Оценить:
 Рейтинг: 4.6

Солнце в крови

Год написания книги
2013
Теги
<< 1 ... 6 7 8 9 10 11 >>
На страницу:
10 из 11
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
– Очень приятно, – склонил голову Кольцов, внимательно взглянув на Оксану.

Она тоже была по-своему детективом, поэтому с легкостью расшифровала этот взгляд: «Белобрысые кудряшки, кукольное личико. Несерьезно».

– Мне тоже приятно, – строго сказала она. – Нам нужна профессиональная помощь.

Сергей кивнул и подумал: «Комплексует. Попала на бал, как Золушка, а фея ей труп подсунула за каким-то чертом. При этом хочет казаться дамой, которая владеет ситуацией».

– А я – Вера, – почти радостно вышла вперед Вера, Оксана еле сдержала смех. – Повар здесь. Я нашла Николая и всем сообщила.

– Рад знакомству, – сурово и уважительно сказал Сергей. – Вы – ключевой свидетель однозначно.

– Сережа, – нервно прервал эту церемонию Юрий, – нам, наверное, нужно пойти туда? Я хотел бы, чтобы ты участвовал с самого начала. Знаешь, как бывает со следствием… Сейчас придумают, что им удобно, и потом с этим ничего не поделаешь.

– Что ты имеешь в виду, Юра? – заинтересованно спросил Сергей. Оксана удивилась тому, как быстро у них установились почти приятельские отношения. Юрий не выносил фамильярности.

– Непонятно, что ли? Завтра или уже сегодня в новостях сообщат, что тело убитого Кондрашова обнаружено в поместье Демидова. И пошла гулять губерния: каждый будет лепить свои версии – кто во что горазд.

– Ну, с этим ничего не поделаешь. Или ты не к тому специалисту обратился. Душитель свободного слова – это точно не я. Меня не интересуют ни кланы, ни сферы влияния, ни опасность компромата. Меня пустячок интересует: кто его убил. Ну, пошли, надо посмотреть, кто приехал. Не скрою: это бывает главной проблемой.

– Да вот они идут с заднего двора. Хорошо, – сказал Юрий. – Очень не хотелось смотреть на… Николая.

Когда на крыльцо поднялись следователь Земцов и эксперт Масленников, взгляд Сергея стал лучистым и преданным.

– То есть такое совпадение? – задушевно спросил он. – Я просто забежал к Юре поболтать о том о сем, а тут такие силы уже собраны. Я в шоке.

– Совпадение, Сережа, – ответил Земцов. – Обычное твое совпадение, когда мы беремся за трудное дело, за которое меня будет начальство трясти, как грушу, а на тебя за это свалится очередной гонорар.

– Мы знакомы, – сообщил присутствующим Сергей. – И как вы, конечно, поняли из того, что было сказано, просто товарищи. Без страха, упрека, зависти и намека. Черт, с утра стихи получаются по любому поводу.

Когда они вошли всей компанией в холл, Вера дергала Оксану за рукав и фыркала от смеха. Оксана смотрела на мужа насмешливо и сочувственно. Как Юрий, который прежде, чем купить носки, получает полную информацию о фирме-изготовителе и дилере, мог нанять настолько неподходящего сыщика?

В холле стояла Алла и смотрела на них, как на вторую волну несчастья.

– Мои соболезнования, Алла Петровна, – первым подошел к ней Сергей. – Я – частный детектив Кольцов, с остальными вы, вероятно, уже знакомы. Нам очень важно знать ваше мнение. Кто может быть заинтересован в смерти вашего мужа? Знаете ли вы людей, способных на столь зверское убийство?

– Кто угодно сейчас способен на зверское убийство. Кто угодно мог быть заинтересован в его смерти. Извините, я не в состоянии это обсуждать. Я хочу со всеми попрощаться: мне нужно домой. Меня ждет ребенок.

