Мальва промолчала. По-правде, она не знала, что сказать. Что ответить на немой вопрос, читавшийся в погрустневших глазах Сурьи. Она действительно не могла ему помочь. И самое страшное, что ведьма даже не представляла, кто вообще мог ему помочь. Она смотрела на мутную воду в котле и чувствовала, как волосы на затылке встают дыбом.
– Ни один морок не возьмёт тебя, мальчик мой, – едва слышно прошептала она.
– Это мы и без тебя знаем, – буркнул Орест, – он как глухая стена. И если тебе нечего добавить, Мальва, то мы, пожалуй, пойдём.
Братья переглянулись и, наспех попрощавшись, поспешили к выходу.
Мальва вяло помахала им рукой, даже не оглянувшись в след, и осторожно подошла к котлу. Подобрав с пола соломинку, она вновь открыла бутыль и окунула туда самый краешек. Затем бросила в воду. Раздалось шипение, затем всё стихло. Соломинка плавала на поверхности, как ни в чём не бывало. Мальва шептала заклинания, но ничего не происходило. И от этого стало не по себе. Она выбежала из пещеры, взобралась на холм и упала на колени перед маковыми цветами. Красные головки тотчас же потянулись к ведьме, ласкаясь, будто преданные псы. Мальва гладила их и смеялась, а по щекам текли слёзы облегчения.
Слава Горам, Сурья разрушил лишь колдовской очаг. Сила её цветов осталась нетронутой.
Часть вторая. Долг
Глава 1
Каждые семь новолуний торговцы устраивали ярмарку, на которую слетались, съезжались и сползались все жители Межгорья, которым была охота прикупить обновку да поглазеть – вдруг чего интересного привезут. Или кто разбуянится и в драку полезет – драчунов хватало, а желающих посмотреть было раз в десять больше. Народ делал ставки, сшибая иной раз неплохую деньгу.
Владыки обычно не посещали ярмарки, и то было к лучшему: буянить при них мало кто смел, а уложить на лопатки одним лишь взглядом они могли любого. Какое уж там веселье! Но в этот раз Ярушка с дочками собрались проведать сборище, о котором с утра до вечера галдели болтушки.
Ярмарка совершенно не интересовала Ирвальда, однако отпустить своих женщин одних он не мог, и поэтому сквозь зубы бранился на сыновей, исчезнувших неизвестно куда. Он с удовольствием поручил бы Сурье сопровождать мать и сестёр.
В ожидании Ярушки, Ирвальд развалился на стуле в обеденном зале и курил трубку. Аромат зелья витал в воздухе, однако его почему-то не цепляло. Он привык к бесконечной трескотне Ореста над ухом, к молчаливым ухмылкам Сурьи, а если их не было, то к ласковым пальцам жены, перебирающим его волосы. Ирвальд уже давно не курил в одиночестве, и сейчас ему было не по себе. Он с тоской в сердце думал о том, что дети выросли, и пора бы менять привычки, а этого так не хотелось.
Неожиданно в окно залетел голубь и опустился на стол прямо перед хозяином замка. К лапке птицы был привязан небольшой кусок бересты. Ирвальд подцепил его когтем, и положил на ладонь. Под его взглядом береста развернулась, став размером с небольшое полотенце, исписанное символами владык. Ирвальд читал и хмурился.
Совет Верховных призывал его встретиться – обсудить крайне важное дело. О том, что могло случиться, в письме не было ни слова, и это было странным.
Необычным было и то, что совет послал письмо напрямую, ведь Верховным в семье Кош пока ещё считался Авгур, как старший из владык. Только он мог решать, кому из мужчин его рода принимать участие в обсуждении важных дел.
Ирвальд задумался, постукивая пальцами по краешку стола. Затем кивнул головой, отпуская голубя. Выбора у него особо не было – так или иначе следовало лететь.
С другой стороны, что несказанно радовало, не придётся ехать на ярмарку. Ирвальд отложил трубку в сторону и поднялся.
