Империум. Книга 3

Мы пока держались в стороне, не спускаясь по трапу, но прислушивались. За Синицына я не переживал, у него способность барьеры ставить, уж сам способен себя оградить, если что, а дальше наше стрелки сработают, если переговоры не увенчаются успехом.

— Не мог Александр Юрьевич другому служить пойти! — возразил другой боец. — Морок это, колдун старается!

— Не мог? Да плевать я хотел на Илью! — в сердцах вспылил Синицын. — А он плевать хотел на вас! Чадов, — при упоминании фамилии один из бойцов вздрогнул, — я твоего отца с поля боя вытащил, помнишь?

— П-помню.

— А барон что сделал? Уволил его, ведь ноги он лишился, служить больше не может. Уволил без содержания, а ведь он верой и правдой служил десяток лет. Бесполезен стал, зачем деньги на инвалида тратить. Кто в итоге со всей дружины по чуть-чуть собирать стал, чтобы вам помогать? Кто с походов долю свою отдавал?

— В-вы… — виновато ответил мужчина.

— И ты на меня ружье наставляешь? Мороком обзываешь?! Постыдился бы, как отцу говорить будешь, что в меня стрелял?

— Я…

— Хватит! — воскликнул старший из бойцов, и он, в отличие от остальных, не сомневался. — Даже если бы Александр Юрьевич остался жив, он бы не явился в родной город ночью! Ночь – это вотчина демонов и колдунов!

— Да? Тогда чего же Охранитель меня не испепеляет, а, Братислав? — Синицын сделал несколько решительных, тяжелых шагов вперед.

— Ни шагу, иначе мы будем стрелять!

— Ты меня давно подсидеть хотел, сколько разговоров было, мол, стар я, менять пора сотника. Тебя ведь им и назначили, да? Нет, ты бы тогда тут не стоял вместе с остальными. Но назначить подумывают, прав я? Не выгодно тебе возвращение мое.

Боец, услышав это, досадливо поморщился. Видимо, Синицын попал в самую точку.

— Ага, так и думал.

К тому моменту Александр оказался очень близко к ним. Ещё шаг, и ствол мушкета уткнулся бы ему в грудь, и этот Братислав, в отличие от остальных, оружие держал крепко и прямо. Троица других стрельцов оружие подопустили.

— Либо вы, кем бы вы ни были, уберетесь отсюда, либо отведаете ста…— договорить тот не успел, Александр очень быстро перехватил ствол оружия и толкнул назад, ударяя прикладом прямо в зубы бойцу. Затем резко дернул на себя, вырывая из ослабевших рук.

— Вот потому тебя старшим и не назначают. Если уж собрался стрелять, то стреляй, не мешкай, — зло прошипел Александр упавшему навзничь Братиславу, хватающемуся за окровавленный рот. Пару зубов ему выбило. Остальные же опустили ружья окончательно, и тогда он обратился уже к ним. — Молодцы, ребята. Барон Градов – достойный человек, хоть к некоторым вещам вокруг него придется попривыкнуть. Мы пришли сюда за семьями и спросить с Ильи.

Говоря это, он махнул нам, и вот уже на пирс вышли остальные бойцы двух отрядов. Я шел одним из последних, вместе с Ксюшей. На этом настоял Александр, не желая, чтобы я был впереди. Маг я или нет, а от случайной пули никто не застрахован. Алины с нами нет, в случае чего первую помощь придется самостоятельно оказывать.

Дальше мы разделились. Отряд Юлианны вместе с десятком бойцов выдвинулся к жилым домам, сообщая людям, что они переезжают. Ну а все остальные, почти три десятка бойцов, среди которых были не только бывшие подчиненные Синицына, но и кое-кто из горожан Вольнова, направились в сторону дома барона.

И вот тут сразу чувствовалась разница. Если мой дом находился на главной улице, и по сути почти любой горожанин мог постучать в мою дверь, то нижнереченский барон отгородился от простого люда. Тут был отдельный частокол, массивные дубовые ворота и даже небольшой ров. Правда, на полноценную осаду он рассчитан не был, скорее подчеркивал некоторую важность высшего сословия. Барон тут был словно королек, живущий в своем маленьком мирке.

