Георгий Иванович Чулков
«Весы»

«Весы»
Георгий Иванович Чулков

Годы странствий
«И наша литература всегда возникала и развивалась, обретая в борьбе свое право. Художники были взыскательны не столько к своему мастерству, сколько к самим себе, к своей сущности, и мечтали быть не столько «веселыми ремесленниками», сколько учителями жизни или, по крайней мере, ее судьями. Моральные и религиозные интересы преобладали над интересами чистого искусства, наивного и слепого…»

Георгий Иванович Чулков

«Весы»

I

Влюбленная Аглая накануне вечера, когда Льва Николаевича должны были представить «свету», умоляла смущенного князя не говорить «о чем-нибудь вроде смертной казни или об экономическом состоянии России», или о том, что «мир спасет красота»… Не забыла она также предупредить князя, чтобы он не разбил драгоценной вазы, которая была так дорога генеральше… Но «идиот», конечно, заговорил о самом важном и значительном и, конечно, разбил китайскую вазу[1 - Чулков передает содержание эпизода романа Ф.М. Достоевского «Идиот» (1868). Часть IV. Глава 6.]… Таков жребий исконных русских людей: мы не умеем вести салонные разговоры, не умеем носить маски и в странной рассеянности разбиваем порой драгоценные безделушки. И чем исконнее русский человек, чем крепче связан он с полями нашими, тем он угрюмее, тяжелее и серьезнее.

И наша литература всегда возникала и развивалась, обретая в борьбе свое право. Художники были взыскательны не столько к своему мастерству, сколько к самим себе, к своей сущности, и мечтали быть не столько «веселыми ремесленниками», сколько учителями жизни или, по крайней мере, ее судьями. Моральные и религиозные интересы преобладали над интересами чистого искусства, наивного и слепого.

Кружок А.Н. Бенуа[2 - Бенуа Александр Николаевич (1870–1960) – художник, театральный декоратор, один из основателей объединения «Мир искусства». С 1926 г. в эмиграции.], С.П. Дягилева[3 - Дягилев Сергей Павлович (1872–1929) – театральный деятель и импрессарио, организатор выставок, объединения и журнала «Мир искусства» и «Русских сезонов»; с 1909 г. жил за границей, где поставил ряд русских опер и балетных спектаклей; в 1911 г. создал за границей знаменитую труппу «Русского балета Сергея Дягилева».] и друзей их взял за себя неблагодарную роль защитника свободного искусства, но даже в дягилевском журнале печатались из номера в номер философские размышления Мережковского[4 - Мережковский Дмитрий Сергеевич (1866–1941) – писатель, поэт, литературный критик, драматург. С 1919 г. в эмиграции.], Минского[5 - Минский Николай Максимович (наст. фамилия Виленкин; 1855–1937) – поэт, автор работ по философии, религии, общественным вопросам.], Льва Шестова[6 - Шестов Лев Исаакович (наст. фамилия Шварцман; 1866–1938) – русский философ и писатель, предвосхитивший основные идеи экзистенциализма.], столь далекие от аполлоновской солнечности и столь близкие глубокомыслию и мрачности «бунтующего христианства» Достоевского. Однако и этот «обезвреженный» эстетизм «Мира искусства»[7 - «Мир искусства» – ежемесячный иллюстрированный художественный журнал, издававшийся одноименным объединением (1899–1904). В 1899 г. издателями журнала являлись кн. М. Тенишева и С. Морозов, затем С. Дягилев и А. Бенуа.] показался опасным. В 1903 году наши правдоискатели основали «Новый путь». И кто-то, кажется, Антон Крайний[8 - Антон Крайний – псевдоним З.Н. Гиппиус.], горевал на страницах нового журнала по поводу того, что редакция «Мира искусства» среди рассуждений Д.С. Мережковского поместила зловещие и соблазнительные рисунки Бердслея[9 - Бердслей Обри (1872–1898) – английский рисовальщик и график стиля «модерн». В его творчестве преобладают эротические мотивы. Иллюстрировал «Саломею» О. Уайльда.]…

«Весы» возникли в год закрытия «Нового пути». Мы, русские, в ту эпоху были свидетелями таких событий и пережили столько волнений, что, оглянувшись назад, невольно смущаешься и думаешь: «Боже мой! Как сложна и трудна жизнь! На каких путях мы стояли и куда пришли! И на кого падет ответственность за все ошибки, падения и преступления наши?» И вот в эти бурные дни, когда демоны войны и революции вели свои хороводы, когда мы кровно узнали, что значит «переоценка ценностей», в эти дни пришлось московским декадентам отправиться в открытое море на утлом челне. По счастью, у «Весов» был хороший кормчий – Валерий Брюсов. Взяв кормило в свои сильные руки, он сделал свое лирическое признание:

Неколебимой истине
Не верю я давно,
И все моря и пристани
Люблю, люблю равно.

Хочу, чтоб всюду плавала
Свободная ладья,
И господа и дьявола
Хочу прославить я.[10 - В. Брюсов. «З.Н. Гиппиус» (1901).]

Это воистину «лирическое» признание поэта сделалось лейтмотивом московского журнала. И «Весы» первого периода (а в истории «Весов» необходимо различать два периода) стали органом Валерия Брюсова. И слава Богу, что так случилось. По крайней мере, у нас в течение двух-трех лет был журнал если не с определенным лицом, то во всяком случае с определенной физиономией. А ведь такой журнал почти живое существо, почти человек.


Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
(всего 12 форматов)