь – ради этой встречи.
Ткнуться носом тебе в плечо! —
разве многого я просила?
Боже мой! – никогда ещё
не жила я с такою силой!
Не видала сибирских рек,
в городах, взаперти, острожно
закольцованный длила бег
и не знала, что всё возможно.
Впереди – целый век пути,
но ложится тропа под ноги;
подожди меня, подожди
в безоглядной моей дороге.
«Неясный звук разбудит в час ночной…»
Неясный звук разбудит в час ночной:
настойчивы, мучительны повторы…
Не отмахнись, задёргивая шторы —
прислушайся и форточку открой.