Полноценного сюрприза не получилось. О том, что мы идем, обитатели маленькой крепости знали. И даже появление во главе нашей группы Александра Синицына ни капли не помогло.

— Отворяйте ворота! — крикнул он. — Александр Юрьевич пришел! С бароном видится надо, срочно!

Но за воротами послышались возгласы: “Никого не впускать! Это враги!”

— Не откроют, — вздохнул Александр, качая головой. — Филатова слышу. Штурмовать придется, а мы лестницы не взяли.

— Акстись, Саш, какие лестницы? — по-дружески похлопал я его по плечу и рассмеялся. — Лёня, ворота сноси нахрен.

— Будет сделано, Ваше Благородие! — здоровяк довольно ухмыльнулся, подошел к воротам, надавил, и мы все услышали, как затрещало дерево на той стороне. Ворота опасливо прогнулись, но богатырю всё-таки немного не хватило сил, чтобы их сломать.

— Поможем! — скомандовал Синицын, но Лёня лишь поморщился и махнул рукой.

— Не, сам управлюсь!

Богатырь потер ладони друг об друга, опустился на одно колено и коснулся земли. Земля под воротами стала бугриться и подниматься вверх, а спустя пару секунд ворота просто сняло с петель, и все, что нам оставалось, это лишь чуток толкнуть их в другую сторону.

К тому, что мы вот так попадем внутрь, обитатели крепости готовы не были, и кажется, этими самыми воротами кого-то придавило. Практически сразу послышались пороховые выстрелы, но я шел позади и пока не видел, что именно там происходит.

Несмотря на все старания Александра, внутри крепости развернулось по-настоящему нешуточное сражение. Барон решил драться до победного и даже сам высунулся из окна своей усадьбы с ружьем наперевес. Пальнул, но вопрос, попал ли в кого.

Отсиживаться за воротами не стал и, позволив своим людям немного взять ситуацию под контроль, вошёл в бой. Сразу же моему взгляду предстала картина сражающегося с Лёней Филатова, и силы там, судя по всему, были равны. По крайней мере, так мне казалось, когда только зашел внутрь.

— Это Градов! Убейте его! — воскликнул вражеский богатырь, и по мне почти сразу открыли огонь, но я отклонил пули, и те обошли нас с Ксюшей стороной. Рыжая снайперша тут же упала на одно колено и сделала три выстрела в стрельцов, попав каждому в руки. Приказ был не убивать без острой необходимости. Александр был уверен, что когда с бароном будет покончено, многие солдаты перейдут на нашу сторону. Не сильно тут любили барона Синицына, но в крепости хватало верных ему людей, которым он очень хорошо платил. Собственно их-то он и держал поблизости.

Видя, что пули ничего мне сделать не могут, Филатов рыкнул и ухитрился оттолкнуть от себя Леонида несмотря на то, что тот был немногим выше и тяжелее. Мой товарищ упал на землю, сразу же начал подниматься, но Филатова он не интересовал, богатырь уже мчался ко мне. Металла на нем было много, я не сомневался, что остановлю на подходе, только и он об этом помнил. На ходу подхватил с земли небольшую каменюку и что есть силы метнул в меня. Силы вложил столько, что камень в тот момент был подобен пушечному ядру.

Железные частички, которые я держал под рукой, ожили, и я сформировал из них щит, по поверхности которого промелькнул электрический разряд. Удар вышел сильным, и скорее всего, если бы щит вышел цельным, то мог бы не выдержать, а так подвижные частицы смогли распределить вложенную энергию по периметру.

Камень рухнул под ноги, а щит рассыпался на частицы, открывая мне проход. Я рванул вперед, часть песка упала под ноги, и от него я оттолкнулся, а следом сразу же притянул. Хватит мелочь тратить на прыжки и недополеты, но уровень контроля надо будет подтянуть.

Не успел Филатов опомниться, как я оказался перед ним лицом к лицу.

