Возмездие по плану совпадений

– Но тогда на девушках не было свадебных платьев, – неуверенно возразил Волков.

– А в чем была, в том он ее и похитил. Мы сейчас проверяем всех сбежавших невест того периода. Обстоятельства, предшествующие бегству или исчезновению. – Кузьмина подавила зевок, покосилась на угол, в котором мертвым грузом стояла кофемашина. – Иван Саныч, может, подарите игрушку нашему отделу? Все кофеманы, елки-палки.

– Обойдешься, Вера, – фыркнул тот. – Сам не пью…

– И вам не дам, – перебила она его со смешком. – Принято, товарищ полковник. Разрешите идти?

– Иди. Шутница! – он посмотрел ей вслед и добавил: – Поймаешь убийцу, отдам вам в отдел игрушку кофейную. А нет… Ну, на нет и суда нет, Вера.

Вера спиной чувствовала осуждающий взгляд Волкова. И ей было почти плевать. Почти…

Да, после смерти мужа она перестала быть прежней. Кузьмина была уже не та Кузьмина. Она не смеялась беззаботно над шутками коллег. Не мечтала ни о чем. И ее совершенно не заботило, во что она одевается. Раньше могла в служебном кителе любую красавицу обойти по элегантности. Сейчас же…

Мешковатые штаны, широкие свитеры, бесформенные куртки. Шапки такие, чтобы тепло в них было. А ботинки и кроссовки только удобные и никаких каблуков. Фигурой она не сдала. Даже подправила ее изнурительными тренировками, которым отдавала все свободное время. Но фигуру Вера Кузьмина тщательно прятала под одеждами. И ничего менять в этом направлении не собиралась…

В отделе никого не было. То ли еще не дошли, то ли уже успели разбежаться. Задачи Вера им определила. Пусть работают.

Усевшись за стол, Кузьмина щелкнула компьютерной мышкой, монитор ожил. И сразу на нее глянули голубые глаза ее покойного мужа. На фото, сделанном на рыбалке незадолго до его инфаркта, муж счастливо улыбался. И эта улыбка, стоило на нее посмотреть, ее каждый раз обжигала.

Ничто же не предвещало! Никаких намеков не было на проблемы с сердцем! Он крепким был, здоровым, веселым. Спорт любил, Веру свою любил, жизнь любил…

Подавив горестный всхлип, она свернула фото и принялась просматривать почту. Ничего интересного. Ответа на ее запрос по прежним трем убийствам пока не было. Ее интересовало сейчас все: рост, вес погибших девушек, цвет волос и глаз. Периодичность их исчезновения. Какой промежуток времени проходил с момента каждого исчезновения? Можно ли будет отнести эти убийства к серии?

Не глядя, Вера протянула руку и сняла трубку внутреннего телефона. Ткнула пальцем в восьмерку – номер их эксперта.

– Гриша, привет. Есть что-нибудь для меня?

– Кое-что есть, но не много. Куски ткани еще исследую. Но! Материал дорогой. Кружево, фатин, корсет из парчи. Платье точно шилось на заказ. И туфли очень недешевые. На маркетплейсе такие не купишь. Фирма знаменитая.

– Та-ак, уже неплохо! – у нее аж ладони зачесались, так захотелось в них хлопнуть. – Сможешь мне восстановить фасон платья с подробным описанием, чтобы мы по портнихам разослали?

– Смогу, конечно, – вяло отреагировал Гриша. – Только зачем?

– В смысле, Гриша? Ты чего там нудишь? – опешила Кузьмина.

И тут же заподозрила Гришу Самойлова в вымогательстве. Тот очень любил поесть. И когда бы к нему ни зашли, он все время что-то жевал, обсыпая крошками белый халат на мощной груди.

Многие этим пользовались и тащили ему мзду в виде пирожных и песочных печений, если нужно было что-то сделать срочно.

– Ничего не куплю, – грозным голосом пригрозила Вера. – До зарплаты еще неделя, у меня в кошельке свистит.

– Ой, ладно прибедняться-то, Верочка, – рассмеялся негромко Гриша. – Слышал, ты путевку ищешь на острова. Вот и свист пошел в кошельке твоем.

– Имею право, – отозвалась она ворчливо.

