Запретная для Беса
– Ну так что? – не унимался Бес, и по голосу сложно было разобрать, какое у него настроение.
Быть посланной и оставаться один на один с проблемой мне не улыбалось.
За вчерашний день мне всё-таки удалось с собой договориться и понять, что без помощи Беса я не справлюсь. Он-то вертится в криминальном мире и готов помочь, в отличие от Яна. Мужа сестры мне втягивать не хотелось.
– Скажем так, – выдохнула я, боясь смотреть ему в глаза, – я не в восторге от наших встреч, но благодарна тебе, что вступился за меня. И что предложил помощь.
И это было правдой.
Загорелся зелёный сигнал, и когда он переключил передачу, на его запястье мелькнули чёрные керамические часы.
Красивые. Наверное, они очень дорогие.
– Понятно, – хмыкнул он и тронулся вслед за впередистоящей машиной.
Что ему понятно?
Мне, например, вообще ничего не понятно!
– Что ты решила? – ровным тоном уточнил он. – Переезжаешь ко мне?
Прозвучало так, будто я согласилась с ним съехаться.
– Да, – кивнула я, а потом спохватилась: – Ой, я забыла сказать адрес универа.
– Если ты не заметила, то мы уже едем в нужном направлении, – не отрываясь от лобового стекла, скучающим тоном ответил Бес.
– Ты знаешь, где я учусь? Откуда?
– Заглянул в твоё досье.
– Куда заглянул?
Он не отвёл взгляд от дороги, но губы чуть дёрнулись. Не улыбка – так, намёк.
– Да, Варвара, ты всё правильно услышала. У меня на тебя есть досье.
Я вытаращилась на него, как на привидение.
– Ты серьёзно?
– Вполне, – спокойно ответил он. – Когда я собирал информацию для Яна на твою сестру, заодно и на тебя всё нарыл. Ну и на твоих родителей тоже, – сообщил он, как само собой разумеющееся.
– Это законно?
– Нет, но как я уже говорил, мне похуй, – хмыкнул он. – У меня была задача, и я её выполнил.
Я открыла рот, закрыла. Потом снова открыла.
– И что там, в твоём досье? Где я учусь, где живу, что ем на завтрак?
– Ничего особенного. Просто некоторые факты из биографии, – отрезал он, будто поставил точку.
Нет, это просто возмутительно!
Я сжала зубы, но промолчала.
Ян, оказывается, на Аню досье собирал. Я-то думала, что там изначально была любовь внеземная.
Ну я и дура. Наивная дура!
Хотя… не знаю. Аня счастлива с Яном. Может, конечно, сначала у них всё было не так тихо и гладко, Аня тогда у Гриши сына отвоёвывала, а Ян ей помог. Ухаживал за ней. Никогда не забуду тот букет, который доставили домой. Мне Костя таких букетов никогда не дарил, и теперь вряд ли подарит, учитывая все обстоятельства.
– Ты умеешь готовить? – вдруг спросил Бес.
Я аж подскочила на сиденье от неожиданности.
– А что в твоём досье об этом не написано? – прошипела я.
Он не взглянул на меня, только вцепился пальцами в руль чуть сильнее.
– Варя, – голос тихий, но такой, что захотелось вжаться в кресло, – предупреждаю, ты нарываешься.
Я сглотнула. Отвернулась обратно к окну.
– Да, кое-что умею, – сказала спокойнее.
– Прекрасно, – он будто отпустил тормоза – напряжение ушло из голоса, пальцы ослабили хватку. – Я живу недалеко и буду заходить в гости. Напиши список, я куплю все нужные продукты.
– Ты серьёзно? – я повернулась к нему. – Будешь обеспечивать меня продуктами, а я взамен буду на тебя готовить?
– Именно.
Меня захлестнуло возмущением, но он продолжал, не давая вставить ни слова.
– Теперь я озвучу правила. Слушай внимательно, – он кинул на меня короткий взгляд и, убедившись, что я слушаю, посмотрел на дорогу и продолжил: – В квартиру никого приводить нельзя. Ни друзей, ни родственников. В универе задерживаться нельзя – сразу после пар выходишь, и мы уезжаем.
– Это тюрьма какая-то, – я не удержалась от комментария.
– Это безопасность, – он глянул на меня на светофоре. – Сама понимаешь, пока я не решу вопрос, для тебя любой выход на улицу может хреново закончиться.
Я замолчала. Потому что он был прав.
Те люди действительно опасны. Бес, конечно, тоже не ангел во плоти, но с ним я чувствую себя под защитой.