— Не хорошо камнями швыряться, можно и ответку получить, — бросил я ему, криво усмехнувшись, а затем металлические песчинки образовали вокруг моей руки что-то вроде тяжелой железной перчатки, к которой я добавил немного простеньких чар огня для усиления эффекта. Получилось так, что мой стальной кулак врезался богатырю в кирасу с силой большей, чем то самое злополучное пушечное ядро. Говорить, что с ним случилось, думаю, смысла нет. Богатыря просто снесло, кирасу проломило, и в груди образовалась крупная дыра.

Справа на меня дернулся какой-то воин, видимо, слишком тупой, чтобы понять, что только что произошло, либо безумно храбрый, только он до меня не дошел. Рухнул с простреленной головой. Это уже Ксения прикрывает спину.

Но не все так отчаянно приняли потерю главной боевой силы Синицыных, боевой дух стал заметно падать, и не прошло и двух минут, как пошла масштабная сдача нашим превосходящим, пусть не по численности, но боевой силе, извиняюсь за тавтологию, силам. То там, то тут вражеские бойцы стали сдаваться, и Александр играл в этом не последнюю роль, призывая своих бывших товарищей сложить оружие. Кто-то в итоге внял разуму и послушался, и как только это случилось, исход битвы был решен.

Следом мы отправились за бароном. Вытаскивали его на улицу с криками и визгом, ведь вытаскивать пришлось и всю его многочисленную чету. Сам барон, полноватый немолодой мужичок, при этом брыкался и истерил похлеще дам. То и дело звучало: “Да вы знаете, кто я?! Если хоть волос упадет с моей головы, князь…”.

Князь то, князь сё. Тьфу.

— Ну здравствуй, барон Синицын, — ухмыльнулся я, когда его поставили на колени передо мной. Руки связаны, взгляд полный бешенства, но в нем также есть и немного страха. — Узнал меня?

— Тьфу, — плюнул он мне под ноги. — Сраный колдун! Ты ответишь за свои злодеяния!

— Злодеяния? Не помню таких. Зато отлично помню твое вероломство и наглость. Где мой дядя? — в крепости моего дяди не нашлось, а ведь были такие надежды его тут сыскать.

— Знать ничего не знаю!

— Да брось, Илья, я рассказал барону Градову о том, что Степан Градов тут гостил.

Пленник перевел взгляд на Александра и зарычал.

— Предатель! Да как ты посмел явиться мне на глаза! Я считал тебя другом! Практически братом! А ты… Ты…

— Да хватит, кого ты обманываешь, — фыркнул Александр. — Братом? Ха! Ты как в детстве говорил, что моя работа – твои ноги целовать, так при этом мнении и остался, только язык за зубами держать научился. Про Лизку тебе напомнить?

Барон на это скривился, прикусив язык, а вот я пока не очень понимал, о чем они толкуют. Но сам Александр быстро пояснил.

— Это дочь моя, старшая. Она с Аркадием пожениться должна была, укрепить род Синицыных, так сказать, две ветви соединить. Так мы с тобой договаривались, Илья, да? Так Аркаша воспользовался этим, ребенка заделал, и Илья внезапно передумал, другую невесту нашел, получше, с приданым большим. Да?

— Так было нужно! С Власовыми… — начал было оправдываться барон нижнереченский, но тут Александр просто дал ему в морду, выбив пару зубов.

— На сносях бросил девку. И кому она теперь нужна, порченная, с нагуленным дитем на руках? А? В любви клялся, жениться должен был, — закипал Александр, и теперь мне становилось понятно, чего он так легко с людьми перешел на мою сторону. Тут столько личных претензий накопилось, и возможно, это лишь верхушка. — Вместо законного наследника бастард, которого “может быть” признаете, — немного выпустив пар, Александр виновато посмотрел на меня и сказал: — Извините, Ваше Благородие, не сдержался, все последние годы мечтал это сделать.

— Ничего. Он это заслужил, не сдерживайся. Только не убей ненароком, нам пока барон живым нужен.