Оценить:
 Рейтинг: 0

Мишка и волшебный цветок

Год написания книги
2013
Теги
1 2 3 4 5 ... 12 >>
На страницу:
1 из 12
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Мишка и волшебный цветок
Екатерина Береславцева

Если ты младший в семье, то твои обязанности – поменьше приставать к братьям и сёстрам, приносить из школы только хорошие отметки и беспрекословно поедать фирменные бабушкины блинчики. Но как быть, если родился не у обычных родителей, а в древнем роду знахарей Мелитопольских, да еще обладаешь сверхспособностями? У Мишки Никитина на этот счет своё особое мнение. Поэтому для родителей потомственный чародей играет роль послушного сына, помогающего на кухне бабушке и чуть больше положенного интересующегося ботаникой. Но как только внимание любопытных родственников усыплено, у Мишки начинается совсем иная жизнь, в круговорот которой затягивает и злобных колдунов, и призраков предков, ну и, конечно, самую красивую девочку на свете…

Екатерина Береславцева

Мишка и волшебный цветок

Моим любимым детям Ивану и Марии посвящается

Глава 1. Самая обычная семья с привидением

Хмурое солнце медленно, словно нехотя поднималось над маленьким городком. И его можно понять – кому охота вставать в такую рань зимой? Зависнув над верхушками заснеженных деревьев, оно посмотрело вниз – по улицам спящего города проскользнула тёмная тень. Это ночь, ещё час назад чувствовавшая себя здесь единственной хозяйкой, надев огромные чёрные очки, торопливо убегала прочь. Светило довольно хмыкнуло и, повеселев, продолжило свой подъём. Его победные лучи разбудили первых птах, которые, прочистив свои горлышки, ответили солнцу и всему миру весёлыми трелями. Словно звонкий будильник, их пересвист зазвучал у окон, и самые чуткие из жителей, цепляясь за ускользающие сны, стали просыпаться. И вот уже шум воды в раковине, бульканье чайника на плите, требовательное мяуканье оголодавших за ночь котов, поиск носков, ключей и сумок и нервные возгласы: «Опять опаздываю!» И затем – залпы открывающихся дверей и калиток, быстрый бег по скользким дорожкам и громкое сопение покрасневших на морозе носов. Город радостно вступал в свой новый день.

Одинокое привидение, сидящее на крыше двухэтажного особняка, потянулось сладко, осмотрело сверху окрестности и сгинуло в дымоходе с протяжным выдохом: «Спа-а-а-ать!» Этот дымоход, и крыша, и весёлые ставенки на окнах, и запущенный сад во дворе принадлежали дружному семейству Никитиных. Их день начинался как обычно.

– Марина, ты не видела мой портфель? – спрашивал папа Рудик свою супругу, стоя почему-то перед открытой дверцей платяного шкафа.

– Ты думаешь, дорогой, что он решил не ходить сегодня на работу, а мирно поспать среди чистого белья? – отвечала, посмеиваясь, жена. – Растяпа! Твой портфель лежит в прихожей, ты же вчера сам его туда положил! Я помню даже, что ты сказал при этом: «Ну, завтра уж точно его искать не буду!..»

– Милая, если бы ты только знала, сколько вещей одновременно мне приходится держать в голове!

– Ну да, портфель там уже точно не поместится! – рассмеялась Марина и взъерошила густые вьющиеся волосы своему мужу. – Кажется, кому-то пора стричься. Зайди-ка после работы к Михасику.

– Сегодня не получится, Мариш, я же тебе говорил!

– Ах да, – вспомнила Марина. – Ваша Анна Михайловна вечером устраивает праздник живота! Это сколько уже лет она у тебя работает?

– Двадцать, представляешь?

– Да-а-а-а! – восхищённо протянула Марина. – Просидеть двадцать лет за стойкой регистрации в отеле, обслуживая этих непредсказуемых командировочных – это, знаешь ли, тянет не меньше, чем на медаль! Я бы и недели не продержалась.

