Резонанс лжи

Он закрыл глаза и вызвал в памяти цифры суточного баланса.

«Так, – думал он, чувствуя, как пульсирует вена на виске. – Суточный рацион „баланды“ – это примерно 1200 калорий, если повезет с куском рыбы. Плюс триста граммов хлеба – еще около 700. Итого 1900. Расход энергии на двенадцать часов работы со щебнем при температуре близкой к нулю – не менее 4500 калорий. Организм не обманешь законом сохранения энергии. Дефицит – 2600 калорий в сутки. Каждый день я сжигаю около трехсот граммов собственной мышечной ткани и жира просто для того, чтобы поднять лопату».

Андрей почувствовал, как математика холодной рукой сжимает его сердце. Это была арифметика медленного самосожжения. Организм уже начал поедать сам себя. Сначала уйдет подкожный жир – его у Андрея и так было немного. Затем в топку пойдут мышцы предплечий и спины. Потом наступит очередь внутренних органов и костного мозга. При таком отрицательном балансе и полном отсутствии витаминов цинга начнется через полтора месяца, а полная дистрофия и отказ сердечной мышцы – через три, максимум четыре.

«Три месяца», – зафиксировал он, и эта цифра обожгла его мозг. – «У Михаила глаза стали пустыми именно через три месяца. Он не просто сдался – он перешел в режим минимального потребления энергии, программно отключив эмоции, как лишнюю, паразитную нагрузку на сеть. Он выжил за счет того, что перестал быть биологическим видом „человек разумный“ и стал видом „механизм функционирующий“».

Андрей вспомнил бледное, почти прозрачное лицо Стаса, его тонкие запястья, на которых проступили синие жилы, и сорванную спину. Для Стаса этот срок сокращался вдвое. Парень не дотянет до Нового года. Он просто уснет однажды в этой сырости и не проснется, потому что его внутренний аккумулятор разрядится до критического нуля.