– Куда ты так быстро бежишь?! Я устала!
– Баба-яга вернется домой и, увидев, что тебя нет, бросится за нами в погоню.
– Я не хочу к ней! Она злая! Я ее боюсь!
Через полчаса дети услышали сзади тяжелые шаги. Оглянувшись, увидели, что их догоняет избушка на курьих ножках. А из открытой двери высовывается баба-яга. Страшно перепугавшись, ребятишки побежали в чащу, куда избушка не могла пройти.
Так и пробирались они по густолесью, прячась от бабы-яги. Но вдруг на их пути неожиданно возникло корявое дерево и, пытаясь схватить их, проскрипело: – Куда! Стойте!
Дети испуганно шарахнулись от лешего, а это был он, превратившийся в дерево. Но леший бросился за ними и вновь преградил им дорогу, превратившись теперь в замшелый пень, угрожающе шевеля узловатыми корневищами. Он долго гонялся за ними, пугая то зловещим хохотом, то стонами и криками умирающего человека, иногда валил деревья перед ними, с удивительным проворством преследуя их в чаще деревьев. А на открытых местах их поджидала баба-яга.
Дзинь-Дзинь устала первой и остановилась, тяжело дыша, вцепившись в руку мальчика. Тогда Сенси-Лон снял со спины арбалет, натянул тетиву и, когда леший вновь появился перед ними, послал стрелу в лесного оборотня. Но она отлетела от него, как от камня, а леший лишь захохотал в ответ.
Мальчик вновь послал в него стрелу, но также безуспешно. Леший, теперь уже в своем настоящем, косматом обличье, шел к ним, широко раскинув свои ручищи. Сенси-Лон почему то полез в свою сумку и нечаянно выронил оттуда золотистый обруч.
Дзинь-Дзинь, увидев его, радостно закричала: – РИБ! Мы спасены!
Она поспешно надела обруч на голову и, взяв мальчика за руку, сказала: – Не бойся. Теперь он нас не тронет. Идем к нему.
Но Сенси-Лон испуганно отшатнулся.
– Он же нас схватит!
– А я говорю, не бойся. Смотри. Сейчас он замрет на месте, и мы пройдем через него насквозь. Ну, идем же!
Мальчик вырвал руку и молча покачал головой. Леший в это время остановился и не мог шевельнуть ни рукой, ни ногой. Ошеломленный охотник видел, как девочка прошла через него, как сквозь пустоту, дым и победно улыбнулась ему. Но леший вскоре ожил и, обернувшись к волшебнице, бросился на нее и тут же вновь застыл, а девочка снова прошла через него.
Сенси-Лон испуганно смотрел то на девочку, то на лешего, ничего не понимая.
– Ну, хватит, – промолвила Дзинь-Дзинь. – Придется отправить его в иной мир.
Девочка посмотрела на лешего и мысленно приказала открыться окошку в Эко-мир. И тут же сзади лесного чудища засветилось пятно, в котором затем показалось густо заросшее высокой травой болото. Оттуда несло отвратительным запахом тухлых яиц, и слышались режущие слух резкие звуки. Леший обернулся, испуганно отшатнулся-было назад, но «окно» надвинулось на него и тут же захлопнулось. И перед детьми не осталось никакого лешего.
Сенси-Лон так ничего не понял и недоуменно посмотрел на Дзинь-Дзинь, но девочка нетерпеливо потянула его за руку.
– Бежим. А то баба-яга сейчас нас догонит.
И дети бросились бежать, куда глаза глядят, не разбирая дороги. А баба-яга тем временем то и дело взлетала на своей ступе над лесом и пыталась разглядеть беглецов сквозь густую крону деревьев.
Увидев их на поляне, она вернулась обратно к избушке и стала направлять ее движение, бранясь при этом и понукая избушку. Сама она боялась приближаться к беглецам, боясь стрел Сенси-Лона.