И тут же покосилась на пустые столы коллег. Утечка оттуда. Просто к слову пришлось однажды, и она озвучила свою мечту. И не собиралась вовсе. Просто позволила себе помечтать. А эти двое, или кто-то один из них, разнесли.

Ладно, будет знать…

– Да имеешь, конечно, кто же спорит, – тяжело вздохнул Гриша. – И мне ничего не надо. Пытаюсь худеть. На диету сел.

На диету Гриша садился периодически. Хватало на пару дней, а то и меньше. После его голодных дней жор накидывался на Самойлова с новой силой. И с пустыми руками к нему было не подойти. Так что Вере, надо думать, повезло.

– Так что у тебя, Гриша, говори? И когда эскиз платья будет готов? Повторюсь, мне надо плотно работать с портнихами.

– И я повторюсь, майор Кузьмина, не надо тебе с ними работать. Бирка, Вера… Бирка на платье была именная. Вычислил я твою портниху.

– Да ладно! – ахнула она и кулак сжала на удачу. – Это же существенно облегчает нам задачу, Гриша! И кто это?

– Тут две новости: плохая и хорошая. С какой начнем?

– С плохой, конечно.

– Портниха Волгина больше не отшивает. Закрыла салон.

– Блин! – вырвалось у Веры. – А хорошая новость?

– Я установил ее домашний адрес, Верунь.

– Ты красавчик, Гришка! – завопила она.

И тут же полезла в верхний ящик стола. Заветный диетический батончик был на месте, она его не сожрала вчера. Хотела, да кто-то отвлек, видимо.

– Диетический батончик будешь?

– Буду! – воскликнул Гриша. – Неси, а я тебе пока фото платья распечатаю. Волгина ранее всегда все фото своих изделий выставляла в соцсетях. Уже после мероприятий. Такова была договоренность с клиентами. Я нашел это платье, Вера. Неси свой батончик…

До нужного микрорайона Вера не доехала, домчалась. И Бога молила, чтобы бывшая портниха была дома. Везло же ей до этого момента, почему бы фарту не продолжиться. В квартиру Волгиной Кузьмина звонила менее чем через час. Волгина была дома. Ура!

– Чем могу?

На пороге стояла худенькая пожилая женщина и смотрела на Веру сквозь толстые стекла очков.

– Надо поговорить. – Кузьмина показала удостоверение. – Просто поговорить.

– По причине? – недовольно поджала та губы. – Кто-то из бывших клиенток решил меня достать?

– Нет, нет, что вы! У нас случился труп. А на нем платье с вашей именной биркой. И нам надо установить личность погибшей.

– Ох, господи, – ахнула она скорее раздраженно, чем испуганно. – Заходите…

Пригласила в гостиную – чистую, богато обставленную модной ныне мебелью. Предложила кофе. А кофе Вера хотела. Еще с утра, когда таращилась на кофемашину в углу комнаты для переговоров. Мечтала кого-нибудь из отдела послать за заветным стаканчиком в кофейню через дорогу, да на месте никого не оказалось. А потом и с Гришей отвлеклась.

Волгина минут через семь-десять вкатила в гостиную стеклянный столик. Медная турка с крышечкой, кофейная чашечка с блюдцем, рахат-лукум в сахарной пудре.

– Угощайтесь, прошу вас, – подкатила она столик почти к самым Вериным коленям. – И давайте о деле. Ко мне скоро клиентка придет.

– Вы все еще работаете? – покосилась Кузьмина на толстые стекла очков Волгиной. – Слышала, салон вы прикрыли.

– Очень хлопотно стало его содержать. Швей нет приличных. Те, что приходили, зарплату просили заоблачную. А меня зрение стало подводить. И работать за всех, а потом им еще и платить расхотелось, знаете. Плюс налоги, аренда и все такое. Оформила самозанятость, тружусь потихоньку дома. У меня квартира большая. Целых две комнаты отведены под мастерскую. На жизнь хватает с лихвой. И с дурами безрукими общаться не приходится.

– Спрос есть? – поинтересовалась зачем-то Вера.

Она пила маленькими глотками крепчайший вкуснейший кофе, и ловила себя на мысли, что ей хочется побыть в красивой гостиной подольше.

– Еще какой! Я, когда закрывалась, всех своих предупредила, что работу не бросаю. Просто объемы будут не те. – Волгина поправила домашнее платье на коленях, спросила: – Так какое платье вас интересует?