– Хорошо, – тихо сказала я. – Я всё поняла.
– Умница, – коротко кивнул он и отвернулся обратно к дороге.
Я ненавижу, когда меня называют «умницей». Особенно таким тоном – вроде бы спокойно, а вроде бы и снисходительно. Но спорить не стала. Бесполезно.
Мы подъехали к университету. Он остановился у самого крыльца, под козырёк, чтобы я не промокла.
– Ты сегодня до скольких?
– До трёх.
– Хорошо, – кивнул он, – с парнем решила вопрос?
– Сегодня решу, – хватаясь за дверную ручку, пробормотала я.
Ненавижу, когда на меня давят.
– Варвара!
Я замерла и медленно повернулась.
Он смотрел прямо на меня. Взгляд тяжёлый.
– Раз уж мы обо всём договорились, ты должна знать, как со мной связаться. Дай свой телефон, – протягивая открытую ладонь, приказал он.
Я достала из кармана мобильник, разблокировала экран и отдала ему.
Бес быстро набрал номер, нажал вызов и сбросил, а потом вернул мне.
– Запиши мой номер. Если что-то пойдёт не так – сразу звони. Не думай, показалось тебе или нет. Если рядом происходит что-то подозрительное – звонишь мне. Всегда при любом раскладе ты должна звонить мне. Поняла?
– Да, – кивнула я.
Вылезла из машины, захлопнула дверь и пошла к центральному входу, чувствуя его взгляд в спину.
Только у дверей обернулась – внедорожник всё ещё стоял. Бес сидел за рулём и смотрел на меня.
– Привет, зай! Ты куда пропала? – ко мне из ниоткуда подлетел Костя, развернул к себе и поцеловал.
Глава 9
Услышав предупреждающий рык двигателя, я мгновенно отпрянула от Кости.
Бес газанул так, будто хотел разом выпустить всех своих лошадей из-под капота. То, что газовала его машина, я была практически уверена, только смотреть в ту сторону не стала. Костя нахмурился, в его небесно-голубых глазах замерцало три вопросительных знака, но объясняться на ступеньках времени не было. Я быстро взяла его под руку и от греха подальше потянула к дверям универа, слыша, как чёрный внедорожник срывается с места и уезжает.
– Ты чего такая дёрганая? – Костя заглянул мне в лицо, пытаясь поймать взгляд. – Я тебя вчера весь вечер палил, ты не брала трубку. Домой звонил – мать сказала, что ты спишь после смены. Как-то не верится, что у тебя не было минуты, чтобы мне перезвонить или написать.
– Кость, – выдохнула я, и внутри всё сжалось от напряжения, – давай не сейчас? У нас первая пара через десять минут, я ничего не успеваю.
Мы с Костей в разных группах, но последняя пара у нас общая.
– Ты всегда успевала, – он не отставал, шёл рядом, почти забегал вперёд, чтобы заглянуть в глаза. – Что случилось, Варь? Ты какая-то... не такая.
– Устала, – бросила я, ускоряя шаг. – Работа, универ, знаешь...
– Я знаю тебя, – он вдруг остановился посреди коридора. – Ты врёшь мне. Я чувствую. Ты можешь сказать, что случилось?
Я тоже остановилась. Обернулась.
Костя стоял с растерянным лицом, и в глазах у него было что-то такое, от чего у меня заныло под ложечкой. Хороший. Он ведь хороший. Я всегда была в нём уверена, что если он встречается со мной, то ни с кем больше. Он просто... не Бес, который позволяет себе при мне грязно развлекаться.
И я понятия не имею, что выслушаю от Беса за поцелуй на ступеньках.
Хорошо, что додумалась сказать, что с Костей я всё решу, а не уже решила. Оставила себе простор для манёвра, и это хорошая новость, ведь так? В первую очередь для Кости, он вообще ни в чём не виноват. Только я.
– Кость, давай после пар поговорим, хорошо? – мягче сказала я. – У меня правда завал.
Он помолчал. Потом медленно кивнул.
– Ладно. Но ты пообещала.
– Да.
Я пошла в аудиторию, чувствуя взгляд Кости в спину.
Как же я ненавижу врать.
Но и сказать правду в лоб не получилось. Я много раз вчера прокручивала в голове наш диалог, а когда увидела глаза Кости, не смогла вытащить из себя ни слова.
Но я не трусиха!
Я просто не хочу, чтобы он на лекциях переживал из-за меня.