– Наговариваешь на себя, дорогая! – Рудик обнял свою жену. – Твои ненормальные художники, я думаю, похлеще туристов, но, однако же, ты с ними как-то справляешься.

– Родители, меня уже нет! – мимо дверей спальни звонко процокали каблучки Елены, старшей дочери Марины и Рудольфа. Она спешила на учёбу в медицинский институт. – Вернусь поздно! Не забудьте сделать Мишке полоскание для горла!

– Не забудем, Ленусь! – крикнула вдогонку дочери Марина. И повернулась к мужу. – Вот трудоголик! Вся в тебя.

Она зевнула и с удовольствием потянулась.

– Всё, иду умываться! Дорогой, ты не обидишься, если я не спущусь тебя проводить? – Марина заглянула в лицо мужа с лукавой улыбкой. – А то я не успею собраться.

– Иди уж, – нежно щёлкнул по жениному носу Рудик. – Мне не привыкать!

– Вот спасибо!

Марина поцеловала мужа, на бегу поправила покрывало на кровати и выскочила из спальни. Проходя мимо комнаты средней дочки Александры, Марина несколько раз постучала в её дверь.

– Вставай, Шурка, школу проспишь!

– Мамуль, ещё пять минуточек, и встаю… – раздался сонный голос с той стороны двери, а вслед за ним – звонкий треск упавшего телефона, который, стукнувшись о пол, вдруг запел хриплым голосом Лепса.

– Фу-ты ну-ты! – воскликнула Шурочка и попыталась дотянуться до телефона. Однако запуталась в одеяле и грохнулась с кровати, проснувшись уже окончательно.

Вспомнив, что сегодня у неё ответственный день, Шурка вскочила на ноги и принялась быстро собираться. Александра была легендарной личностью в городе. Большую часть своего времени она проводила в клубе «Пегас», где с упоением стучала на барабанах и прочих ударных, доставляя немалое удовольствие собратьям по группе «Наше всё». Шурка писала все песни, исполняемые группой, и сегодня должна была решиться судьба одной из них. Именно с ней ребята хотели выступить на предстоящем музыкальном фестивале. Поэтому сейчас Шурка умывалась тщательнее, чем обычно, старательно намыливая шею и уши с длинными мочками – явным признаком гениальности, а как же!

Снизу донёсся звон посуды. Это бабушка Соня, тёща папы Рудика, скромная старушка в клетчатом синем переднике, с седым пучочком волос на голове, возилась на кухне. Она готовила завтрак для младшего внука Мишки, десятилетнего сорванца, который уже несколько дней лежал дома с простудой.

– Доброе утро, Софья Михайловна! – крикнул в сторону кухни папа Рудик, спустившись вниз, уже одетый в строгий тёмно-серый костюм. Он любовно похлопал рукой по портфелю, который всю ночь преспокойно пролежал на тумбочке в прихожей, и начал обуваться.

– Доброе утро, Рудик! – отозвалась бабушка Соня. – Извини, не могу выйти тебя проводить, вожусь с тестом.

– Ну что вы, не переживайте, Софья Михайловна. Я совершенно спокойно закрою дверь сам!

И Рудольф Евстигнеевич, надев длинное тёплое пальто и мягкую коричневую шляпу, подарок любимой жены, вышел на улицу и направился в сторону своего отеля «Звезда», в котором он, как вы уже, наверное, догадались, был самым главным начальником.

Марина и Шурка спустились вниз практически одновременно. Пока мать одевалась, дочь забежала на кухню и вытащила из холодильника кусок вчерашнего пирога с мясом и пакет с молоком. Запихнув полкуска пирога себе в рот, она начала метаться по кухне, ища свою кружку.

– Что же ты холодный-то ешь? – засуетилась бабушка. – Давай быстренько разогрею!

– Не, ба, не успеваю, и так сойдёт! – проговорила с набитым ртом Шурка, отыскала, наконец, свою жёлтую кружку и залпом выпила ледяное молоко. Затем она чмокнула бабушку в щёку, испачканную мукой, и стремительно побежала одеваться.