Вера достала из сумки распечатанное Гришей фото. Протянула его портнихе.

– Ну конечно! Платье Лолы! – она восхищенно пощелкала языком. – Одна из моих лучших работ. Дорого ей обошлось, но оно того стоило. Лола была в нем просто восхитительна! Я видела фото с ее свадьбы.

– Как давно это было? Я имею в виду, когда вы отшивали это свадебное платье? Хотя бы примерно.

– Я вам точно скажу. У меня своя коллекция по датам и клиентам. Минуточку…

Волгина вышла через дверь между двумя белоснежными шкафами под потолок. Вернулась вскоре с несколькими фотоальбомами. Принялась листать, приговаривая:

– Вам бы я порекомендовала пошить у меня деловой брючный костюм. У вас превосходная фигура, хоть вы и стараетесь ее спрятать. Откажитесь от свитеров с пузырями на локтях. Есть превосходная альтернатива из водолазок и жилетов. Если неудобно, можно пошить жакет из плотного трикотажа…

Вера мгновенно заглушила в себе голос забытой женщины, прикинула, сколько может стоить такой костюм, и неуверенно обещала подумать.

– Ага, вот оно. Лола здесь просто королева!

Ожидая увидеть высокую блондинку в свадебном платье, Вера еле подавила разочарованный вздох, обнаружив на фото жгучую брюнетку. Но тут же подумала, что Лола сто раз могла перекраситься. А эксперты этого просто не установили пока.

– Вы сказали, что платье было обнаружено на трупе? – захлопнула Волгина альбом после того, как Вера сфотографировала хозяйку платья и записала номер ее телефона.

– Так точно. – Вера подлила себе из турки еще кофе.

– А когда?

– Два дня назад.

– Но этого не может быть в принципе. Я с Лолой вчера виделась. Она была у меня на примерке. Мы с ней шьем пальто из шикарного кашемира, ей привезли ткань из Шотландии.

– А может, в разговоре с ней что-то проскальзывало? Куда она подевала платье после свадьбы? Подарила, продала?

– У нее его украли. Я знаю эту историю.

– Да вы что?! – Вера ахнула без притворства. – И при каких обстоятельствах это произошло? Вы, случайно, не знаете?

– Знаю, – чуть кичливо задрала Волгина острый подбородок. – Лолочка моя постоянная клиентка. Мы часто болтаем о нашем женском, даже порой немного беззлобно сплетничаем. Ну, вы понимаете, о чем я…

Вера, честно, не понимала. У нее не было подруг. Всем знакомым дамам надо было уделять много времени, которого ей катастрофически на них не хватало. Они куда-то приглашали ее, она не приходила. Они ждали ответного приглашения, она этого не делала. Забывала и… катастрофически не хватало времени.

Но она все же вежливо кивнула на слова Волгиной.

– Так при каких обстоятельствах у вашей клиентки украли платье?

– Ах да… Лолочка приехала на встречу в ресторан с этим платьем. Нашлась какая-то девочка, которая пожелала его купить. Лола приехала. Взяла из машины платье в чехле. Встретилась с девочкой. Они даже поужинали, кажется. А потом обе отвлеклись на что-то, вот тут затрудняюсь сказать, подробностей не знаю. Обе отвлеклись, короче. И платье исчезло. Только что висело, перекинутое через спинку стула, и через минуту нет его.

– Вызывали полицию? Факт кражи зафиксирован? Было расследование в связи с этим?

– Не могу сказать. Это вам с Лолой лучше обсудить.

– Хорошо. Непременно. Вы предупредите ее о моем визите. А сейчас я хотела бы точно знать дату свадьбы вашей клиентки и когда у нее пропало платье.

– На второй вопрос не отвечу. А свадьба была три с половиной года назад. Так мне звонить Лоле?

– Да.

Волгина тут же взяла в руки телефон, набрала свою клиентку. Бесконечно долго рассуждала на тему неактуальности двубортного пальто из кашемира. А потом произнесла:

– Лолочка, ваше платье нашлось. Свадебное, которое у вас украли.

– Где?! – воскликнула Лола так громко, что даже Вера ее услышала.

– На трупе! – Голос Волгиной зазвучал замогильно, и еще она добавила: – Возмездие все же настигло воровку…