– Себрий, – крикнул он из окна, – кончай свою возню и собирайся. Поедешь с княгиней вместо меня.
Простившись с женой и дочерьми, Ирвальд вскочил верхом на Юрея и полетел на Совет. Путь его лежал через долины, поля и леса Межгорья, широкие реки Забвения и Вечного Морока, к Красным Горам. Верховенство владык сейчас принадлежало Ярам, как самому многочисленному семейству.
Верховный князь Каспий Яр был единственным в своём поколении – остальные князья погибли во время войны с дьяволами Песков. Зато у него было тринадцать сыновей и двадцать внуков. Красных вершин на всех не хватало, поэтому четыре старших князя оставили Горы, посвятив себя делами Совета.
Яры считались мудрыми правителями. Благодаря их умелому верховенству закончилась война с владыками Песков, и продолжалось перемирие с тиранами, несмотря на то, что небесные хранители всячески пытались его нарушить, пуская в ход всевозможные коварные уловки.
Ирвальд уважал Яров. Ему льстило, что именно его пригласили на Совет. И в то же время это настораживало.
Он сделал круг над замком Малиса Яра, слегка подивившись тому, насколько он мал. Красные владыки не любили выставлять богатство на показ. Ходили слухи, что пещеры их Гор набиты до отказа драгоценными камнями, однако жили Яры довольно скромно. Каспий не терпел вычурности, предпочитая золотым побрякушкам крепкий клинок. Такими же были его сыновья. Поэтому в их замках было ровно столько места, сколько требовалось домочадцам.
Зато конюшни были просторными: в них без труда помещались сотни могучих отборных ядокрылов да чернорогих красавцев-коней, за которыми денно и нощно следили несколько дюжин конюших. Стойла были вычищены, а скакуны выгуляны на просторных лугах, расстилавшихся до самой реки Вечного Морока.
Ирвальд с интересом рассматривал непривычную для него местность.
На землях красных владык было мало леса, всё больше поля да холмы. В давние времена они утопали в колдовских цветах, рассыпавших повсюду ядовитую пыльцу багряного морока. И горе было тому путнику, который не знал дороги. Багряный морок окутывал тело, высасывая из него кровь и превращая плоть в тлен. От несчастного оставалась лишь красноватая дымка. Поля были укутаны алым туманом. А в редких оазисах чистых трав обитала трёхглазая нечисть, настолько уродливая, что немногие, повидавшие её, вовек не могли забыть.
Так продолжалось несколько тысяч лет, пока владыки не стали приручать ядокрылов. Они летали над полями, соревнуясь в боях. Ядовитые перья сыпались вниз, разгоняя нечисть и отравляя землю. Колдовские цветы увяли, а с ними и морок. Нечисть тоже ушла, и со временем некогда проклятая земля зазеленела шёлковым ковром луговых трав.
Ведьм в этих краях было мало. Всего лишь два небольших поселения – одно в лесу, второе – в пещерах. Яры их не особо жаловали и запрещали соваться куда-либо, кроме нескольких лужаек вокруг своих лачуг, где они выращивали колдовские травы.
Была б на то воля Каспия, он вообще прогнал бы их за реку, однако его неженатым отпрыскам требовались девки для утех, а ведьмы охотно их привечали. И в этом Яры ничем не отличались от других владык.
Ирвальд опустил Юрея во дворе замка, и тотчас же к нему подскочили два конюших-зверолюда. Князь спешился, похлопал скакуна по спине и кивнул. Юрей послушно последовал за слугами в конюшни.
На пороге замка его встретили тени. Склонившись едва ли не до самой земли, они прошуршали приветствие и протянули руки вперёд, указывая путь. Ирвальд следовал за ними по широкому коридору замка, рассматривая краешком глаза нехитрое убранство. Держатели для факелов были простыми – медные кольца, торчавшие прямо из стен. Однако дверные ручки, выполненные в виде диковинных морд, сверкали чистым золотом. Ирвальд усмехнулся: всё ж скромность Яров имела предел.