– Мамуль, подожди меня, я быстро! – сказала она уже одетой Марине, торопливо стягивая свою куртку с вешалки.

– Жду, – коротко ответила Марина и помахала рукой выглянувшей из кухни бабушке Соне. – Мам, приду поздно. Поцелуй за меня Мишку, когда он проснётся.

У Марины была своя художественная галерея, которая требовала много внимания – то устройство выставок и презентаций, то встречи с художниками и их поклонниками, – поэтому молодая женщина нередко задерживалась на работе допоздна.

– Хорошо, Маринушка.

– И не забудь сделать мальчику полоскание для горла, ладно?

– Уж как-нибудь и без вас разберёмся, – проворчала старушка. – Идите с богом! Удачного вам дня!

Элегантная женщина в красном пальто и тоненькая девочка в белой курточке и шапке с весёлым помпоном выскочили через двор на улицу и разбежались в разные стороны, помахав друг другу на прощание.

Бабушка Соня с Мишкой остались одни. Пока внук спал, бабуля, тихо мурлыкая что-то себе под нос, закручивала блинчики, начиняя их творогом. Мишка с давних пор, сколько себя помнил, не ел на завтрак ничего другого, как его ни уговаривали взрослые. Вообще-то он был довольно послушным ребёнком, но иногда прорывающееся упрямство ставило в тупик его родителей. «Это он в прабабку», – приходили они к согласию и оставляли сына в покое.

Бабушка Соня, тихая старушка с характером безобидного одуванчика, души не чаяла во внуке. Нет, Елену и Шурку она тоже очень любила, но девочки давно уже выросли из её сказок, сочиняя теперь свои, не менее увлекательные. Мишка же с самого раннего детства привык видеть рядом с собой бабулю, ведь Марина вышла на работу, когда ему исполнилось всего полгода. Кроткая старушка с достоинством приняла эстафету, взяв на себя все обязанности по воспитанию внука. Утром она его будила, вместе с ним делала лёгкую зарядку, распахнув пошире форточку в детской и глубоко вдыхая свежий воздух. Маленькие килограммовые гантели забавно смотрелись в руках хрупкой бабушки, но это не мешало ей поднимать руки вверх, шумно втягивая в себя воздух во время вдоха, и с чувством выдыхать его, опуская гантели вниз. Пёс Бонифаций, ещё один жилец этого дружного дома, в это время с весёлым лаем носился вокруг спортсменов, мешаясь под ногами. После зарядки и водных процедур бабуля подавала к столу любимые Мишкины блинчики, затем она помогала внуку собраться в школу и махала ему из окошка, когда он выходил из дома.

Надо сказать, что мальчик рос не совсем обычным ребёнком. Он, конечно, любил, как все мальчишки в его возрасте, игры в войнушки и стрелялки. Но, при всей живости своего характера, ему гораздо больше нравилось заниматься вязанием, которому научила его бабка, или готовить необычные блюда, порой имеющие такой странный, но притягательный вкус, что все домашние, собираясь по обыкновению вместе за поздним ужином, восхищённо цокали языками и пытались угадать, из чего же сегодня приготовлено кушанье. И это, нужно заметить, не так просто было сделать. Очень редко кому-то удавалось понять, что отбивные, имеющие вкус нежной телятины, слеплены из обыкновенной капусты с добавлением разнообразных специй. И ни капельки мяса! Мальчик удивлял всех своими чудесными способностями. Папа прочил ему сказочную кулинарную карьеру в своём отеле.

– Немного подрастёшь, сынок, – довольно потирал он ладони, – и станешь правой рукой самому Михаилу Семёновичу!

Михаил Семёнович Заманский – это шеф-повар папиного отеля «Звезда». Личность, надо сказать, невероятно знаменитая! Но об этом чуть позже.

Мама, нежно взлохмачивая чёлку мальчику, приговаривала:

– Это ты в меня такой талантливый! Помню, в детстве я пекла обалденные оладушки, правда, мам? – и лукаво поглядывала на бабушку Соню.
1 2 3 4 5 ... 12 >>
На страницу:
1 из 12