Оценить:
 Рейтинг: 4.5

Сотник. Не по чину

Серия
Год написания книги
2014
Теги
<< 1 ... 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 >>
На страницу:
11 из 16
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
– Неважно! Главное, что ему было куда стремиться. Если лодка большая, могли и княгиню с собой уволочь. Без детей, конечно.

– Ага… но мы-то им не дали! Слушай, Минь, а чего теперь-то делать будем? Надо, наверное, к ночевке готовиться. Я отрокам прикажу…

Неожиданно Мишка не то чтобы перестал слушать то, что говорил ему Дмитрий – нет, доклад старшины деловито фиксировался какой-то частью мозга – но в сознании вдруг четко и ясно, словно и не им самим подуманное, а кем-то подсказанное, всплыло ответом на все его недавние метания и сомнения:

«Да раскрой ты глаза, управленец долбаный! Желай, мечтай, верь!!! Управляй, но не фигурами, а людьми, которые живут сейчас, а не в том светлом будущем, которое у тебя либо получится, либо нет. Сумей заставить их верить в то же, во что веришь сам, дай им цель, ради которой стоит не только умирать, но и жить! Иначе дерьмо ты, а не управленец!»

– Ты не знаешь, у нас чего-нибудь вкусненькое есть? – перебил он старшину. – Ну, чтобы детишек побаловать.

От такого зигзага мысли сотника Дмитрий слегка растерялся:

– Это… не знаю. У Ильи-то в обозе, конечно, есть, но до него добираться же…

– А тут? Ни у кого ничего нет?

– Э… О! У Мотьки наверняка есть мед! – догадался Дмитрий. – Только ему Левша, зараза, нос вроде бы сломал. Не до медов ему…

– А все же спроси, Мить. Очень нужно!

Глава 3

Идея была проста: пока княгиня возится с боярыней Соломонией, подкатиться к детишкам; ну не посмеют няньки противиться. Угостить лакомством, успокоить, мол, никому больше в обиду не дадим, скоро домой отвезем; потом развеселить как-нибудь – ведь получалось же с Нинеиными внучатами. Услышит княгиня Агафья детский смех, увидит довольные мордашки, глядишь, и разговор с ней по-доброму сложится. Какая бы она ни была крутая княгиня-соправительница, а мать есть мать – дети важнее всего.

Было, конечно, в этом что-то… некрасивое – использовать детей в своих целях, но самим-то детишкам от этого никакого вреда. Вот только голос… Мотькино полоскание и то ли компресс, то ли просто теплая повязка согрели горло, и Мишке немного полегчало; во всяком случае, говорить, хоть и совсем негромко, он мог почти без саднящей боли.

Все планы порушила «то ли княжна, то ли не княжна»: выбралась из дома, боязливо покосилась на Дмитрия, который раздавал какие-то указания отрокам, и подалась к Мишке.

– Пан Лис…

– Слушаю, княжна… прости, – Мишка притронулся к повязке на горле, – не могу в полный голос говорить.

– Я не княжна.

«Ну вот, облом… Впрочем, может, и к лучшему. Но почему все-таки «пан Лис?»

– И я не пан, и не Лис. Боярич Михаил, – Мишка вежливо склонил голову, – сотник Младшей дружины Погорынского войска. Прости, не знаю, как величать тебя, красна девица.

– Не Лис? Ой, боярышней Евдокией зовусь, – девица ответно поклонилась и указала на щит с изображением «лиса, несущего сияющий крест». – А как же это? Наставник наш отец Паисий сказывал, что есть у ляхов боярин, нечистого зверя на своем знамени имеющий[5 - Такой герб в Польше того времени действительно существовал.]. Вот я и подумала…

– Ну почему же нечистого? В Писании в «Пророчестве о Вавилоне» вовсе и не лисы упомянуты, а шакалы. Просто ошибка при переводе с греческого на наш язык произошла, шакалы-то у нас не водятся, вот и написали «лисы», а на самом деле там так сказано, – Мишка, в который уже раз, мысленно поблагодарил отца Михаила за науку, – «Шакалы будут выть в чертогах их, и гиены – в увеселительных домах».

– Ошибка?! В Писании?!!

