12 часов 50 минут
– Мы на месте, сэр, – голос Мак-Кинли был еле слышен в динамике на фоне помех и порывов ледяного ветра.
– Понял, Джон… Стоп, ребята. – Стоук остановил снегоход. Мощный двигатель пару раз надрывно фыркнул и заглох.
Он с облегчением выпрямил затекшую спину, стер пальцами снег с очков и огляделся. Видимость была не более пятнадцати метров, и солнце едва пробивалось сквозь дымку из хлопьев густого снега. Правее виднелись остальные снегоходы, а впереди, метрах в двадцати, смутно угадывались контуры палатки красного цвета, брезентовые стенки которой раздувались под яростными порывами ветра. Рядом с входом одиноко стоял человек.
Стоук слез со снегохода и только тогда заметил в стороне от палатки ограждение из ярко-красных флажков.
Черт…
Он недовольно покачал головой – по технике безопасности, нельзя было оставлять людей, так близко к провалам… Мак-Кинли уже давно напрашивался на взбучку.
– Фрэнк… Это Стоук… – почти прокричал он в рацию. – Ты слышишь меня?
Раздалось шипение и щелчки…
– Да, сэр.
– Отойди от палатки к остальным парням.
– Поняли, сэр, – покрытая снегом, фигура медленно двинулась в сторону снегоходов.
– Брэдли?
– Слышу, сэр.
Снова шипение…
– Возьми веревку, привяжи ее к одной из машин. Потом, подходи к флажкам. Только давай осторожно, Джо.
– Да, сэр.
Стоук двинулся к ограждению. Идти было тяжело – ветер тугими рывками бил прямо в грудь, и он с трудом держался на ногах, чтобы не рухнуть в снег. Дыру он заметил сразу – она зловеще чернела во льду между флажками и была именно такой, как ее описал Мак-Кинли – не более полутора метров в диаметре. Дэвид подошел ближе и опустился на корточки. По ее краям, можно было разглядеть толстый, примерно метровой толщины, темно-серый лед, припорошенный снегом. Это точно была не расщелина и не трещина. Дэвид подумал, что она больше похожа на дыру, которую дети прокалывают толстой иглой в яичной скорлупе… Он обернулся через плечо – Брэдли уже стоял метрах в пяти позади, ожидая приказа.
– Бросай веревку и подстрахуй меня, – крикнул он – Хочу поближе посмотреть в эту чертову дыру.
Тот кивнул, широко размахнулся и швырнул ему конец веревки.
Стоук поднялся, несколько раз туго обмотал себя на уровне груди, потом защелкнул карабин, снова опустился в снег и пополз к краю. Он полз осторожно, чтобы случайно не обвалить этот купол из снега и льда. Его подозрения уже переросли в абсолютную уверенность – это был именно купол, который мог скрывать под собой огромный кратер древнего потухшего вулкана. Если это на самом деле так, то им нужно сейчас соблюдать максимальную осторожность, чтобы уже всем вместе не рухнуть следом за беднягой Коулом.
Наконец, он остановился у края и посмотрел вниз, ухватившись пальцами за неровную кромку льда. Под ним чернела абсолютная пустота… она простиралась во все стороны и Стоуку на мгновение показалось, что он лежит на самом краю мира и смотрит в бесконечную бездну, где нет ни времени, ни пространства… есть, только мрак и жуткий холод… Он заворожено смотрел на то, как над этой черной пустотой кружится белый снег, подгоняемый резкими порывами ветра, и, попадая в нее, начинает медленно опускаться вниз, пока полностью не скроется в бездонной глубине…
Ему пришлось встряхнуть головой, чтобы прийти в себя – что-то пугающее и жуткое было в этом зрелище… Он включил фонарь. Яркий луч прорезал темноту и тонкой иглой ушел под нижний край льда. Дэвид надеялся рассмотреть часть каменной стены или ледяного склона, но нет, луч постепенно уходил вдаль и рассеивался, словно пожираемый густым, вязким мраком. Он подполз к краю еще ближе, свесил руку вниз и стал водить фонарем из стороны в сторону, пытаясь увидеть хоть что-то, в этой кромешной темноте.
