Робин прекратил отвечать на письма после вопроса о путанице с горничной, которая якобы сопровождала Жанну в школу, хотя была на десять лет младше ее. Позже он продолжал использовать эту горничную в качестве примера необычайной памяти Жанны о событиях, которые могла помнить только она.
Аллар был более любезен, и сказал, что его материалы о Кальман находятся далеко, в подвале загородного дома, но он был бы рад взглянуть на них позже. Через пару месяцев Зак послал Робину и Аллару свою неопубликованную английскую статью, оспаривающую их валидацию, но стало ясно, что попытки прямого обсуждения с валидаторами ни к чему не приведут, и только огласка может заставить их ответить на вопросы.
Первая статья Зака была опубликована в октябре 2018 года [7] на русском языке. Новоселов пригласил Зака выступить с докладом на Московском геронтологическом обществе 11 ноября [8]. Затем Зак и Новоселов дали интервью журналисту Евгению Черных из Комсомольской правды [9] и Елене Миловой из lifespan.io [10].
Статья Миловой быстро распространилась среди геронтологов, а публикация в Комсомольской правде привлекла внимание московского офиса Agence France-Presse, и в начале декабря они взяли интервью у Зака, Новоселова, Робина, Бруара и Пулена.
Дело Кальман превратилось в полемику с некоторым сходством со знаменитым делом Дрейфуса, где следователи представили поддельные записки, которые, казалось, подтверждали измену капитана французской армии. С помощью эксперта-графолога Дрейфус был признан виновным в шпионаже в пользу Германии.
Позже подлог был разоблачен, и стало ясно, что официальная версия не подкреплена доказательствами, но обвинители отказались сдаваться. Адвокат Дрейфуса был застрелен, а писатель Эмиль Золя, защищавший правду в своей знаменитой статье «J’accuse», был вынужден бежать из страны. По воспоминаниям идеолога сионизма Теодора Герцля, когда он присутствовал на гражданской казни Дрейфуса и услышал толпу, скандирующую «Смерть евреям!» он стал всерьез задумываться о переселении в земли Палестины.
Расхождения во мнениях по делу Дрейфуса глубоко раскололи общество, причем многие люди игнорировали реальность. Для них Дрейфус был предателем, врагом Франции, а его сторонники были евреями или людьми, которые продались евреям. Готовые ответы были жестко закреплены в их сознании, не оставляя места ни для чего другого. Пресса того времени также поспособствовала искажению действительности.
В случае с долголетием Кальман информационное поле было также искажено, и не последнюю роль в обмане общественности сыграла несовершенная система размещения статей в рецензируемых, как часто говорят, «уважаемых» журналах. К сожалению, такие публикации могут стать прикрытием для ложной информации [11].
В декабре 2018 года блогер и энтузиаст продления жизни Юрий Дейгин опубликовал несколько статей (на русском языке на платформе Хабр и на английском языке на Medium), посвященных гипотезе подмены, в которых он популяризировал некоторые выводы Зака, а также свои собственные мысли о доступных фотографиях Ивонны и Жанны, например, сравнение их ушей.
Свою первую статью Дейгин назвал «J’Accuse» [12]. Название оказалось подходящим: в деле Кальман геронтологическое сообщество будет защищаться так же энергично, как французские военные защищали свою репутацию в деле Дрейфуса. Как и анти-дрейфусары, валидаторы Кальман ссылались на некоторые непубличные материалы, подтверждающие их правоту [13]. Еще одной общей чертой была борьба с «могущественными врагами»: Робин имел в виду миллиардеров, которые якобы хотели получить доступ к крови Кальман [14].
Но было одно отличие. Полковник Пикар, обнаруживший доказательство невиновности Дрейфуса, попросил Эмиля Золя опубликовать его. С другой стороны, Зак сказал Дейгину, что он заканчивает работу над статьей о Кальман, но Юрий решил заранее опубликовать свое резюме с выдержками из материала Зака, не спрашивая его разрешения.
По мере приближения Нового года статьи Дейгина стали вирусными во французском твиттере. Традиционные СМИ также опубликовали несколько материалов, посвященных нашумевшему расследованию «русского генеалога Юрия Дейгина».
Ромен Бахо из Le Parisienne рассказал Заку, что изначально люди во Франции считали Юрия создателем этой увлекательной истории. Именно поэтому он назвал его автором в своих первых публикациях. Он знал, что это не так, но как журналист он должен был довести читателей из пункта А в пункт Б.
Затем, в последний день 2018 года, был опубликован отчет Викторией Логиновой-Яковлевой из AFP о расследовании Зака [15], который процитировали газеты по всему миру. Препринт Зака «Жанна Кальман: секрет долголетия» [16], стал одной из самых читаемых статей на ResearchGate (это было до пандемии Covid). Французская пресса взорвалась:
«Нам пришлось ждать до конца декабря, чтобы увидеть лучшую историю года. Дело Жанны Кальман уже несколько дней не дает Франции спокойно вздохнуть. Невозможно подвергнуть сомнению возраст старейшего человека, не создав международный скандал.
