– Это всё стереотипы. Чем полночь хуже, чем утро или день.
– Так устроен наш мозг. Если он что-то не видит, то додумывает и рисует в воображении призраков.
– Ого! Ты серьезно этим вопросом занимался.
– Нет. Просто это логично.
– Значит, ты не веришь в мистику?
Кеша помотал головой. Они приблизились к дереву, где была зафиксирована седьмая камера с видом на дом. И Тут Кеша различил какое-то движение.
– Это Макс?
Кира обернулась на дом, куда смотрел Кеша. Чья-то быстрая фигура пробежала внутрь.
– Пойду, проверю, – Кеша направился к помещению.
В доме было тихо. Кеша прокрался на второй этаж, не забыв включить камеру на телефоне. Он услышал шёпот, а потом мелкое цоканье, похожее на… О, нет!
Раздалось грозное рычание, а потом звонкий заливистый лай.
– Где эта тварь? – Раздался голос Макса, который оказался совсем рядом.
– Эй! Народ! В чём дело? – Спросил Кеша, пытаясь перекрикнуть собаку.
– Эта мелкая зараза меня укусила, – пожаловался Макс.
– Ты её начал пинать, – вступилась за животное Лера. – Правильно сделала.
– Так. Стойте! Откуда она тут взялась? Макс, включи все фонари, нужно её найти.
Все начали суетиться и искать собаку. В темноте сложно было её поймать, но всё-таки Лере это удалось.
– Какая хорошенькая, – сказала она, влюблено глядя на мелкую белую дворняжку. – Испугалась?
– Фу, Лерка, она же бездомная и заразная. Выпусти её, – сказала Кира, которая подошла в самый разгар поисков животного.
– Она очень ухоженная и одинокая. Давайте возьмем её себе.
– Бери, – усмехнулся Макс.
– У меня мама не поймёт.
– Тогда нужно её отдать в добрые руки, – предложил Кеша.
Вдруг за спиной у ребят что-то щёлкнуло. Они обернулись, но в темноте увидели лишь пустое круглое зеркало, а возле Леры раздался знакомый вопрос.
– Не видели?
Лерка от неожиданности заорала. Кира заверещала. Макс стал отодвигать к выходу.
– Не видели мою собачку? – Повторил псих, при этом он прямо таки упёрся взглядом в собаку на Леркиных руках.
– Что тебе нужно? – Спросил Кеша.
– Не видели?
– Его что, заело? – Лера стала отступать вверх по лестнице на второй этаж, потому что псих шёл прямо на неё.
Кеша, недолго думая, дёрнул его за рукав.
Псих обернутся. – Не видели?
– Видели! Сейчас мы её тебе принесём, подожди на улице.
Псих с минуту смотрел на Кешу, а потом медленно направился к выходу. Макс, который готов был в любую минуту покинуть здание, ретировался обратно.
– А вдруг он её замучает? А если он издевается над животными? Я не отдам ему собаку! – Взмолилась Лерка.
– Послушай. Лучше всего сейчас отделаться от него. Давайте-ка отпустим собаку на улицу, и пока он за ней бегает, мы сами по-тихому улизнем. Мало ли чего ему взбредёт в голову. – Сказала Кира.
– А камеры? – Макс не на шутку распереживался за дорогостоящее имущество.
– Ну, тогда стой тут и сторожи их, – взбесилась Лерка.
– Завтра заберём. Он явно про камеры ничего не знает. – Кеша открыл дверь и пропустил Леру вперед. На улице послушно дожидался псих. Казалось, он в упор не замечал собаки.
Лера опустила её на землю.
– Вот же она. Держи! – Кеша рукой указал на пса, который бросился помечать ближайший куст.
Псих смотрел на Кешу в недоумении.
– Со-ба-ка, – произнес по слогам Кеша, и тут до психа словно дошло. Он бросился за псом, который, не успев окончить свои дела, оказался вынужден бежать.
Ребята двинулись в машину и скоро уже все были дома.
Остаток ночи Кеша прибывал в смешанных чувствах. Ему было очень приятно вспоминать поцелуи с Кирой, и он точно для себя решил, что нужно продолжить эти отношения. Столько времени у них с Кирой взаимная симпатия, а они, словно дети, не могут нормально объясниться. С другой стороны, Кешу очень взволновал случай с собакой. Он их с детства ненавидел, вернее, у него была паническая боязнь любых собак.
В воскресенье утром Кеша и Макс поехали за камерами.
Кешино сердце было в предчувствии чего-то страшного. И оно не ошиблось.
– О-Ф-И-Г-Е-Т-Ь! – Опешил Кеша, когда зашёл внутрь дома.
Внутри всё было изодрано и ужасно воняло. Хотя до этого момента комната так же напоминала помойку, но, по крайней мере, на полу не было такого срача.
– Ого, что здесь было? – Спросил Макс. – Это вчерашний псих так всё разукрасил?