Я начал спускаться дальше, теперь стали попадаться очень большие камни, которые сверху было не видно. И вот я уже добрался до деревьев. Это была ольха, невысокие деревья с густой листвой закрывали берега реки. Я протиснулся между ними, спуск был закончен. Почти сразу за мной подошли ребята.
– Как называется эта речка?
– У нее вроде нет названия, все называют ее просто – овраг.
– Не романтично, – сказала Марина.
– Знаете, я здесь никогда не был, если бы ты Миша не рассказал и не позвал, то, наверное, я никогда сюда не попал, – сказал Коля.
Я потрогал воду. Она было довольно холодной для этого времени года.
– Холодная, – произнес вслух.
Ребята тоже потрогали.
– Наверное, сюда мало солнца попадает, – предположила Настя.
– Скорее всего.
Направление неторопливого течения на глаз было не определить. Я плюнул в воду. Слюна поплыла направо.
– Интересно, а она глубокая, – спросила Настя.
Сергей стал отламывать прут от ольхи. Закончив, он протянул Насте и сказал: «Попробуй, проверь».
– Нет уж сам.
Сережа подошёл к воде, наступил на камень, торчащий из нее, и стал опускать ветку в воду. Поверхность была темная, не видно, какой река глубины. Палка опустилась на полметра.
– Не глубокая.
В ширину речка не превышала пяти метров, поэтому ее называли даже не рекой, а просто ручьем.
– А давайте своё название дадим этой реке? – предложила Марина.
– В принципе, прикольно. Какие варианты?
Варианты посыпались как из ведра.
«Говнотечка, Болотная, Тёмная, просто Ручей».
– Не, это как-то неинтересно, давайте подумаем на досуге и выберем самое интересное. И если все согласятся, то тогда дадим ей это имя.
– Договорились, пусть каждый дома несколько названий придумает, а потом проголосуем.
Все согласились.
Если посмотреть направо, то речка уходила довольно далеко. Гора там еще выше поднималась, и овраг становился всё больше. Налево через некоторое расстояние река имела изгиб, и не было видно, что там.
– Что, Мих, ты свое желание выполнил? Мы тебе помогли, идем назад?
– Может быть, туда сходим?
Я указал влево, в том направлении, где речка исчезала за поворотом.
– Уверен, что хочешь?
– Ну, если вы меня поддержите?
Мне почему-то показалось, что мы первые, кто спустился сюда за много лет.
Слева по склону росло намного больше деревьев, они были выше, и поэтому речка была в тени.
– Там жутковато, – сказала Настя.
– И мне не нравится, – подтвердила Марина.
– Если не хотите – не пойдем, – сказал я.
– Ну, девчонок мы здесь оставить не сможем, если они не пойдут, придётся идти наверх. Без обид, – высказался Коля.
– Девочки, пойдёте или нет?
– Нет, – отказались девчонки.
– Ладно, полезли наверх, – сказал Сергей.
Я еще раз глянул на поворот в тени деревьев. Что-то меня туда тянуло.
Наша процессия начала подниматься наверх. Я был замыкающим. Вскоре мы были уже на дороге.
Фрагмент 2. Встреча в отделении
Да, я стоял на том же самом обрыве, внизу было все та же речка или ручей. Как же мы тогда называли ее? Этого я, пока, не вспомнил. Снизу было еще больше кустарника, чем раньше, он разросся выше по склону.
Да, я вспомнил. Нас было пятеро тогда, когда мы первый раз спускались сюда. Нужно будет найти друзей и узнать, почему мы уехали отсюда тогда.
У меня появилось желание спуститься и пройтись туда, влево по оврагу, за поворот, где всё было так мрачно от густых деревьев. Но не сейчас, сначала я найду дом. Я повернулся и пошел по дороге вдоль оврага. Через какое-то расстояние она стала расходиться с оврагом или с так называемой набережной. Сначала дома были только по левую руку, но когда овраг ушел вправо, дома появились и с противоположной стороны улицы. Как сказала бабушка на вокзале: «После поворота у набережной, иди примерно ещё сорок минут. Но я начал вспоминать эту улицу раньше, да конечно она изменилась, но память рисовала забытые картинки. Видимо бабушка рассчитывала время своим шагом, но я шёл быстрее, и ушло на дорогу меньше времени. Когда я здесь рос, асфальта не было, была старая брусчатка не очень ровная, но всё-таки знакомая мне с детства. Сейчас дорога была закатана в ровный асфальт. Дома я не узнавал, они были за глухими заборами, раньше заборы были деревянные. Я думал: «Узнаю ли я свой дом? Название улицы сменили, номера домов, скорее всего, нет. Я так думал, и оказался прав. Я вспомнил свой дом, еще не подходя к нему. Это был дом с высокими окнами, с не обшитыми стенами. Сердце замерло, когда я понял что, подхожу к тому самому месту. Забора практически не было, оставались несколько столбов, рейки уже давно упали. Весь участок зарос высокой, серой, прошлогодней травой и колючками. Из-за них выглядывал, гордо подняв глаза-окна, мой старый дом. Он ничуть не постарел, может быть стало немного большой грусти в его глазах. Он смотрел на обновившиеся дома напротив. Он жил той старой жизнью, той, когда мы ещё не уехали.
– Ну, здравствуй дом, – шепотом сказал я. Сердце останавливалось, в горле стоял комок, это был комок счастья. Окна были не выбиты – очень хорошо, шифер на крыше не сполз, это тоже радовало. Раскрутив рукава рубашки, чтобы не наколоть руки жесткой травой, приминая ее ботинками, я начал пробираться к дому. Четыре окна расположенных в передней части дома наблюдали, как я это делал. Слева к дому была пристроена веранда с высокой лестницей. К сожалению, лестница обрушилась и лежала внизу. Замок оказался очень высоко. Оглядевшись вокруг, в поисках того, на что можно было бы встать, я ничего не нашёл. Решил обойти вокруг дома, в надежде найти какую-либо старую лестницу или бочку. Ничего. В задней части дома была еще одна дверь, но она была заколочена гвоздями. Ударив несколько раз, я понял, что не выбью. Когда я стучал в дверь, то в соседнем доме открылась занавеска, кто-то посмотрел на меня и снова ее закрыл.
– Здравствуйте, – крикнул я, в надежде попросить помощи у соседей, но они не выглянули снова. Пойду, попробую постучать в ворота.
Я уже почти выбрался из густой травы, когда услышал подъезжающий автомобиль, по звуку это были «Жигули». Автомобиль оказался милицейским. Он остановился напротив нашего участка, из машины вышли два милиционера.
– Добрый день, уважаемый!
– И вам добрый.