– Ах, что вы! – миссис Хадсон мгновенно вникает в роль, – товарищ полицейский, это мои родственники из Домодедово. Я их всё зову, зову, а они всё болтают и болтают. Тётя Маша уже два раза звонила…
Хадсон довольно складно плетёт версию для полиции, а инспектор, обозревая странный коллектив в составе двух полупьяных и одной истерички, полагает, что всё это туфта, но объяснение освобождает его от проведения «необходимых следственных действий и дознания на месте». Да и напарник, наверное, должен уже вернуться.
– Ну, пошли, пошли, чего расселись? – Хадсон вошла в роль, погрузилась в образ основательно и ей хочется продолжать пьесу.
Она открывает дверь подъезда. Сержант полностью потерял интерес к ситуации и не спеша возвращается к автомобилю.
Кто знает, очень может быть, что по некоей инструкции он и не должен был его покидать…
Теперь из радио доносится голос Трофима «Я был свидетелем на свадьбе с лентой красною, мой друг Андрюха брачевался в первый раз…»
В это время из соседнего подъезда важно выходит напарник, усаживается рядом с водителем и машина плавно растворяется в соседней арке. Кто знает, может быть это пространственно-временной портал… Ведь это только кажется, что с внешней стороны дома, куда выводит арка – шоссе. А что если там иной мир, затерянный в глубинах Дальнего Космоса, или, например, планета Плюк?
Все эти мысли мелькают в воображении Странника, когда они, попрощавшись с миссис Хадсон уже перемещаются в другое измерение – соседний большой двор… Там, за зданием школы есть скверик с удобными лавочками и где, по идее, сейчас никого не должно быть.
Во-первых, нужно срочно подкрепиться после пережитых волнений, а во-вторых…
– Как ты его назвал? Яйцо-в-лоб? – кокетничает Кларисса, ей снова весело и хочется шалить.
– Ну… ты, что «Кин-Дза-Дза!»» не помнишь?
Они плавно покидают этот и через некоторое малое время оказываются в соседнем мире.
– А чего ты вдруг «Кин-дза-дзу» вспомнил?
– Ну, как сказать… Это мой настольный фильм.
– И что в нём хорошего… не понимаю.
– Ты сколько раз смотрела фильм?
– Не помню, но один раз точно.
– Я его посмотрел раз двести. Когда в девяностых появились видеомагнитофоны, этот фильм был одним из первых, который я записал с телевизора.
– Да что в нём такого-то? Ну бегают по пескам несколько дурачков, летают в бочке. Ку-ку – ЫЫЫ, и всё! Ерунда какая-то…
– Ну как тебе объяснить. Вообще-то, это просто не твой фильм. Большинство зрителей в первую очередь воспринимает форму, в которой подаётся та или иная картина, а уж потом вдумывается в содержание. Ты знаешь, фильм же сначала провалился в прокате. Большинство зрителей, как и ты, не приняло его, кроме относительно небольшой группы, которая причислила фильм к гениальным сразу. Мне, например понадобилось раз пять посмотреть, чтобы понять что этот фильм для меня – один из самых значительных, которые я когда-либо видел. И чем больше я его смотрю, тем больше проникаю вглубь идеи Данелии.
– Что-то ты уж очень глубоко… Это же просто фильм, посмотрел и забыл.
– Нет, «посмотрел и забыл» не об этом фильме. Понимаешь, если проводить аналогию с музыкой, то можно представить всё так. Есть популярная классика – эти произведения знают все, они в общем просты по музыкальной идее и приятны для восприятия, ну, например, вальсы Штрауса, Вальс цветов Чайковского, симфония соль мажор Моцарта. Наконец, «Увертюра» Дунаевского. Есть классическая музыка посложнее, её просто так не напоёшь, не насвистишь, например, у Прокофьева, Малера, Баха. А есть уж совсем сложные произведения, например у Стравинского, Сибелиуса, Шостаковича и других. Эту музыку дано понять и постичь далеко не всем. Вот «Кин-Дза-Дза!» – это одно из самых сложных кинопроизведений для восприятия, следовательно, оно всегда интересно для познания…
– Умм… слушай, ты та-а-акой умный… Но кто его сейчас помнит? Налей лучше…
– Вот в том-то и дело. Фильм вышел на экраны в 86-м и до сих пор жив. Ты знаешь, в соцсетях есть сразу три группы почитателей этого фильма. И я записался во все три группы. Мы там выкладываем фото, цитаты из фильма.
Они быстро выпили по глотку, закусили «Сникерсом»
– А зачем всё это? – Кларисса поглаживает Странника по плечу.
– Потому что это – интересно. Понимаешь… они там перемещаются – из реальности в нереальный мир, который с точки зрения обитателей этого мира очень даже реальный. Мы же с тобой тоже перемещаемся…
Кларисса расхохоталась.
– Из одного двора в соседний! Кин-Дза-Дза…
***
На каком-то, не вполне осознанном отрезке пространства-времени, Кларисса, исполнив тайное желание Странника «номер два» и получив свой гонорар (плюс сто пятьдесят рублей сверху, в качестве премиальных), растворяется и Странник остаётся в одиночестве. Быть одиноким среди множества людей вокруг, дело не такое уж необычное, учитывая, что общество в основе своей, всё же находится в соседнем, реальном мире. Если только встретить того, кто тоже в искажённой реальности. Например, братва у магазина «Авоська», это целая колония пришельцев, у них тут оборудована база. Всё необходимое для инопланетных разведчиков рядом, поэтому нет необходимости перемещаться в другую галактику. Но всё это – не та публика, которая нужна Страннику.