И вообще, он не должен пострадать по моей вине. Он должен быть вне криминальных игрищ. Да и я сама себе не прощу, если Косте будет угрожать опасность. Я-то уже знаю, что люди из мира Беса способны на многое. Даже на убийство. Поэтому нет. Костя должен остаться в стороне от надвигающегося кошмара.
Чем быстрее я разойдусь с ним, тем будет лучше для него.
А когда всё закончится, мы сможем возобновить наши отношения. Просто нужно пережить сложный период без лишних потерь, потому что Костю Бес спасать точно не станет, даже если я буду слёзно просить его на коленях.
***
День тянулся бесконечно долго.
Пары сливались в одно сплошное пятно. Преподаватель что-то рассказывала про себестоимость блюд, а я смотрела в окно и по десятому кругу прокручивала предстоящий разговор с Костей.
Чувство вины тяжёлым камнем висело на душе, если не бетонной плитой.
Телефон в кармане молчал.
Вчера было пятнадцать пропущенных от Кости. Два сообщения: «Ты где?», «Варь, ответь, я волнуюсь». И один звонок на домашний телефон, на который ответила мама.
Очень жаль расставаться с человеком, которому на меня не всё равно.
Не хочу делать ему больно.
Но и рассказать, как есть не могу. Костя не поймёт. Мы с ним из другого мира, но вляпалась я. Мне одной и отдуваться.
Так постепенно пришло время последней пары.
Я вошла в аудиторию, Костя сидел на своём месте и, как обычно, занял место рядом для меня.
Готова ли я?
Нет.
– Ну что, – спросил Костя, как только я села на стул. – Поговорим?
Он протянул мне стаканчик с кофе.
– Давай позже? – сказала я, принимая кофе. – Спасибо тебе.
Прозвенел звонок, и в аудиторию вошёл Удодов. Он окинул взглядом студентов, на несколько секунд зафиксировался на мне, прищурился, а потом начал лекцию.
Я написала в тетради сегодняшнюю дату и перевела взгляд на профессора.
Чёрт, я же так и не собрала всю сумму, чтобы поставить у него экзамен.
За всеми переживаниями я совершенно забыла о главной проблеме, из-за которой всё и случилось. Если бы этот старый хрыч не потребовал денег, я бы не устроилась в тот несчастный клуб и не нарвалась бы на неприятности.
Не встретилась бы с Бесом. Не пережила бы унизительное представление, которое он устроил. Не попалась бы на глаза тому отморозку с ножом.
Жила бы, не беспокоясь за себя, не думала бы, как мягче расстаться с человеком, который за полгода стал мне дорог.
Всё это из-за него.
Как же я его ненавижу…
– Аверина, вы хотите, что-то спросить? – внезапно спросил Удодов.
Я вздрогнула и опустила взгляд в тетрадь, в которой, кроме сегодняшней даты, на странице ничего не было написано.
– Эм… Нет.
– Тогда почему ничего не записываете? – надменно продолжил он. – Или вы всё и так знаете? Могу уступить вам своё место. Я бы вас послушал.
– Нет, извините, Вячеслав Михайлович, я задумалась, – пробормотала я, краснея до кончиков ушей.
Вот же гадство!
– Тогда будьте добры, сверлите взглядом свой конспект, а не мой лоб. Записи вам пригодятся при сдаче экзамена.
Я покорно кивнула, не отрывая глаз от тетради, а Удодов продолжил вещать по теме лекции. И в этот раз пришлось приложить все силы, чтобы сконцентрироваться на предмете и всё записывать.
Ровно в три прозвенел звонок, Удодов свернул свои записи и вышел из аудитории.
– Всё, теперь тебе не отмазаться, – рядом со мной усмехнулся Костя, но глаза оставались серьёзными. – Я вчера чуть с ума не сошёл, а сегодня ты меня избегаешь. Да ещё и витаешь где-то в облаках, что даже Удодов заметил. В чём дело?
– Кость...
– Варь, – он повернулся ко мне всем корпусом, – я твой парень. Я имею право знать, что с тобой происходит.
Глава 10
Я сложила в сумку тетрадь и ручку, в пару глотков допила остывший кофе, вернее то, во что он превратился – неприятную горькую жижу, от которой свело скулы, но горло срочно требовалось смочить. Затем осмотрелась.
Однокурсники потихоньку собирались и что-то бурно обсуждали, выходя из аудитории. Гул голосов, смех, все спешили по своим делам.
А вот Костя никуда не торопился, он ждал моих объяснений.
