Стрела все еще дрожала, когда на дорогу вышли двое мужчин, и Нейл заметил, что еще четверо остались в кустах на обочине. Легкий шорох предупредил рыцаря, что сзади притаился еще один.
Вышедшие на дорогу были одеты в потускневшую кожу, каждый держал в руках копье с длинным древком. Кроме того, их лица скрывали платки.
– Разбойники? – осведомился Нейл.
– Нет, духовные лица, – насмешливо ответила Васето.
Один из мужчин что-то произнес.
– Какого святого? – спросил Нейл.
– Святого Турмо, я полагаю, покровителя воров. Они всего лишь предложили тебе спешиться и снять доспехи.
– В самом деле? – переспросил Нейл. – И что ты посоветуешь?
– Зависит от того, хочешь ты сохранить свои вещи или нет.
– Я бы предпочел оставить их себе.
– Тогда ладно, – сказала Васето и пронзительно свистнула.
Разбойник вновь что-то прокричал. На сей раз Васето ему ответила.
– И что теперь?
– Я предложила им сдаться.
– Хорошая мысль, – ответил Нейл. – Постарайся не высовываться.
Он протянул руку к копью. В этот момент на обочине дороги возникло стремительное движение. Нейл резко развернул Урагана и успел заметить нечто огромное и коричневое. Во все стороны разлетались листья, кто-то отчаянно закричал.
Озадаченный Нейл повернулся к стоящим на дороге разбойникам, но они уже лежали под лапами двух здоровенных мастиффов.
– Оро! – завопил один из разбойников. – Оро, пертумент! Пача Сатос, Пача сачеро Сатос! Пача мизеркарда!
Нейл огляделся. Их окружало по меньшей мере восемь разъяренных псов.
Васето свистнула еще раз. Псы отступили на два шага, выпустив разбойников, но продолжая скалить зубы.
Нейл посмотрел на спрыгнувшую с лошади Васето.
– Почему бы тебе не помахать своим большим мечом, – предложила она, – а я заберу у парней оружие.
– Сжальтесь! – выкрикнул на королевском языке один из лежащих в пыли разбойников. – Посмотрите, как хорошо я говорю по-вашему. Может быть, я ваш родич!
– На какую жалость ты можешь рассчитывать? – спросил Нейл, одним глазом поглядывая на пса и забирая копье и два ножа. – Вы ведь хотели меня ограбить? Или даже убить?
– Нет-нет, конечно нет, – широко раскрыв глаза, продолжал речистый разбойник. – Но в наши дни так трудно прожить. Работы мало, а еды еще меньше. У меня жена и десятеро малых ребятишек – пожалуйста, пощадите меня, господин!
– Заткнись, – отрезала Васето. – Ты сам все сказал. Еды мало. Если мои собаки съедят овцу или козу, у меня будут неприятности. А если они пообедают вами, мне только спасибо скажут. Так что вознесите благодарственную молитву святым, что вам выпала честь накормить таких благородных существ.
Разбойник возвел очи к небу. По его щекам покатились слезы.
– Леди Артума! Спаси меня от своих детей!
Васето прищурилась и взъерошила ему волосы.
– У тебя получилось неискренне, – сообщила она. – Сначала ты напал на слугу Артумы, а потом молишь о ее милости?
– Жрица, я не знал.
Она поцеловала его в лоб.
– Это не оправдание.
– Верно, верно, я понимаю…
Васето пошарила у него на поясе и сорвала кошелек.
– Ну, – сказала она, – быть может, пожертвование на храм будет принято благосклонно.
– Да, – хлюпнул носом разбойник. – Быть может. Я буду молиться. Великие святые…
– Я устала от твоих разговоров, – заявила Васето. – Еще одно слово – и я перережу тебе горло.
Они обезоружили остальных разбойников и сели в седла.
– А разве нам не следует отвести их куда-нибудь? – спросил Нейл.
Васето пожала плечами.
– А у тебя есть на это время? К тому же нам придется дожидаться судью. Без оружия они некоторое время никому не причинят вреда.
– Да, мы будем безвредны, как овечки! – вскричал болтливый разбойник.
Один из псов подскочил к нему, и разбойник завопил от страха.
– Я же сказала, помалкивай! – сурово напомнила Васето. – Лежи тихо. Я оставляю своих сестер и братьев, они сами решат, что с вами делать.
И она пустила свою кобылу вперед. Нейл после некоторых колебаний последовал за ней.
– Ты могла бы рассказать мне о псах, – заметил Нейл, когда они отъехали от разбойников.
– Верно, могла бы, – согласилась Васето. – Однако получилось ужасно забавно. Ты на меня рассердился?
– Нет. Но я учусь ничему не удивляться.
– Да? Какая жалость. Тебе очень идет удивленное выражение.