Я начинаю задыхаться от накатившего гнева.
– Невинна? Да ты бы видел эту Лизи! Если она невинна, то я импотент! Пап, я клянусь, что не лишал её девственности…
– Ладно, не заводись, Крис, я тебе верю. Понятно, чего хочет О'Конел, а теперь надо придумать, как не дать ему желаемого.
А мне вот ни черта непонятно!
Хотя… Как только Саймон Шоу оказался за решёткой, мой отец стал самым богатым и самым уважаемым в городе. Раньше он всегда был вторым, топтался по пяткам Шоу, но теперь всё изменилось. О'Конел хочет нового союзника в лице моего отца и всей семьи Васкесов. И только я один из всех сыновей пока не женат. И я спал с Лизи, чёрт возьми.
Нельзя спать с кем попало, Крис. Нельзя!
– Ну-у, – протягивает отец. – У тебя есть идеи, как не жениться на Элизабет? Мы, конечно, можем развязать войну и настаивать на том, что она не была девственницей, и даже попробовать доказать это с медицинской точки зрения, но мы наверняка проиграем.
– Почему? – выпаливаю я, вскакивая со стула. – Она лжёт о своей невинности!
Начинаю расхаживать по кабинету в попытке успокоиться. Стены начинают сжиматься от несправедливости и от осознания собственной ошибки.
– Сядь обратно, Крис, – прикрикивает папа, раздражаясь от моих метаний туда-сюда.
Покорно падаю на стул, вперивая негодующий взгляд в отца.
– Я не могу жениться, пап… Не могу… Потому что… – в голове возникает совершенно шальная мысль, и вместо того, чтобы всё хорошенько обдумать, я опрометчиво выпаливаю: – Я не могу жениться на Лизи, потому что женюсь на другой…
Глава 7. Один год притворства
Милфорд, штат Коннектикут, наши дни
Вивьен
– Какой у тебя срок, дорогая? – Марта, мама Криса, спрашивает это осторожно, как бы невзначай.
Я отклеиваю взгляд от жениха, который сейчас разговаривает со своим отцом, и прячу ошеломлённое лицо под приветливой маской.
– Я не… Я не беременна, – выдавливаю с улыбкой.
Губы Марты округляются в немом «о-о». Потом она поджимает губы и скользит недоверчивым взглядом по моему плоскому животу.
– Я знаю, свадьба произошла слишком поспешно… – заполняю неловкую паузу.
– Да-да, – Марта часто кивает. – У Криса были причины жениться поспешно, но… – задумчиво произносит она.
– Были? – спрашиваю, не скрывая любопытства.
Я знала, что причина есть. Догадывалась. Потому что не думала, что Крис достаточно прочно попал в мои сети. А неделю назад он вдруг неожиданно сообщил мне о своём решении, а значит, преследовал какую-то свою цель.
Всё было официально и до тошноты неправильно. Он не падал на колени, не просил моей руки. У нас не было милого вечера в честь помолвки в кругу семьи или друзей. Но меня же это не должно волновать, верно?
Мы почти не виделись всю неделю. Я понимала, что Крис женится на мне не потому, что хочет затащить в кровать. Это слишком даже для него. Но истинной причины он не озвучил, а я не пыталась узнать. А сейчас мне отчего-то хочется знать. Возможно, взыграло самолюбие. Кристиан Васкес меня использует так же, как я его?
Взгляд Марты становится виноватым.
– Мне не следовало этого говорить. Я, должно быть, обижаю тебя, – она хватает меня за руки и притягивает к себе. – Вы красивая пара, и мне хочется верить, что у вас будут красивые дети, – шепчет мне в ухо. – И мне хочется верить, что у вас это серьёзно.
Её голос пропитан мольбой, и мне становится неуютно.
Я не знаю, что ей сказать. Правду? Что это просто сделка. Что наши отношения продлятся ровно год. Ровно столько мне надо, чтобы наладить свою жизнь.
Марта тоже юрист, как и отец Криса. Их семейный бизнес и её заслуга. И в моей голове сложился совершенно другой образ этой женщины. Я представляла её как железную леди, которая в одну секунду раскусит мою игру. Даже готовилась, что родители Криса остановят церемонию, как только меня увидят. Но если Васкес-старший не скрывает своего презрения ко мне, то Марта искренне верит в наши с Крисом чувства. Странно, что в нашем мире ещё кто-то верит в подобное.
Закусываю губу, так и не подобрав слов. Со стороны я выгляжу как растрогавшаяся невеста, и пусть все так и думают. Перевожу взгляд на Криса – он всё ещё говорит с отцом. Потом мой взгляд пробегает по залу и быстро выхватывает высокую фигуру в смокинге. Килл тоже смотрит на меня, скрестив руки на груди. Лив рядом с ним нет.
– Вы не против, если я оставлю Вас на минутку? – добродушно улыбаюсь Марте и делаю шаг в сторону.
– Конечно, дорогая, – она, наконец, отпускает мои руки.
С такой же добродушной улыбкой медленно пересекаю зал и встаю рядом с Киллианом. Он не смотрит на меня.
– Ты добилась, чего хотела, – сухо бросает он. – Теперь ты уже можешь признаться, зачем тебе это? Зачем выходить замуж?
– Ох, бедный Киллиан, – с сарказмом сюсюкаю я, – в тебе всё ещё играет задетое самолюбие.
– Мне плевать на тебя, Ви, – он стреляет в меня злым взглядом, который я чувствую на своей щеке. – Но мне не плевать на Криса. Я не позволю облапошить его.
– Ты мне угрожаешь? – перевожу на него бесстрастный взгляд.
– Да, – признаётся мой бывший жених. – Ты связалась не с той семьёй, Вивьен. Тебе не получить денег Васкесов.
– Мне не нужны их деньги, – отбриваю я и отворачиваюсь.
– Тогда что тебе нужно, Ви? – кажется, Килл теряет терпение.
Но правду он всё равно не получит.
Ищу глазами Олли и нахожу её рядом с Домиником. Холт, как и всегда, пускает слюну на Оливию, хоть и тщательно скрывает это. Я изучала этого парня. И всё, что смогла понять о нём, это то, что он самый опасный из этой четвёрки. Потому что самый скрытный. Он принципиальный, когда речь заходит, например, о бизнесе. И абсолютно беспринципный в отношениях. Ему словно плевать, с кем быть. Он ни в кого не влюблён. Разве что в Лив, но она несвободна, и он не может сохнуть по ней слишком долго, потому что Килл его друг. И в дружбе он тоже принципиален. Наверное…
– Маленькая мисс Тэйд до сих пор чья-то ночная фантазия, – бросаю я Киллиану.
Он прослеживает мой взгляд.
– Он не… Он не… – Килл явно растерял все слова, наблюдая за другом.
Доминик исподтишка разглядывает Лив, пока та мило беседует и смеётся с братом.
– Осторожно, Киллиан! Твой мир может оказаться фальшивым, – говорю ему с улыбкой.
– Такой же фальшивый, как и твой? – тут же находится он.
– Да, такой же, как и мой.