– Давай выйдем в коридор? – предложила я. – Здесь душно.
Мы вышли и подошли к приоткрытому окну. Дождь уже закончился, но воздух был сырым и холодным. Недалеко от центрального входа я заприметила чёрный внедорожник Беса.
Ну надо же, как и обещал, приехал вовремя.
Интересно, он всегда такой пунктуальный?
Я вдохнула полной грудью, но легче не стало. К горлу подкатывал ком.
– Я не могу тебе всего рассказать, – начала я, глядя в сторону. – Потому что это не моя тайна. Но... нам нужно расстаться, Кость.
Всё, я это сказала. Назад пути нет.
Он замер и будто перестал дышать, но воздух между нами завибрировал от напряжения.
– Что? – тихо спросил он. – Повтори. Я не расслышал.
– Нам нужно расстаться, – повторила я, и голос дрогнул.
Чёрт бы побрал всю эту ситуацию!
– Почему, Варь? Ты кого-то нашла на новой работе? – в его голосе прорезались стальные нотки, которых я раньше не слышала. – Поэтому ты меня игнорила на выходных? Да? Кто он?
Он? Костя действительно думает, что я ради другого парня тут распинаюсь?
– Никого я не нашла, Кость, – выдохнула я, не понимая, как такой бред мог прийти ему в голову? – Но это не важно.
– Важно! – Костя схватил меня за плечи, резко развернул к себе. – Ты моя девушка! Я имею право знать правду!
– Аверина! – вдруг недалеко от нас раздался голос Удодова.
Я вздрогнула, и мы с Костей одновременно повернули головы. Весь запал как рукой сняло.
– Что у вас тут происходит? – он нахмурился и подошёл к нам вплотную.
Костя мгновенно меня отпустил и спрятал руки в карманы джинсов. Выглядел он при этом, как нашкодивший пацан. Мимо проходящий народ зыркал на нас, но никто не останавливался поглазеть, а наоборот ускоряли шаг, чтобы не нарваться на Удодова, или обходили его по широкой дуге. Причина та же.
Я бы с радостью составила им компанию, если бы этот худой, как жердь, профессор, с вечно прищуренными глазами и тонкими губами, сложенными в брезгливую линию, целенаправленно не подошёл ко мне.
Причём остановился он настолько близко, что я почувствовала запах его одеколона – душный, слишком приторный для человека в его возрасте.
– Чем вы занимаетесь в стенах учебного заведения? – продолжал распыляться он, будто застал нас за поцелуями, а не выяснением отношений. – Вам не стыдно, Аверина? М?
Он перевёл взгляд с меня на Костю и обратно.
Мой парень стоял ни жив ни мёртв. Наверное, и я со стороны выглядела так же.
Непонимание. Неверие. Ужас.
Всё смешалось.
– Вячеслав Михайлович… это не то… – проблеяла я.
– Тихо! – рявкнул он. – В моём кабинете будете объясняться! А вам, Шилякин, – Удодов навис над Костей, – я делаю первое и последнее предупреждение. Ещё раз увижу подобное – я лично напишу докладную на имя ректора. Не отчислят – поставлю вопрос о вашей академической несостоятельности. Вам всё понятно?
Костя вжал голову в плечи и стоял бледный как полотно. Губы дрожали. Он кивнул. Потом ещё раз. Потом открыл рот, хотел что-то сказать, но не смог. Просто кивнул ещё раз, как болванчик.
Я смотрела на него и не узнавала. Он был слишком испуган.
И если он так испугался старого профессора, который даже голос не повысил, а всего лишь рявкнул, то что с ним будет, когда на горизонте появятся те бандюганы с ножами? Это со мной он смелый, а тут кивает и бледнеет. Сразу как-то жалко его становится.
Правильно я всё-таки сделала.
Костя не сможет мне помочь и как-то защитить, он сломается при первом же ударе. Не нужны ему проблемы из-за меня, а мне не нужен груз чувства вины из-за его немощности.
– Очень хорошо, – хмыкнул Удодов, – Шилякин, вы свободны. Аверина, в мой кабинет!
Распорядился Удодов, развернулся и зашагал вперёд, чеканя шаг.
Я не двинулась с места, настолько была в шоке от происходящего.
– Вы оглохли? – он остановился и развернулся, указывая в сторону своей двери. – Я сказал – в кабинет! Живо!
– Хорошо, – тихо сказала я, опуская глаза. – Я иду.
Мама дорогая!
Что это за проклятье такое?