Глава 14

Андреас отодвинулся вместе со стулом от компьютера и посмотрел на Урсуса, который так же, как и он, не спал две ночи, как и он, сидел двое суток у компьютера, только иногда выходил во двор по своим делам. С такой преданностью Андреас еще не встречался. Ну не было у него ничего подобного с людьми. Хотя друзей полно, женщин, которым кажется, что он им нужен – в той или иной степени, – еще больше. Женщины… Ира. Из-за нее на сердце тяжесть, а в голове вообще больная мешанина из воспоминаний, которые не дают жить нормальной жизнью. Зачем Ира пришла, зачем он ее оттолкнул? Ведь сейчас им было бы хорошо. Они не были бы одиноки. Она смотрела бы на него преданно, как Урсус. Да нет, его одиночество только усугубилось бы, вот в чем проблема. Ира ему мила, но этого мало для того, чтобы в очередной раз броситься в омут. Ира – не омут, она маленький, чистый родник. Омут был, и не раз. Именно он опутал душу тиной звериной осторожности. Когда вступаешь в любовную игру, нужно рассчитывать силы наперед. Его сил хватало лишь на то, чтобы уйти. Гордость мешала за что-то бороться с женщиной, хотя нет жестокости в том, чтобы победить. Он мог бы забрать у первой жены сына, у него есть знакомые юристы, ситуация складывалась в его пользу, она была совершенно безразлична к ребенку. Но как он станет рвать сердце Олежке. Как он скажет: «Я люблю тебя больше, чем мама. Тебе со мной будет лучше». А если не будет? Он не решился, зная, что заплатит за свою слабость по полной программе. Ему нужен Олежка – вот в чем беда. Он боится, что ребенок его не забыл. Знать бы, что забыл. Что не скучает по отцу. Что ему хорошо…

С первой женой Зиной Андреас познакомился, когда работал на ракетном предприятии. Она была секретаршей директора. Симпатичная, всегда веселая, коммуникабельная, она пользовалась успехом в мужском коллективе. Андреас по рассеянности не сразу понял, что она выбрала его. А когда понял – посчитал это за честь. Присмотрелся, влюбился ровно настолько, чтобы жениться. Их отношения были легкими и, как ему казалось, счастливыми. Она была открытой, приятной и простой, как ромашка или василек. После свадьбы им выделили однокомнатную квартиру. Родился сын. Ох, какой прелестный ребенок! Андреас не мог поверить, что этот маленький чудо-мужичок, который рано встал на крепенькие ножки, сказал «папа», научился требовательно и пытливо смотреть своими карими глазищами, мол, ты принадлежишь мне. Они оба принадлежали друг другу. Как самые родные люди. Повезло так повезло. Он даже не сильно расстроился, когда вдруг его призвали в армию. Вроде и так работал на военном предприятии. Но надо – значит надо. Причем повезли на Курилы из Подмосковья. «Наверное, оттуда везут сюда», – иронично подумал Андреас. Но ведь это временно, он скоро вернется. Шансов не вернуться оказалось многовато. Только он уже верил в свою звезду. Каждую свободную минуту страшно тосковал по сыну, по-мужски скучал по жене. Женщины были и там, конечно. Но он никогда не брал ни того, что плохо лежит, ни того, что чужое. Зина писала бодрые письма.

… Утро. Из своего домика выходит на крыльца капитан Шунгарко. Кашляет, плюет, садится на ступеньку, открывает бутылку шампанского и картинно поливает свои босые, не слишком чистые ноги. Это его кайф. Последний глоток выпьет, чтобы похмелиться после вчерашнего. И – в строй. За ним стоит его жена, Вероника, или Ника, как она просила некоторых себя называть. В ее маленьких озабоченных глазках можно прочитать всю программу действий, заложенную в ее мозг. Она ждет, пока муж свалит. Потом оформит лист, с которым ей нужно ехать в город по какой-то общей надобности. Все гадают, кого она выберет сегодня. Все знают, зачем. Никто не решается отказаться. Андреаса она выбирала раза три. Всякий раз просила остановиться у лесочка, торговалась, как на базаре. Она покупала удовольствие! Она всегда хотела. Было подозрение, что непросыхающий с вечера до утра муж об этом знает и его это очень даже устраивает. Два раза Андреас отказывался мягко. В третий сказал:

– Ника, мне не нужны твои деньги, и ты мне сто лет не нужна. Ну, противно мне, понимаешь? У тебя что, вариантов мало?

– Пошел ты… – с ненавистью прошипела она, став совсем страшной. Адрес, по которому она его послала, был и вовсе неуместен, поскольку в сексуальное путешествие собирался не он.

Андреас рассмеялся. Ночью его избивали так долго, с такой жестокостью и остервенением, что, забыв об осторожности, сломали кисть. Он в тумане страшной боли обнаружил это лишь к утру. Не пошел в медчасть. Попросил товарища завязать какой-то тряпкой, так и вышел на работу. Так терпел месяц. Кисть срослась неправильно, это память о Веронике Шунгарко.

