– Так вы за этим к людям бегали? – догадалась Мальва.
– И за этим тоже.
– Красавиц много встречали?
– Краше тебя – никого.
– Ох и льстец, – хмыкнула ведьма, – вообще-то я в любовных зельях не особо сведущая. Как-то не приходилось. Но попробовать можно. Говоришь, морок его не берёт?
– Совсем, – покачал головой Орест.
– Попробуем мой.
Мальва поманила племянников за собой в пещеру, усадила возле большого котла и разожгла огонь.
– Посмотрим-ка, молодцы, что с вами не так, – усмехнулась ведьма.
Мальва провела ладонью над котлом. Из воды потянулись зелёные стебельки и скользнули между растопыренных пальцев. Она позволила диковинному цветку обвить руку до самого запястья, затем достала из-за пояса крохотный нож и перерезала стебли. Тотчас же вода в котле покрылась мелкими розовыми цветами. Ведьма собрала их в ладони и подбросила в воздух. На пол упали два одинаковых венка
– Ну-ка, наденьте, – велела она братьям.
Сурья послушно склонил голову, а Орест захихикал.
– Ну вылитая девица.
– На себя посмотри, – огрызнулся Сурья.
Розовые цветы на синем лбу юного владыки выглядели нелепо, и даже Мальва улыбнулась. Орест посмотрел на своё отражение в котле и скорчил рожицу. На гладкую поверхность воды упала капелька, затем вторая. Мелкие круги разошлись по воде, отчего отражение Ореста задрожало и стало вдруг фиолетовым.
– Недобрый знак, – прошептала ведьма и сдёрнула с головы Ореста венок.
На розовых лепестках застыли бурые капли крови, а воздух в пещере наполнился запахом тлена. Мальва почувствовала, как сердце бешено колотится в груди.
– С кем ты связался, мальчик мой? – спросила она.
– Да ни с кем, – неуверенно улыбнулся Орест.
– Лучше спроси, с кем он не связывался, – подал голос Сурья.
Мальва опустила венок в котёл. Он закружился, будто волчок, расплёскивая воду, окрасившуюся в ярко-алый цвет. Мелкие ручейки побежали по стенкам котла, капая на пламя. Очаг зачадил. Густой чёрный дым окутал Ореста с головы до ног, а потом вдруг исчез. Мальва заглянула в котёл: вода опять была прозрачной, на поверхности плавали мятые лепестки, а голые стебли, оставшиеся от венка, опустились на дно.
– Недобрый знак, – зачарованно повторила Мальва, – берегись.
– Да ну тебя, – внезапно разозлился Орест, – чего ты ко мне привязалась? Ты вон ему помоги.
– Но я…
Мальва не договорила. Алые с чёрным ресницы вздрогнули, а рот приоткрылся в изумлении.
Волосы Сурьи были усыпаны сухими лепестками и комочками мышиной шерсти. Он трусил головой и сплёвывал прилипшие к губам соринки.
– Думаю, с твоим колдовством что-то не так, – криво усмехнулся Орест.
– Всё так, – сумела вымолвить Мальва, протянула руку и дотронулась до лба Сурьи, – заклинание рассыпалось.
– Что ты хочешь сказать?
– Что оно рассыпалось, – огрызнулась ведьма, – не знаю как. Но его больше нет. Так говорите, морок его не берёт?
Мальва засуетилась, бегая по пещере и доставая из пыльных углов всевозможные бутыли с тонкими горлышками. Она расшвыривала их, как попало, пока не нашла то, что искала: старинную бутыль из чёрной глины, расписанную причудливыми узорами. Горлышко было закупорено пробкой с набалдашником в виде рогатой головы невиданного существа. Оно ухмылялось, поблёскивая мёртвыми рубиновыми глазами.
– Кровь беса, – зачем-то пояснила Мальва, – ему перерезали глотку на тринадцатой луне и спустили всю кровь до капли в этот сосуд.
– Разве бывает тринадцатая луна?
– Бывает. Раз в двести лет. И тогда на бесов идёт охота. Но годится кровь лишь тех, кто ещё не был переселён.
– А как узнать?
– Обычно отбирают младенцев.
– Ох! Слышал бы тебя отец. И откуда это у тебя, Мальва?
– Досталось от твоей бабушки, – сверкнула глазами ведьма, – это мощное зелье, похлеще любого морока. Отведавший бесовского дурмана уж точно не станет робеть перед девицами.
– Ну, что мешкаешь? – нетерпеливо воскликнул Орест.
Сурья взволнованно приподнялся, наблюдая, как Мальва откупорила бутыль и налила немного чёрной густой, как патока, жидкости в котёл. Вода забурлила, словно кипящий кисель. Прямо посередине котла образовалось несколько пузырьков. Они лопались один за другим, выбрасывая в воздух стебельки чёрного пара.
– Ты уверена, что это хорошее колдовство? – с сомнением спросил Орест.
– Тёмная магия не всегда во вред. А ты, Сурья, поди сюда. Наклонись над котлом да умой лицо. Не бойся – оно только с виду горячее.
Сурья застыл, с отвращением глядя на бесовское варево. Ему не хотелось умываться этой мерзостью. Но Орест смотрел на него исподлобья, грозно сдвинув брови, и ему стало стыдно. Он подошёл к котлу и наклонился. Из воды не него смотрели десятки крошечных светящихся глаз, прищуренных, будто насмехавшихся над его нерешительностью. Сурья вздохнул и погрузил в варево ладонь.
И тотчас же всё исчезло. Вода успокоилась и стала мутно-серой, как из грязной лужи. Пламя в очаге погасло, а по ногам пронёсся неприятный прохладный ветерок.
Мальва вскрикнула, схватившись руками на волосы, и замерла над котлом, не в силах поверить собственным глазам.
– Так не бывает, – пробормотала она. Затем посмотрела на Сурью, и по её лицу пробежал страх, – кто ты, княжич?
– Я всё тот же, что и раньше, – ответил Сурья.
– Я ж говорил, что морок его не берёт.
Орест хлопнул себя руками по бёдрам и укоризненно покачал головой.
– Должно быть, протухло твоё бесовское пойло, Мальва. Заделай-ка лучше хорошего вина.