Нужен один, а лучше одна (вроде Клариссы) путешественница в поиске, желательно с интеллигентными манерами и более или менее благообразным выражением лица. А главное, в более или менее подходящем состоянии для совместного пребывания в Гиперзоне. Кларисса была в самый раз для продолжения. Правда, остался номер её телефона и в следующий раз (возможно завтра) Клариссу можно будет пригласить снова вместе «поплавать», немного, разумеется, увеличив сумму гонорара.
В голове настойчиво крутится мотивчик песенки «Бабочка» из кинофильма «Обыкновенное чудо» в исполнении Андрея Миронова: «Хорошо, когда женщина есть…»
Странник заплывает в винный отдел «Пятёрочки», необходимо пополнить запасы, чтобы хватило на вечер и предстоящую ночь. Через один небольшой переход Странник оказывается во дворе собственного дома и с печалью наблюдает собственную жену, беседующую с соседкой у входа в подъезд. Издали приметив Странника, соседка как-то неловко, кособоко разворачивается и торопливо удаляется.
Странник знает о чём, точнее, о ком был разговор и что именно говорила соседка Аделаиде. В Гиперзоне можно не только услышать разговор на значительном расстоянии, но и, при желании, уловить мысли людей из реального мира. Ещё одно полезное свойство Гиперзоны – возможность не реагировать (до поры) на все побочные и главное, не очень приятные явления, а спокойно и свободно путешествовать. Правда, исключительно в пределах Гиперзоны.
Поэтому Странник незаметно для реального мира перемещается во времени и оказывается в декабре 2019 года, когда находясь в тот период в Гиперзоне получил из реального мира приглашение на литературный вечер одной своей хорошей знакомой в Центральный Дом литераторов.
18 декабря 2019 года
В тот декабрьский заснеженный вечер, отправляясь на мероприятие он добавлял коньяк не контролируемо (Странник осознавал, что утратил контроль над собой, но поделать ничего не мог), и выйдя на станции метро «Баррикадная», глотнул ещё…
Сначала он не заметил, что перебрал с добавкой, пытаясь сосредоточиться на том о чём будет говорить, когда ему предоставят слово на вечере. Однако мысли разбегались и Странник решил, что попробует сгруппироваться на месте.
И это было ошибкой. Во-первых, не стоит во время пребывания в Гиперзоне вообще посещать какие бы то ни было культурно-массовые мероприятия, да ещё что-то пытаться говорить на публике.
За шесть лет до этого подобная попытка завершилась крупным фиаско. Тогда Странник, находясь не только в Гиперзоне, но и в сопредельном государстве, был приглашён на аналогичную творческую встречу, причём именно его выступление там было изначально запланировано организаторами как основное. Странник, тогда на шесть лет моложе, весь день провёл в походах по уютным кафе и маленьким кабачкам, где, то и дело пропускал то по рюмочке, то по кружечке. А вечером в Большом зале торжественных встреч, где его ожидала публика, разные официальные лица и пресса, он не смог толком сказать ни слова. Разумеется, все присутствующие отметили его не вполне адекватное состояние для реального мира. Всё было плохо и из последних сил, после чего Странник остался в одиночестве. Да, в общем-то программу он выполнил: смог таки связать несколько подходящих слов, вручил памятную медаль и диплом одному представителю местной творческой интеллигенции… но всё выглядело так, будто пришелец из другого мира пытался быть похожим на обитателей реального мира, и это у него получалось, мягко говоря, не убедительно. Более того из телевизионного репортажа, который вышел на следующий день, вырезали почти все эпизоды с участием Странника…
Тогда, после выхода из Гиперзоны, Странник дал себе обет – «никогда не являться в такой ситуации»…
И вот, декабрь 2019-го, ситуация повторяется. И всё грозит куда более серьёзными последствиями. Малый зал ЦДЛ в два раза больше чем Большой зал торжественных встреч описанный выше, творческих представителей также вдвое больше, следовательно его, пребывающего в Гиперзоне увидят все, что означает возможность очень серьёзных последствий.
Однако всё сложилось по-другому. Кто-то из добрых друзей виновницы торжества (и по совместительству сотрудников ЦДЛ) предупредил виновницу, что Странник не в том состоянии, которое необходимо для успешного участия в столь представительном форуме…
Поэтому всё закончилось, так и не начавшись – настолько хорошо, насколько было возможно. Нашего героя вежливо попросили и, под звуки «Аллилуйя» – хора из оратории «Мессия» Генделя, вывели (с помощью двух дюжих поэтов) из ЦДЛ…
Кроме того, его вызвалась проводить одна скромная но с очень большим сердцем коллега и, освобождённый Странник в укромном скверике по дороге к метро, расслабленно пьёт кофе (с добавлением коньяка), курит сигарету и рассказывает одну за другой из своего многочисленного арсенала правдивых и смешных историй своей доброй и верной спутнице…
В конце концов, он оказывается на своей творческой кухне, где тихо работает приёмник (очень своевременно звучит Вальс из Музыкальных иллюстраций Георгия Свиридова к повести Пушкина «Метель»). Теперь маленький стаканчик коньяку, а дальше…
Что дальше?..
Перемещение… Странник снова в июле 2020 года и медленно продвигается по двору к своему подъезду, у которого, внимательно его разглядывая, терпеливо дожидается жена Аделаида…
23 июля 2020 года. Вечер