Le Monde, Paris Match, France Tеlеvision, Le Parisien, France Inter — все средства массовой информации внимательно следили за этим делом с начала года, умножая файлы и не стесняясь публиковать документы, касающиеся старейшего человека. Со статьями в ведущих мировых газетах, саммитами экспертов и нескончаемыми дебатами в социальных сетях, доклад Николая Закасоздал настоящее медийное цунами» [17]
Кальман – особая знаменитость среди долгожителей. Она всегда опережала своих соперниц по популярности, но ее слава достигла рекордных максимумов после скандала, разразившегося 31 декабря 2018 года.
Это «медийное цунами» вызвало хаос среди геронтологов по всему миру. Демограф Гаврилов, который ранее считал, что никто не обратит внимания на это расследование, начал распространять цитату о сомнениях, которые у него были по поводу рекорда Кальман еще в 2000 году. Он попросил Зака сослаться на эти сомнения в своем препринте на ResearchGate. Взамен Гаврилов великодушно предложил процитировать этот препринт в статье, которую он собирался представить в «уважаемый журнал». Гаврилов также связался с французскими страховщиками, и предложил им написать совместную научную статью, развенчивающую Кальман, а также, свои услуги в продвижении их книг в США.
Теперь Жан-Мари Робин должен был защищать свою репутацию от «фальшивых новостей с Востока», которые «распространялись как грипп» [5, 18].
«Вы можете поговорить с любым ученым, который скажет, что мы не примем этого даже от студента! Этоне научно, у них нет ни методологии, ни гипотезы, ничего. Этопросто документ, в котором много раз повторяется, что Жанна Кальман – это не Жанна Кальман. Это люди без подготовки, без какого-либо опыта в научных исследованиях! Я должен был тратить свое время на защиту своей работы в качестве гостя на радио и телевизионных дебатах, организованных журналистами, которые слушают обе стороны, в то время как на самом деле никаких дебатов нет!» [5, 19]
Робин предоставил журналистам аргументы и факты, которые были впоследствии опровергнуты аудиозаписями, опубликованными INSERM в 2022 году https://youtu.be/Wa3m37DfZc4 (https://youtu.be/Wa3m37DfZc4), но к тому времени пресса потеряла интерес к этому делу, и Жан-Мари был в относительной безопасности.
Он также действовал за кулисами, не столько как организатор, сколько как зачинщик движения против «теории заговора». Другие заняли центральное место, защищая взгляды Робина и пытаясь сохранить и расширить его авторитет. Они действовали почти так же, как священнослужитель по отношению к папе римскому или придворный к своему принцу: не по его приказу, а по его духу [20].
Их цель состояла не только в том, чтобы оспорить аргументы Зака, но и в том, чтобы дискредитировать его мотивацию, его работу и его самого. Это включало личные нападки, апелляции к авторитету, клевету и другую ненаучную критику на интернет-форумах, в прессе и в научных журналах.
Роберт Янг неоднократно заявлял (без каких-либо доказательств), что Зак был нанят российским правительством для распространения дезинформации о Кальман и других «западных ценностях», и что его поддерживали государственные «фабрики троллей». Одним из любимых аргументов Роберта является его собственная выдумка о том, что «Зак также утверждал, что США никогда не высаживались на Луну».
Леонид Гаврилов распространял ложные слухи о том, что Зак подделывает улики в фотошопе. Биогеронтолог Эрик Ле Бур опубликовал несколько статей с нападками на российских недоброжелателей, ставя под сомнение их личность, полномочия и мотивы, и заявил, что опроверг все их утверждения [21, 22].
Демограф Жданов, коллега Джеймса Вопеля, сказал The Verge, что он почти уверен, что статья Зака не пройдет никакого реального научного рецензирования:
«Французский геронтолог Жан-Мари Робин, очень выдающийся ученый, провел большое исследование, много работал с Кальман, чтобы выявить потенциальные несоответствия, и даже проверил такие детали, как имена домработниц в ее доме» [23]
Робин и его друзья и коллеги задавались вопросом, кто стоит за этой сумасшедшей атакой, и Стив Холл, эксперт, опрошенный Washington Post, дал возможный ответ:
«Я 30 лет работал офицером ЦРУ, четыре из них в качестве начальника оперативного отдела в России. Если вы действительно хотите разозлить русского, начните сравнивать продолжительность жизни русских мужчин с остальным миром. Цифрыне очень хорошие. Вполне возможно, что российская кампания по дезинформации может быть нацелена на мир науки и медицинских исследований. Когда вы начинаете изучать мысли о том, является ли Россия великой державой, а затем вы распространяете эту идеологию в мир науки, переходя к чему-то, что проникает в обсуждение того, насколько хорошо Россия заботится о своих гражданах, вы начинаете понимать, как что-то подобное может произойти» [5]
Геронтологическое сообщество было настолько сплочено, что даже те немногие, кто поддерживал пересмотр биографии Кальман, были убеждены, что необоснованные сомнения в ее возрасте не имеют шансов на публикацию в научном журнале и скоро будут забыты, несмотря на фурор в прессе.