Но время все равно двигалось к демобилизации. И он отгонял от себя плохое предчувствие: что-то еще случится. Случилось… Он вез капитана Шунгарко на грузовике по обычному маршруту, но сразу за поворотом кто-то вывалил гору битума на проезжую часть… А навстречу летел другой грузовик. Он вывернул в битум. Шунгарко успел выскочить. Андреас пролетел по пресловутому тоннелю к тому свету, откуда обратно возвращаются единицы. Из клинической смерти его вывели, что-то залатали, лоб навсегда остался иссеченным разбитым стеклом. По-быстрому выписали, сказали: «Забудь. Ничего не было». Отправили домой. Он и приехал без предупреждения. Открыл дверь своим ключом, прошел в крошечную прихожую. На пороге единственной комнаты остановился. Трехлетний Олежек, открыв рот, потрясенно смотрел на кровать. Там под голым мужчиной лежала Зина…

Андреас потряс головой.

– Понимаешь, – сказал он Урсусу. – У тебя было много щенков, но о суках, их родивших, ты вряд ли вспоминаешь. И в этом ты умнее меня.

Его глаза были как будто набиты толченым стеклом, когда он наконец составил список женщин, которые приехали в командировку, на заработки, в отпуск в Подмосковье в последние недели и не вернулись домой. Это только те, кого ищут родственники в Интернете. У каждой из них может быть сколько угодно причин сбежать из дома, каждая из них могла сгореть в его спортивной школе… И то, что он делает, однозначно Сизифов труд. Он тонет в информации, которую находит сам и которую таскают ребята. «В чем смысл? – спрашивает он себя. – Есть ли он вообще? – И отвечает: – «Возможно, есть. В каком-то месте сердце что-то подскажет. Сколько раз так было…»

Сердце, интуиция… Да и без этого понятно, что школу сожгли, чтобы скрыть убийство. Для него это как дважды два, поскольку он точно знает, что не поджигал ее ради страховки, что никакая посторонняя женщина случайно оказаться там ночью не могла. Было бы какое-то спорное, лакомое место – думал бы в этом направлении. Но маленький участок под скромным зданием никого не мог привлечь, Андреас в этом не сомневался. Опять же: эта несчастная… Ее могли убить в другом месте и бросить в огонь еще живой. Андреас сжал кулаки. Хорошая экспертиза должна что-то прояснить. Но они не делают никакой. Они хотят ее зарыть по-быстрому, и все. Сейчас, когда нервы были на пределе, Андреасу казалось, что самое главное – узнать, кто и как убил эту чужую женщину. Он сам отобьется от их вздорных версий. Ее защитить некому и после смерти. Андреас хорошо стреляет, отлично дерется, но он никогда не переступал грань. Не уголовного закона, который сейчас любой трактует как вздумается, а человеческого, который стоит на страже любой жизни. Но если бы он сумел найти убийцу, если бы это получилось – он не стал бы ждать справедливого суда. Не строил бы иллюзий. Он убил бы его сам. И будь что будет.

Глава 15

Рассвет, суббота, несчастье… Эти три слова разбудили Оксану, вытащили из глубокого, яркого сна. Это странно, но ей приснилось, как она с сестренкой выбирает в магазине красивые туфли. Они примеряли, смеялись тому, что у сестры ножка на три размера больше, чем у Оксаны… Она открыла глаза и с тревогой подумала: «А еще говорят, что сон в руку. Что покупать туфли – к счастливой встрече. А у нас – беда». Она посмотрела на часы: пора идти в ванную, но шевелиться совсем не хотелось. И всего, что обычно бывает в это время, – тоже не хотелось. Юра, наверное, это понимает. Сегодня он дома. Они ждут Сергея Кольцова, может, у него есть какая-то информация. Дело в том, что Вера вчера обнаружила отсутствие одного из своих ножей. И полиция, разумеется, уже ищет Игоря и Аню. Они ищут сына по подозрению в убийстве отца! В их доме! Их ножом! Оксана почувствовала озноб. Конечно, это бред, все выяснится. Но хорошо, что Юра нанял частного детектива. Пусть он даже похож на актера в роли сыщика. Но он поищет что-то в поместье, может, найдет след настоящего убийцы, коварно придумавшего свой план… Это какой-то враг Николая. Охрана ведь тоже спит, любая ограда в принципе преодолима.

– Ты не спишь? – Оксана вздрогнула от неожиданности. Юрий смотрел на нее совсем не сонными глазами.

– Ты еще не ходила в ванную? – спросил он.

Не может быть! Он не хочет нарушать порядок? Но это же не то, что делается в обязательном режиме. У нее перед глазами стоял труп с распоротым животом. Ей не будет ни хорошо, ни просто нормально. А ему? У него физиология существует автономно? Так у всех мужчин?

– Я думала, ты сегодня поспишь подольше, – спокойно произнесла Оксана. – Тебе же не нужно на работу. И сама хотела еще поспать. День вчера был таким трудным.

– Конечно, – согласился он, не прикасаясь к ней. – Давай иди. Потом поспишь.

Она стояла под горячим душем, пытаясь избавиться от жутких картин, засевших в мозгу. Потом шла на его взгляд, как обычно, но сама смотрела мимо. Выскользнула из рубашки, стоя на тигре, и подумала: «Только бы скорее кончилось».

Но все пошло не так, как всегда. Муж не был сдержанным и осторожным. Она таким его не знала. Он стонал и хрипел от возбуждения, закатывал глаза, растягивал наслаждение, которое она не просто не разделяла. Оксана была почти в ужасе. Ей показалось, что это возбуждение как-то связано с убийством, что он выдает сейчас какую-то свою тайну, а ей не хотелось ее знать. Он как будто пытался ее разорвать, при этом больно сжимал одной ладонью лицо, кусал губы… и не подумал сдержать себя вовремя, как это повелось у них по умолчанию. Когда все кончилось, Оксана оттолкнула его и бросилась в ванную. Она умела вымывать без остатка то, что не будет ее ребенком, пока она этого не захочет сама. Но черт побери, почему он так себя вел? Или это переход их отношений в другую стадию?

Она вернулась в постель, повернулась на бок к нему спиной, закрыла глаза. Юрий вдруг властно ее развернул.

– Тебе было хорошо?

– Мне мешал труп Николая. Он все время у меня перед глазами: кишки наружу. А тебе?

– Я умею избавляться от неприятных впечатлений. Это не сложно, когда рядом такая красивая женщина, – и он по-хозяйски погладил ее по груди.

Утром она опять надела черный брючный костюм, дополнив его черной же водолазкой. Сергей приехал после завтрака, позвонил Юрию по телефону от башни охраны, вошел в холл, где они ждали его. Оксане показалось, что, здороваясь, он посмотрел на нее внимательнее, чем накануне. Наверное, она ужасно выглядит: бледная, во всем черном. Не накрасилась совсем.

– Доброе утро, – появилась на пороге излучающая радушие Вера. – Кофе будете? А кушать?

– Если никто не возражает, – просиял в ответ Сергей. – У меня холодильник всю ночь рыдал от одиночества и пустоты.

– Ой, не могу, я тоже щас заплачу, – рассмеялась Вера.

Эти двое явно не страдают от комплексов. Именно такая мысль синхронно родилась в мозгу Оксаны и Юрия. Оксана почти позавидовала, но вновь подумала, что надо найти другого сыщика. Юрий был доволен: парень простой, открытый, податливый. С ним можно иметь дело. Пока Сергей поедал пушистую и аппетитную Верину выпечку, пил ее неповторимый кофе, все старательно говорили о наступающей весне. Оксана с нетерпением смотрела в его тарелку. Наконец она опустела.

– Ситуация такая, – произнес Сергей. – Мы нашли в Сыктывкаре мать Игоря, сына Николая Кондрашова. Игорь дома. Он не просто дома, но практически никогда из квартиры не выходит. Николай не знал, что у его ребенка в три года был обнаружен детский церебральный паралич, это считается поздней формой. Короче, он плохо ходит, плохо говорит, отцу не звонил. Он вообще никому не звонит. И разумеется, в гости не приезжал. Никаких сведений о девушке по имени Аня у матери Игоря нет. Телефон лжесына, обнаруженный в контактах Николая, не просто временно недоступен. Такого номера больше не существует. Видимо, уничтожена симка. Вот такие дела.

<< 1 ... 6 7 8 9 10 11 >>
На страницу:
10 из 11