Я засеменила следом, чувствуя спиной взгляд Кости, и боковым зрением видела, как он стоит ни живой, ни мёртвый.
Если ад существует, то выглядит он приблизительно так. Что ни день, то новое испытание… Кстати, надо поставить в известность о происходящем одного представителя преисподней.
Пока шла за профессором, я сунула руку в карман и нащупала телефон. Мельком глянула на экран и быстро, почти вслепую, набрала сообщение Бесу:
«Меня задержал профессор. Иду к нему в кабинет»
Ответ пришёл через секунду. Одно слово:
«Фамилия»
Я напечатала:
«Удодов»
И сунула телефон обратно в карман, как раз когда мы подошли к двери.
Удодов распахнул дверь, пропуская меня вперёд. Я шагнула внутрь.
Кабинет был маленьким, пыльным, с тяжёлыми шторами на окнах, которые не пропускали свет. Пахло старыми книгами, мелом и какой-то кислятиной – то ли лекарствами, то ли застоявшимся потом.
М-да, ему бы тут проветрить помещение не помешало бы.
За неделю здесь ничего не изменилось. Стол Удодова завален бумагами. Стулья для посетителей стояли так, что сидящий оказывался прямо напротив него, почти на расстоянии вытянутой руки.
Удодов плотно закрыл за собой дверь, и мы остались вдвоём.
Щёлкнул замок.
Я стояла посреди кабинета, не зная, куда себя деть. Профессор медленно обошёл стол, сел в кресло, но не предложил сесть мне. Я осталась стоять. Он долго и пристально изучал меня поверх очков.
– Аверина, – наконец произнёс он, – что вы себе позволяете?
– В смысле?
– В прямом, – он сложил пальцы домиком и уставился на меня поверх очков. – Вы в учебном заведении, а не в ночном клубе. Личные отношения должны происходить за стенами университета. Вам это понятно?
– А что мы сделали? – тихо спросила я. – Мы же просто разговаривали.
– Разговаривали? – Удодов усмехнулся. – Я видел, как вы разговаривали. Устроили сцену в коридоре. Мне жалуются преподаватели. Студенты обсуждают. Вы позорите наш факультет, Аверина.
Что он несёт? Кто ему жалуется на меня? Что за чушь?
Сидит и на ходу сочиняет, Андерсен, блин!
Я сжала челюсть. Спорить с Удодовым было себе дороже.
– Вы бы лучше учились, – продолжал он, повышая голос, – чем шуры-муры тут разводить. Вон, экзамен до сих пор не сдали. Стыдно, Аверина.
– Я готовлюсь.
– Готовитесь? – он снял очки и протёр их платком. – Я вас каждый день жду на пересдачу. Неделя прошла. Где вы ходите?
– Вы дали мне две недели, Вячеслав Михайлович, – напомнила я.
Полтинник не так просто собрать, а в моём сегодняшнем положении – это практически невозможно! Но я что-нибудь придумаю.
– Дал, – кивнул он, надевая очки обратно. – Но я думал, что вы быстрее всё организуете.
Он выделил голосом слово «организуете», и меня осенило.
Наверное, он на следующий день денег ждал, а я тут торможу.
Нет, ну что за козёл?! А?
– Я собрала только двадцать, – тихо призналась я, глядя в пол. – У меня больше нет. И я не знаю, где их найти.
Вдруг прокатит? Может, на двадцатке сойдёмся? Я прямо сейчас домчу до дома и вернусь, чтобы поставить чёртов экзамен.
Удодов молчал.
Я рискнула поднять глаза.
Он смотрел на меня, но в глазах не было ни злости, ни жалости. Просто изучал, как товар на витрине.
– Двадцать, – повторил он. – Маловато, Аверина. Вы помните, столько мне нужно?
– Помню. Я понимаю, что…
– Понимаешь? – он вдруг перешёл на ты и подался вперёд. – Варя-Варя, а ты знаешь, что понимаю я? Что ты не сдашь экзамен без моей помощи. И с позором вылетишь с четвёртого курса. Ты этого хочешь? Вкалывать четыре года и остаться без диплома? Тебя же ни в один нормальный ресторан не возьмут без образования!
Я сжала кулаки. Ногти впились в ладони.
– У меня есть ещё неделя…
– Неделя, – усмехнулся он, – долго ждать.
Я молчала.
– Денег, значит, нет… понятно, – вздохнул профессор, откидываясь на спинку кресла. – Ну и чем ты планируешь со мной расплачиваться, Варвара?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: