Замерев, девушка в ужасе уставилась на него.
– Вот так-то, высочество. Ты здесь никому, кроме меня, не нужна. А для чего нужна мне, скоро узнаешь…
Вирхард говорил тем самым спокойным, внушающим ужас, голосом, который часто снился ей в кошмарах.
Мужчина, стоящий в дверях, посторонился, пропуская их. Но его улыбка при этом была настолько отвратительной, что Лия еле сдержалась, чтобы не попытаться ударить его. Толку бы не было, лишь повеселила бы их. А такого допускать нельзя. Она принцесса, она должна держать себя в руках.
Они шли по коридору, по той части дворца, где ей ещё не приходилось бывать. Вирхард держал её под руку, но так, что со стороны они выглядели мило прогуливающейся парой, а на самом деле, крепко сжимал девушку чуть выше локтя, причиняя такую боль, что Лие хотелось плакать. Но она держалась.
Она заметила мелькнувшую рядом жилу, но ухватиться за неё не успела. Слишком далеко была та нить, что могла её спасти. Слишком крепко держал её драук.
Как же быть? Как поступила бы на её месте… Настоящая королева? Она ведь будущая правительница, а ведёт себя как испуганная девчонка! И что с того, что она действительно напугана до дрожи в коленях! Это её не оправдывает! Нужно собраться, чтобы освободиться от хватки Вирхарда и сбежать. К отцу! Смешно, а ведь он доверяет этому сумасшедшему. Как же он может так ошибаться? Получается, что великий король Ааронд не всесилен?
Детские иллюзии быстро рушатся. И для этого им нужен лишь крохотный толчок. Лия прикусила губу, внезапно захотелось смеяться. Как глупо! А ведь Вирхард тоже считает её не принцессой, а… Кем? Светлой?
Тот люмин называл её чужим именем, но это имя отзывалось теплом в груди. Оно было родным. Знакомым. Близким. Так не бывает. Это должно что-то значить! Кто они? Кто она?
Неужели в прошлом было нечто, позабытое ею?
Отец прячет её от всего мира. Она словно не существует для его окружения. Дочь. Наследница. Но так ли это? Кто объяснит, что происходит вокруг неё? В какую игру её втянули? И хочет ли она её продолжать?
Одни вопросы. А где же найти ответы, если рядом лишь тот, кто потешит свое самолюбие и не оставит в живых? Как спастись, зная, что выхода нет?
Жилы… Ночные жилы, где они? Такая редкость во дворце Белых Роз. Правы были те, кто называл его подарком Светлой! Только она могла так посмеяться над тёмными, позволяя им считать себя здесь в полной безопасности! Там, вдалеке от замка, были солнечные нити. Они помогали светлому магу, а ей, хозяйке этих земель, помочь не хотят! Почему же так происходит?
Слезы все же прорвались сквозь выстроенную стену. Лия больше не могла скрывать своего состояния. Она всхлипнула.
Вирхард довольно ухмыльнулся, останавливаясь в тени ниши, аркой врезавшейся в каменную стену.
– Ненадолго тебя хватило, принцесса. Тем лучше. Для меня, конечно же.
И он с нечеловеческой силой толкнул её прямо на стену.
Лия зажмурилась, сжалась в ожидании боли, что обязательно принесёт удар. Её магии хватит, чтобы смягчить его, но драук сильнее человека. Намного.
Она прошла сквозь стену, словно та была иллюзией, мягкой и пластичной, пропускавшей каждого, кто знал, что тут есть проход. Девушка упала на пол, успев подставить ладони, но услышала треск разрываемой ткани – каблуки и колени сделали свое дело. Нежнейший шёлк не выдержал.
– Какой вид, – насмешливый голос Вирхарда вдруг что-то сломал в девушке.
Ей захотелось кричать, бить, ломать все вокруг, чтобы не осталось ничего целого и никого живого. Страх обернулся яростью, неистовой, неуправляемой.
– Ты говоришь с будущей королевой!
Лия оперлась на окровавленные, разодранные о грубый камень ладони, и медленно поднялась. Она не хотела думать, что сейчас больше похожа на оборванку в разодранном, пыльном платье. Нет, она была королевой. Гордой и несгибаемой. Ей не нужны были пустые слова и сожаления. Теперь все было наоборот. Она жаждала действий.
Магия бурлила вокруг. Нет, здесь не было жил, но она чувствовала нечто, не похожее на то, что испытывала ранее. Могущество.
– Ты? Королева? – Вирхард издевательски расхохотался. – Тебе не стать королевой! А хочешь, я расскажу, что сделаю с тобой? Тебя ведь это волнует, не так ли?
– Мне плевать на твои фантазии!
– Как мы заговорили, – стена за его спиной чуть поколебалась и превратилась в обычную кирпичную кладку. – Знаешь, я передумал тебя убивать. Нет, я все так же хочу увидеть, как ты будешь корчиться от боли. Я жажду услышать твои крики. Ведь они будут лучше музыки для меня – самое прекрасное, что только может быть. Ты даже не представляешь, насколько я этого хочу! И пусть это будет расплата за все то, что совершила ты и твоя мамаша. Моя месть.
– Я расскажу…
– Не успеешь, – еще один плавный шаг, а ей некуда отступать. – Не сможешь. Ааронд сделал это один раз, но я могу повторить. Мне помогут, и никто никогда не узнает о том, что скоро произойдет в этой комнате. Ты не вспомнишь. Один Темный знает, как я хочу, чтобы ты помнила и боялась! Видеть твой страх – лучшее, что я могу придумать. И я буду, – взгляд Вирхарда снова окрасился багрянцем, – буду наслаждаться каждым мгновение. А после… после ты останешься жить.
Он сумасшедший! Но сдаваться Лия не собиралась. Отчуждение, спокойствие нахлынуло, стирая все страхи. Здесь больше не было ничего, что смогло бы ее испугать, поколебать то состояние, которое густой тишиной окружило ее.
Нет возможности спастись, но сдаваться на милость этого… Никогда!
Она выпрямила спину, не обратив внимания на боль, что огнем прошлась по спине в том месте, где уже расцвел огромный кровоподтек. Это было мелочью, не имело значения. Сейчас она была той, кого часто видела на картинах. Той, кем мечтала стать. Той, для кого не было сомнений, не было слова «нет». Лия была королевой. Будущей правительницей. Она не боялась смерти, не боялась боли, на какое-то время забыв, что они существуют.
– Ты пожалеешь, – с легкой улыбкой оборвала она монолог драука.
Желто-красные искры в глазах уже полностью заполнили радужку, превращая его в настоящего монстра. Вирхард стоял очень близко – совсем чуть-чуть и девушка сможет ощутить его дыхание на своей коже. Неприятно, пугающе. Она смотрела прямо в эти горящие глаза, зная и не зная, что произойдет дальше.
– Жалеть здесь будешь только ты, – все с той же ухмылкой парировал он.
И протянул руку, чтобы схватить за подбородок.
Он мог это сделать, и ему не потребовалось бы для этого много сил.
Но произошло то, что ни Лия, ни, тем более, Вирхард никак не ожидали.
Вокруг девушки возникло сияние. Словно разом зажглись тысячи звезд в ночи. Они вспыхнули и растворились в чернильной мгле, которая стекала с потолка, сочилась из щелей кирпичной кладки, пузырями проникала откуда-то снизу. Это было страшно, словно мир вокруг тонул, захлебываясь в этой мгле. Это пугало, потому что такой магии никто не видел. Это завораживало, казалось, что каждая капля живет своей собственной жизнью, переливаясь оттенками ночного неба.
И Лия была сосредоточием всего этого. Тьма, разделенная редкими нитями золота, такого же родного, как и сама ночь, окружала, обволакивала девушку, защищая ее от угрозы.
– Что за? – отшатнулся от нее драук.
Она почувствовала теплое прикосновение и шагнула вперед, уверенная в том, что ей ничего не грозит. Лия знала, что магия этого мира, наконец, пришла к ней на помощь. Жилы, которых не было вокруг, услышали ее мольбу и сами притянулись к ней. Это было чудо, спасение.
– Ты пожалеешь, – повторила она, делая к нему шаг.
И ночные жилы потянулись следом, оплетая ее, закрывая прорехи в порванном платье, создавая новый, поистине величественный образ. Черное кружево облегало ее, постепенно превращаясь во вторую кожу, впитываясь, растворяясь. Она уже не была собой, ее место заняла истинная королева этих мест – ночная тьма.
– Ты поднял руку на ту, которую должен был беречь. Ты осквернил имя своего Бога. Ты нарушил клятвы, что приносил своему господину. За каждое из этих преступлений лишь одно наказание – смерть!
Теперь Вирхард отступал. Он не пытался сделать что-нибудь, остановить ее, сбежать. Только как завороженный смотрел на приближающуюся к нему девушку, позабыв, что еще пару мгновений назад торжествовал, наслаждаясь ее страхом.
– Наказание приведет в исполнение твоя собственная рука, – в глазах девушки не было эмоций, пустые бездонные провалы в морскую глубь. – Ты виновен, ты преступник, но ты же – и свой палач.
Чернильные ленты сорвались с ее рук, связывая его. Это не было проклятием, слова Лии стали чем-то большим. Опаснее, чем все, что мог придумать человеческий разум. И Вирхард понял, что его месть не свершится, даже убей он сейчас эту рыжую тварь – его участь решена.
– Я отомщу, – прошипел он.
– Не сомневаюсь.