– Он сопротивляется моему контролю? – удивленно пробормотал Элиот.
– Когда вы?.. – начала было чародейка, но осеклась. – Зелье…
Мэр ей не ответил. Все еще сжимая виски, я с трудом разлепил глаза. Увидел, что Годвин уже стоит напротив меня.
– Отдай мне артефакт. Живо, – произнес он, глядя мне в лицо.
«Прости… не вышло…» – грустно выдохнул мой внутренний голос. На миг мне показалось, что и он принадлежит не мне.
– Держи! – я материализовал «Четверть Зуртарна». Элиот воровато схватил сокровище, тут же исчезнувшее в невидимом кармане градоначальника.
– А теперь расскажи, кто твой Покровитель? Уж очень мне интересно.
До чего же странное чувство – с одной стороны, делаешь то, что решил. С другой, где-то на задворках сознания понимаешь, что «решил» вовсе не ты. Однако сопротивляться «своему» решению у тебя нет сил. Ведь «твое» решение правильное.
Я открыл рот, чтобы выложить все как на духу…
Внезапно в ноздри забился лиловый песок. Я чувствовал, как чужая магия вихрем проноситься внутри черепной коробки и, точно метла, сметает все наносное. Закашлялся, будто мокроту отхаркивая песчинки, исчезнувшие, так и не долетев до истлевшей травы.
Мысли тут же прояснились. Я посмотрел на мэра ясным взглядом. Тот злобно глядел куда-то через мое плечо. Обернувшись, я увидел неуверенно мнущуюся Дину. Наши глаза встретились. Чародейка улыбнулась уголком губ и, вскинув голову, твердо произнесла:
– Господин Элиот, Бейл спас нам жизнь. А главное, он выполнил ваше задание. Неужели стоит нарушать закон нашего любимого Экхайма и силой пытаться выведать у него то, что он вправе держать в тайне? Ведь он не преступник, чтобы его пытать. И уж точно не враг!
Я удивленно хлопал глазами, любуясь выпятившей грудь девушкой. Отличная речь! А говорила, что раньше стеснялась мэра, боялась при нем рот открыть. Ну точно ж врала. Но сейчас, похоже, действительно помогла мне от чистого сердца.
– Гляжу, ты осмелела, Дина, – хмыкнул градоначальник. – Но позволь мне самому решать, кто враг городу, а кто нет. И не гордись тем, что смогла разрушить мой контроль. Лишь малую часть своих сил можно вложить в предмет или зелье. К тому же мне пришлось еще сильнее уменьшить мощность, вместо нее наделив Артура правами на контроль.
Элиот говорил довольно туманно, но, насколько я понял, он заколдовал «Зелье малого усиления». Ведь не зря в описании был маркер «усиленное»… В результате, испив из фиала, вместе с основным эффектом, временно поднявшим мне уровни, я подхватил и вспомогательный, скрытый, став послушной игрушкой в руках Артура и Годвина. Хорошо хоть раньше, когда наши жизни были под угрозой, капитан не стал злоупотреблять открывшимися возможностями, сосредоточившись на выживании группы и выполнении основной миссии, а не на добыче новых сведений из моей головы.
Хвала Дине, снявшей с меня рабский ошейник. Может быть, я все-таки ошибался? И она действительно такая, какой кажется? Без двойного дна и шпионских поручений?
– К тому же теперь я могу лично подчинить его, – сухо проговорил мэр и, вскинув перед собой руку, заглянул мне в лицо. – Прости, Бейл. Слишком много у тебя тайн. Если мои опасения не подтвердятся, я даже готов заплатить тебе за доставленные неудобства.
На кончиках пальцев Элиота начал скапливаться лиловый песок. В голове пронеслись образы тварей Тления, под действием магии Дины разбивавших себе головы и протыкающих когтями глаза. Меня ждет такая же участь! Не хочу становиться куклой, пора сваливать! К черту обещанную награду, жизнь бы и свободу сохранить!
Однако я так и не начал кастовать «Неуловимую Тьму», заметив ужас в глазах мэра. Тот прервал свое заклинание и, опуская руку, побелевшими губами практически беззвучно прошептал:
– Как прикажете, Великий Рюгус.
Я изумленно обернулся. Ничего странного. Остальные напряженно смотрят на нас, и, кроме меня, никто мэра не слышал.