Единственным исключением стал Обри ди Грей, эпатажный сторонник отмены старения, который утверждал, что ожидаемая продолжительность жизни человека может достичь 5000 лет к 2100 году [24].
Обри поздравил Зака с «действительно впечатляющим исследованием» и сообщил, что он был бы рад рассмотреть его для Rejuvenation Research, журнала, в котором Роберт Янг публиковал свои списки проверенных супер-долгожителей. Статья получила две рецензии и была опубликована в конце января 2019 года [25].
Волна, вызванная расследованием Зака, привела в ярость не только геронтологов, но и арлезианцев и других сторонников подлинности Кальман.
«Он никогда не ступал в „Маленький Рим галлов“, и все же, благодаря расследованию, опубликованному в Интернете, Николай Зак является источником землетрясения, которое произошло в Арле в начале 2019 года. Теория была настолько неправдоподобна, что она стала вирусной. В начале января 2019 года тихий город Арль оказался в центре грандиозного скандала. В ратушу почти каждый день поступали звонки: генеалоги, журналисты, обычные люди, интересующиеся историей. Этоне прекращалось. Жители Арля думали, что это продлится всего несколько дней и исчезнет после праздников, но этого не произошло. Скандал, похоже, не оставил равнодушным никого. Особенно жителей Арля, которые, не колеблясь, начали собственное контррасследование» [17]
Сесиль Пеллегрини, сотрудница наркологического центра в Арле, была раздражена теорией, которая ставяила под сомнение подлинность местной легенды, тем более, что она была разработана людьми, которые никогда не посещали ее город. В начале января она создала группу под названием «Контррасследование расследования Жанны Кальман» и пригласила нескольких друзей присоединиться. К февралю группа стала главным полем битвы между несколькими сторонниками подмены и их многочисленными противниками, некоторые из которых восприняли сомнения в честности Кальман как личную атаку. Среди них были несколько дальних родственников Жанны Кальман и такие люди, как Клодин Серена, которая обслуживала Кальман в течение двенадцати лет с тех пор, как она поступила в дом престарелых, и Реми Вентюр, хранитель арлезианских архивов и защитник славной истории своего родного города. Они сделали все возможное, чтобы бросить вызов Заку и восстановить «правду».
Группа делилась старыми открытками, газетными статьями и свидетельствами очевидцев. Внимание средств массовой информации побудило владельцев неопубликованных фотографий показать их, и это дало необходимые подсказки для дальнейшего расследования.
Вначале наименее проработанным пунктом расследования Зака был мотив. Могла ли молодая замужняя женщина решиться поменяется личностью со своей матерью, чтобы избежать налога на наследство, и как это могло сойти ей с рук, при том, что семья была хорошо интегрирована в общество? Мог ли у нее быть более серьезный мотив? Могла ли подмена произойти в течение более длительного периода, когда можно было скрыть происходящее?
Загадка привлекла Филиппа Гиббса, и мы начали разгадывать ее вместе. Мы поняли, что эта история стала бы понятнее, если бы и у Ивонны, и у Жанны был туберкулез, болезнь, считающаяся постыдной для буржуазии. Мы также подозревали, что у Ивонны были преждевременно поседевшие волосы, что могло облегчить ее трансформацию.
В течение следующих нескольких месяцев 2019 года появилось много новой информации и фотографий. Если бы долголетие мадам Кальман было подлинным, мы ожидали бы увидеть множество доказательств. Вместо этого, вскрывшиеся детали подтвердили наши подозрения и выявили сильный мотив для подмены.
Дальняя родственница Жанны, Жильберта Мери, подтвердила, что Ивонна умерла от туберкулеза. Фотография Ивонны, позирующей в горах, казалась нам важной, и мы призывали контррасследователей помочь нам выяснить, где она была сделана. Надин Лефевр отметила, что стиль балконных перил был типичен для Лейзана, швейцарского курорта с санаториями, в которых пациенты со всего мира лечились от туберкулеза до Второй мировой войны.
С помощью Майкла Апичеллы мы изучили несколько старинных открыток с изображением Лейзана и геолоцировали шале на заднем плане фотографии. Мы пришли к выводу, что Ивонна стояла на террасе санатория «Бельведер». Однако, она не выглядела больной.