Опять ничего.
Дэвид перевернулся на спину и взял рацию.
– Гарри… Гарри Коул… Прием, – он выждал несколько секунд и повторил. – Коул… Это Стоук. Прием… Коул… Коул ответь…
Помехи в рации усилились, но эфир молчал. Коул либо не мог выйти на связь, либо был уже мертв. В любом случае Дэвиду нужно было принимать решение. И он его принял.
Стоук лег на бок и помахал рукой в сторону снегоходов, где стоял Мак-Кинли.
– Джон? – прокричал он в рацию.
– Да, сэр?
– Я спускаюсь вниз. Джо будет меня страховать. – Брэдли махнул рукой, подтверждая, что услышал. – Продолжай вызывать Коула – если повезет, то замечу его рацию или услышу ее, когда буду спускаться.
– Понял, сэр.
Стоук поднялся на колени и снял веревку с груди – для спуска требовалось надеть специальное снаряжение, иначе тугая петля просто сломает ему ребра. Потом, он вытащил из поясной сумки страховочные обхваты, одел их, сильно дернул, затягивая крепеж и одновременно проверяя надежность его фиксации. Затем прицепил карабин к страховочному кольцу и стал стравливать веревку вниз.
– Джо, подай мне тридцать метров.
– Да, сэр. Тридцать.
Веревка медленно исчезала во тьме.
Пять метров…
Буря понемногу стала стихать, и снег уже не так яростно хлестал лицо.
Двадцать метров…
Стоук несколько раз сжал и разжал пальцы рук, чтобы согреть ладони.
– Готово, сэр. Тридцать метров.
Голос Брэдли донесся до Стоука, как будто издалека – он, не отрываясь, смотрел перед собой в черную, бездонную глубину… Нехорошее предчувствие снова сдавило холодом его сердце…
13 часов 35 минут
Со всех сторон его окружала полная тишина – Дэвид чувствовал даже слабый звон в ушах. Очень давно, еще в юности, он прочитал, что это нормально и, что мы обычно не замечаем его из-за более громких звуков, но стоит нам оказаться в тишине и тогда… тогда мы слышим его и думаем, что с нами что-то не так…
Дэвид улыбнулся своим мыслям, пытаясь немного расслабиться и унять дрожь. Он висел в десяти метрах под проломом. Звуки бури, да и весь привычный мир остались где-то наверху. Сюда еще проникал свет, но он быстро терялся во мраке, растворяясь в нем, словно капля краски, попавшая в банку с водой. На мгновение у Стоука даже мелькнула мысль, что он уж очень похож на наживку, которую опустили сюда для неведомого голодного чудовища и вот прямо сейчас, в глубине мелькнет гигантская оскаленная морда, блеснут жадные глаза и через секунду все будет кончено…
Дэвид невольно поджал ноги и поежился. Он умел переносить страх, и это часто спасало его в жизни. Но сейчас… сейчас его страх был другим… это был не обычный страх, это был страх неведомого… страх того что поджидает его там, внизу – в жуткой, черной глубине.
– Коул… Коул… Прием, – раздался из динамика голос Мак-Кинли. – Коул… Прием.
Медленно покачиваясь на веревке, Стоук направил фонарь вверх. Пятно света заскользило по ледяному куполу, отражаясь от маленьких кристаллов яркими брызгами. На секунду луч выхватил из темноты черную поверхность, и он быстро вернул фонарь обратно.
Невероятно…
Его рука сжала фонарь и стала двигаться по окружности вокруг дыры, через которую медленно, мерцая в тусклом свете, падал снег. Казалось, что ледяной, искрящийся купол висит в воздухе без какой-либо опоры, но, присмотревшись, Стоук понял, что пласты льда лежали на абсолютно черном основании, уходящим далеко в стороны, образуя другой, еще более крупный купол.