Снова взглянул на Элиота. Тот уже напустил на себя привычное самоуверенное выражение лица и спокойно произнес:
– А, впрочем, знаешь, Дина права. Ты не враг нам, Бейл. Прости, что пришлось использовать контроль через зелье. Я опасался удара в спину. Но его не последовало, спасибо. Я больше не стану силой пытаться подчинить тебя. Ты доказал, что достоин быть моим соратником. Ты выполнил мою просьбу, а, значит, мне должно отблагодарить тебя.
Мозг стремительно анализировал все, что произошло за последние минуты. Во-первых, его заклинание контроля. Пусть наложили его на меня в ослабленном виде, Годвин был уверен, что я не смогу сопротивляться. По идее, я должен был и вовсе не заметить, что мной управляют. Но я заметил. И вопрос – почему? Ведь это явно навык, полученный от бога. А моя «Темная часть мира» не имеет сопротивления перед чем-то подобным. Значит, во мне есть другие необычные способности? Задача на ближайшее время – понять, что именно позволило мне бороться с навязыванием чужих мыслей. Возможности прокачанных Последователей Рюгуса пугают! Но я не верю, что с ними нельзя бороться, иначе те бы уже давно подчинили себе весь мир.
А во-вторых… Почему Годвин резко передумал снова вентилировать мне мозги? И эти его слова… Неужели сам Бог Контроля наблюдал за подчиненным и велел ему не трогать меня? В чем же причина? Божество не хочет, чтоб его верный Последователь услышал про Старика? Или вокруг просто слишком много лишних ушей?
– Буду рад, – сдержанно ответил я.
Годвин кивнул, и на его ладони материализовалась закупоренная мензурка с серебристой жидкостью.
– Думаю, сейчас это то, что тебе нужно. Только поторопись, пока действует зелье усиления.
Я вгляделся в характеристики протянутого дара, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица:
Квинтэссенция закрепления с сюрпризом 72.
Алхимическое. Уникальное
Эффект 1: навсегда закрепляет самый мощный из наложенных на вас временных простых положительных эффектов.
Эффект 2: Дает семидесяти двухпроцентный шанс получить дополнительные очки характеристик либо навыков, в размере не более чем тридцать процентов от уже имеющихся.
Повторный прием: запрещен для всех аналогичных квинтэссенций закрепления.
– Бери-бери, мы же договаривались, что одарю тебя уникальным предметом. Самое то, что тебе сейчас нужно, – улыбался мэр, всем своим видом показывая, что лучшего предложения не будет.
Но я не торопился принимать дар.
– Что значит, аналогичных квинтэссенций? – серьезно спросил я.
Годвин хмыкнул и улыбнулся каким-то своим выводам. Однако тут же довольно подробно пояснил, что «естественно» есть и другие зелья со схожим основным эффектом, и не все уникальные, куда чаще встречаются всего лишь «редкие». Уникальные же те, что имеют второй эффект. И они действительно «уникальны». В мире нет точно такого же фиала с шансом прохождения в семьдесят два процента и потолком возможностей до тридцати. Зато может быть, например, семьдесят три и тридцать один.
– …независимо, уникальные или редкие, тебе нельзя принимать квинтэссенции такого уровня, – проговорил Годвин, и кое-что в его словах резануло слух.
Такого уровня… намек?
– А более мощные? – решил проверить догадку я. Мэр свел брови, буравя меня взглядом. Затем одобрительно улыбнулся:
– Попробуй найди их, сначала.
– Ну а наоборот, те, что послабее?
– Таких нет, – ответил он и посерьезнел. – А теперь пей, пока зелье усиления не выветрилось.
В последний раз осмотрел ситуацию со всех сторон. Снова внимательно проверил описание дара на наличие скрытого смысла, вспомнил, как мэр шептал имя своего Бога… Поверить ему? Все же, желай он в самом деле залезть мне в мозг, уже бы сделал это напрямую. Без всяких хитрых ходов. Там, на территории Тления, Годвина не было, потому ему и пришлось проявлять изобретательность, чтобы подстраховаться. Сейчас… думаю, дополнительные финты ни к чему.
Мысленно воззвал к Старику. Пусть приглядывает за мной внимательнее, хочется верить, что я его ценный актив. Но при этом в прошлый раз зевнул Бог Тьмы…
Ладно, хватит мяться. Я совершенно внезапно для себя оказался среди высокоуровневых хитрецов. Хочется быть ближе к ним по силе. Не могу позволить себе упустить такой шанс закрепить успех и снова сдуться до двадцать седьмого!
Нарочито медленно принял мензурку из рук Годвина, откупорил пробку и выпил.
Глава 31
Голос