Некоторые члены семьи мадам Кальман предоставили полезные материалы, которые, по их мнению, доказывали ее подлинность. Несколько важных фотографий и документов находились в библиотеке Арля, но прошло много времени, прежде чем они были обнаружены. Вероятно, какие-то документы все еще не найдены.
Французские СМИ проявили большой интерес к этому делу, и документальный фильм Envoyе Spеcial для France 2 был особенно полезен. Журналисты убедили семью Так показать им фотографии 1950-х годов и нашли письмо 1928 года с упоминанием Жозефа в военном архиве в Париже. В этом письме была описана просьба капитана Бийо об отпуске из армии из-за болезни его жены Ивонны. Беглый взгляд на страницы медицинской диссертации Катрин Левро показал, что мадам Кальман не всегда была такой здоровой, как обычно утверждалось. У нее были плевральные осложнения, которые могли бы соответствовать приступу туберкулеза в молодости.
Постепенно стала вырисовываться картина произошедшего. Очевидно, что туберкулез был в анамнезе, по крайней мере, за 6 лет до похорон Ивонны. Вероятно, как мы и подозревали, и Ивонна, и Жанна заразились этой болезнью. Скорее всего, сначала заболела Ивонна, а потом Жанна. Они лечились в Верхней Савойе, затем в Швейцарии, а в 1933 году купили виллу в Параду. Для покупки был использован банковский счет Жанны, чтобы защитить виллу от возможных кредиторов семейного бизнеса.
Чтобы скрыть болезнь Жанны, они решили обмануть всех, включая медицинский персонал, притворившись, что это Ивонна снова больна, а Жанна заботится о своей дочери. Таким образом, Жанна провела свои последние годы вдали от Арля и своих старых знакомых. Подписи также оказались важной подсказкой. Сначала у нас было всего несколько примеров подписи Жанны Кальман, но были признаки того, что она эволюционировала. Со временем мы нашли больше документов, и стало ясно, что внезапное изменение произошло в момент покупки виллы в 1933 году.
Подделка подписей является серьезным преступлением. Примерно в то же время разразился скандал с картинами Ван Гога, где в основе обвинения лежала подделка подписи художника. Как и рекорд долголетия Кальман, эти фальшивки были первоначально подтверждены многочисленными экспертами, обманутыми танцором Отто Вакером. Некоторые из этих экспертов яростно защищали подлинность работ Вакера во время длительного судебного разбирательства.
Введение в заблуждение армейского начальства Жозефа также сулило опасность. Когда Жанна умерла, Кальманы попали в ловушку собственного обмана. Они никак не могли отменить то, что сделали. Их единственным вариантом было продолжить маскарад, который привел их к абсурдной инсценировке смерти Ивонны вместо смерти Жанны.
Когда туман рассеялся, мы смогли предложить гораздо более подробное описание того, как и почему произошла подмена личности. Обновленный сценарий был кратко изложен в последующей статье, которую мы первоначально опубликовали на ResearchGate в мае 2019 года. Эта статья была проигнорирована валидаторами, но Франсуа Робин-Шампиньоль привел некоторые аргументы относительно того, почему он считал ее неверной.
В сентябре 2019 года валидаторы опубликовали свое опровержение под названием «Реальные факты, подтверждающие Жанну Кальман как старейшего человека всех времен» [13]. На наш взгляд, аргументы валидаторов и их сторонников были на удивление слабыми, предвзятыми и нелогичными. Некоторые из первоначальных аргументов Зака были проигнорированы. Они не прокомментировали путаницу между отцом и мужем. Они не пытались объяснить, как Жанна Кальман могла быть представлена Ван Гогу как жена Фернана, когда ей в то время не было и 15 лет, или почему она говорила о том, что ее сопровождала в школу Марта Фуссон, хотя это могло быть верно только для Ивонны. Вместо этого Робин продолжал рассказывать о Марте Фуссон, как об аргументе о великолепной памяти Жанны https://youtu.be/Wa3m37DfZc4 (https://youtu.be/Wa3m37DfZc4).
Мадам Кальман сказала своим валидаторам, что ее глаза были светлого цвета всю ее жизнь, но они отвергли несоответствие с черным (темным) цветом глаз в более ранних документах Жанны, утверждая, что черных глаз не бывает. Они подчеркнули возможный инцест между Ивонной и ее отцом после подмены, не упомянув хорошо задокументированную совместную жизнь Жанны и Жозефа. Они нелогично «опровергли» необходимость уплаты налога на наследство после смерти Жанны, ссылаясь на то, что отец передал ей имущество перед своей смертью. Вопреки всякой логике, они утверждали, что мадам Кальман была хорошо известна после 110 лет, поэтому смена личности 60 годами ранее была неправдоподобной.