Наконец, тени привели его в зал Совета.
Это было огромное помещение с шестью углами. В каждом из углов на небольшом постаменте, выполненном из чёрного мрамора, стояли шесть магических символов владык. Несведущему взгляду могло показаться, что символы – не что иное, как куски пород, вырубленные грубой рукой неумелого мастера. Однако каждый из символов хранил на себе отпечаток Ярости. Сложив их воедино, можно было вызвать стихию, способную стереть Межгорье с лица земли.
Лишь Верховные владыки могли дотрагиваться до четырёх камней. Два остальных оставались нерушимыми вот уже несколько тысячелетий. Один из камней был исходным, второй – замыкающим. Согласно преданиям лишь великий Орвий имел власть над замыкающим камнем.
Загадкой для всех был исходный. В древних письменах не было ни слова о том, чья рука могла его касаться. В своё время это пробовали многие из владык, но камень оставался мёртвым. С одной стороны, это было хорошо: никакому безумцу пока не удалось положить начало конца. С другой – никто не знал, кто мог оказаться этим безумцем, а это пугало.
Все шесть камней надёжно защищал морок, над поддержанием которого трудились несколько могущественных колдунов. Обитель их была сокрыта глубоко в пещерах Красных Гор, и лишь нескольким из Яров был известен путь.
В центре зала располагались четыре трона, принадлежавших вершителям Совета. Напротив них стояли кресла, выстроенные полукругом, так что сидевшие могли видеть друг друга. Всего кресел было шестнадцать – по четыре на каждую из семей владык. Ирвальд занял одно, украшенное орнаментом из сапфиров и серебра. Кресла Яров сверкали рубинами и золотом, Зюзов – бриллиантами и серебром, а вот кресла Велесов были вырублены из диковинного чёрного камня, переливавшегося при свете факелов всеми цветами радуги. Несколько мгновений Ирвальд любовался драгоценной символикой владык, а после в зал вошли вершители – Малис и Савой Яры.
Красные владыки несколько отличались от других владык. Они были пониже ростом и коренастей, да и кости их не так выступали. Волосы у Яров были тёмно-коричневыми и отливали золотом, кожа цветом напоминала багрянец осеннего листа.
– Приветствуем тебя, князь Кош.
Малис Яр улыбнулся Ирвальду приятнейшей из улыбок, отчего ему сразу стало не по себе. Он поднялся и приложил распахнутую ладонь ко лбу, выражая почтение. Малис и его брат Савой ответили ему тем же, показывая, что открыты для его колдовства.
Затем Малис кивнул, приглашая Ирвальда сесть.
Сами братья заняли два центральных кресла.
– Полагаю, ты удивлён, – начал Малис, – что мы пригласили одного лишь тебя.
– На то есть причины?
– Да, – Малис снова улыбнулся. Красные глаза сверкнули, – мы решили, что должны обсудить некоторые вещи только с тобой, не привлекая Верховного владыку.
– Не уверен, что понимаю тебя, Малис. Слово семьи пока ещё остаётся за Авгуром.
– На этот раз нет, Ирвальд, – возразил красный владыка, – это касается только тебя.
Малис поднял указательный палец вверх, призывая Ирвальда оставить вопросы. У него было всего лишь четыре пальца. На месте шипа красовался довольно грубый срез. Ирвальд поморщился, вспоминая, как потерял свой, и ладонь невольно сжалась в кулак.
– Я знаю, Ирвальд, как нелегко синим владыкам управлять Горами. Старшие князья уже стары, а княжичи слишком молоды. Леса полны нечисти, а в долинах живёт больше ведьм, чем где-либо в Межгорье. К тому же, ты стережёшь выход в человеческий мир. Это нелегко…
– К чему ты ведёшь, Малис, – нетерпеливо спросил Ирвальд.