Удивление и возмущение Евдокии оказались настолько велики, что Мишке невольно вспомнилась старшеклассница из фильма «Завтра была война»: «Как можно спорить с самим Маяковским?!!»

«Вот так, сэр Майкл, века и тысячелетия проходят, а девочки-отличницы не меняются! Меняются только непререкаемые авторитеты: у этой – Писание, у той – Маяковский, а у постсоветских, наверное, Солженицын… Или у них какой-нибудь гламурный журнал вместо Писания? Хочешь не хочешь, а вспомнишь: “Не сотвори себе кумира”».

– Да не в Писании ошибка, а толмач переврал. Или постарался, чтобы нам, про тех шакалов не ведающих, понятнее было. Так что не пан Лис я и не лях вовсе. Туровские мы.

– А как же… ведь отец Паисий сказывал… и Лис у вас намалеван…

«О, Господи! Ну, девки… порожденья крокодилов! Вот так и поймешь, почему Пушкин был противником женского образования».

– Я тебе, боярышня, потом объясню, прочему у нас лис на щитах. Тебя ведь с делом каким-то ко мне послали?

– Ой, да! Княгиня Агафья Владимировна велит вашему старшему к ней явиться.

– Ну, велеть она может… Гм, ладно. Передай, что скоро буду.

– Она велела немедля!

– Угу. Как только, так сразу.

– А? – не поняла Евдокия.

– Скажи, что внял и не замедлю явиться пред княгинины очи. Только вот нужные распоряжения отдам и сразу приду.

– Княгиня Агафья… – начала было снова боярышня, но Мишка набычился и, уставившись ей в глаза, шевельнул искалеченной бровью.

– Ступай. Передай княгине, что прибуду немедля, как смогу!

Девица, кажется, обиделась: поджала губы, вздернула подбородок и, развернувшись на месте, засеменила к двери. Ну, прямо тебе оскорбленное достоинство во плоти. Мишка чуть не сплюнул вслед. Знаком подозвал к себе ближайшего отрока и велел сыскать Елисея и Елизара, чтобы бросали все и бежали к нему.

Пока дожидался близнецов, отроки Артемия вытолкали из дома какого-то мужика с разбитой в кровь мордой и в разрезанной от ворота до рукава одежде. В прорехе виднелась кровавая полоса на теле: похоже, кто-то пытался перехватить ему горло ножом, но то ли не дотянулся, то ли сам мужик успел отшатнуться…

– Артю… – Мишка поумерил голос, – Артюха, это еще что за диво?

– Лях, под лавкой схоронился, где раненые лежат. Там угол темный, ну вот он, видать, и… того. Вон, гляди! – Артемий указал на разрез на одежде мужика. – Зарезать его, похоже, хотели, да вывернулся как-то. Ну, а морду… это уже мы, чтобы не рыпался.

– Ладно, с ним потом разберемся. Вы там хорошо все посмотрели, больше никто по темным углам не прячется?

– Нет, Минь, все проверили. Там только княгиня со своими да раненые… Все без памяти, а один уже помер, – Артемий обмахнул себя крестным знамением. – А княгиня-то грозна… раненых велит наружу выкинуть, все равно, мол, помрут… а еще про тебя спрашивала: кто, да что, да откуда?

– И что ты?

– А что я? Ты же не говорил, что можно рассказывать, а чего нельзя, вот я пеньком и прикинулся: мне велено только дом от посторонних очистить, а потом господин сотник сам придет и все, что надо, скажет.

– А она?

– Сердитая… даже вроде бы кинуться в меня чем-то хотела, да под руку ничего не попалось.

– Господин сотник, отроки Елизар и Елисей по твоему приказу явились!

«Ну, прям Электроники! И такие же белобрысые… Ладно, придется изображать господина сотника со свитой».

– Вольно, отроки! – Близнецы дружно приоткрыли рты, то ли удивляясь тому, как тихо говорит начальство, то ли прислушиваясь. – Быстренько почиститесь, приведите себя в благообразный вид, шлемы снимите… гребешки с собой?

– Нет, господин сотник, в сумке у седла. Сбегать?

<< 1 ... 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 >>
На страницу:
11 из 16