География пустоты

- У тебя уютно, - сказала она, разглядывая плакаты на стенах. - И настоящий творческий беспорядок на столе. Что это за программа открыта на мониторе?

- Это цифровая студия, - я кивнул на экран компьютера, где светились дорожки свежего проекта. - Я там пишу аранжировки. Прописываю барабаны, бас, свожу треки. Но в основе всегда лежит акустика и текст.

Я сел на стул напротив нее и почувствовал, как по спине потек холодок. Одно дело - играть для себя, закрывшись в четырех стенах. Совсем другое - обнажить душу перед человеком, который стал для тебя всем.

- Не волнуйся, - она словно прочитала мои мысли, мягко улыбнувшись. - Я самый благодарный слушатель.

Я сделал глубокий вдох, положил пальцы на гриф и взял первый аккорд. Это была та самая мелодия, которая крутилась в голове после нашей первой встречи. Легкий акустический перебор плавно перешел в более плотный, ритмичный бой на квинт - аккордах - я всегда любил добавлять в звучание немного поп - рокового драйва.

Голос поначалу предательски дрожал, но стоило мне закрыть глаза и раствориться в ритме, как неуверенность отступила. Я пел о случайностях, которые меняют орбиты планет, о холодном дожде в ноябре и о свете, который пробивается сквозь серые тучи. Текст был простым, без сложных и запутанных метафор, но каждое слово в нем было чистой правдой.

Когда прозвучал последний аккорд и звук медленно затих в комнате, я не сразу решился открыть глаза.

- Артур...

Я посмотрел на нее. Ева отставила кружку на пол. В ее прозрачных глазах стояли слезы.

- Это было... очень плохо? - криво усмехнулся я, пытаясь скрыть легкую дрожь в пальцах.

- Ты дурак, - она тихо шмыгнула носом и рассмеялась. - Это было так красиво, что у меня мурашки по коже. Ты сам написал эти стихи?

- Да. Это о нас. Точнее, о том самом вечере в кофейне.

Она встала, подошла ко мне и, не говоря больше ни слова, просто обняла меня за шею, крепко прижавшись к моему плечу. Я отложил гитару в сторону и обнял ее в ответ. От нее пахло морозом и тем самым легким ванильным парфюмом. За окном крупными хлопьями падал декабрьский снег, а в моей комнате было невероятно тепло.