Но вот мелколесье кончилось, и ребята очутились на открытой местности у подножья отвесной горы. Бежать было некуда. Баба-яга настигала их. Сенси-Лон беспомощно озирался, пытаясь найти выход. Карабкаться вверх по скалистой горе было невозможно. Девочка сначала тоже не знала, что делать, но, вспомнив, что у нее есть обруч на голове, обрадовалась. Ведь у них есть РИБ.
– Сенси-Лон, – сказала она. – Сейчас мы пойдем сквозь гору.
Тот недоуменно поглядел на нее и испуганно отодвинулся, спросил: – Как через лешего?
– Да. Только ты не бойся. Держи меня за руку и не отставай.
– Я, бояться! – мальчик гневно дернул головой. – Ты колдунья?
– Нет. – Дзинь-Дзинь весело рассмеялась. – Нам поможет этот обруч. Мы его называем РИБом. Его сделал мой папа.
– Выходит твой папа колдун, – упрямо сказал Сенси-Лон.
– Ну, ладно. Мой отец умный, очень много знает. Пошли, – она потянула мальчика за руку. Тот нехотя пошел, то и дело оглядываясь. Избушка уже топала сзади их, метрах в пятидесяти, и баба-яга, высунувшись в окно, злорадно кричала: – Теперь я вас поймаю! Ох, и полакомлюсь же!
Перед самой горой охотник дотронулся до каменистого склона рукой, но она вошла внутрь, не встречая никакого сопротивления. Особенно страшно стало, когда и лицо оказалось внутри камня. Ничего не было видно, только густой, светящийся белым светом, туман. Сенси-Лон судорожно сжимал руку девочки, боясь отстать от нее и пропасть в чреве горы.
Минут через пятнадцать яркий свет ослепил их, а затем, когда глаза привыкли к дневному свету, дети изумленно вскрикнули. Перед ними, до самого горизонта раскинулось синее море. Они стояли на крутом, усыпанном каменными глыбами, склоне горы.
– Ура! – закричала Дзинь-Дзинь. – Вот и море! Бежим! Скорее! Надо найти мой домик, а потом – искать папочку!
Тяжело было детям спускаться по усыпанному большими и маленькими камнями крутому склону горы, особенно Дзинь-Дзинь, но она не хныкала и старалась не отставать от маленького охотника.
Спустившись вниз, мальчик оставил девочку отдыхать, а сам пошел обратно, понаблюдать за преследователями, которые каким-то чудом перебрались через горный перевал.
Сенси-Лон быстро бежал по камням, но избушка тоже резво перебирала своими куриными лапами, а баба-яга подзадоривала ее: – Давай! Нажми! Быстрее! – Вот, вот они догонят мальчика, но тот внезапно свернул за скалу и вжался всем телом в узкую трещину-расщелину. Избушка пробежала мимо и, потеряв его из виду, остановилась, растерянно поворачиваясь по сторонам. Баба-яга рассвирепела и завопила: – Куда же он пропал?! Ищи! Мальчик где-то здесь, спрятался за камнями!
Избушка двинулась обратно, а баба-яга тщетно всматривалась в камни. Сенси-Лон даже дыхание затаил, прижавшись своим худеньким телом в камни.
– Пронесло! – Избушка прошагала мимо него и вскоре исчезла за скалами.
Мальчик осторожно высунулся из расщелины и огляделся, затем взобрался на большую глыбу и увидел уходящую вверх по ущелью избушку. Сенси-Лон же направился в противоположную сторону.
Дзинь-Дзинь спала в расщелине между двух больших камней, свернувшись калачиком. Сенси-Лон облегченно вздохнул. Жива-здорова. Жалея нарушить ее сладкий сон, он все же растормошил девочку.
– Вставай. Нам пора идти.
Она потянулась, потерла кулачками глаза, раскрыла их.
– Я долго не могла заснуть. Ты где пропадал?
– Потом, по дороге расскажу. А пока перекусим немного.
После обеда, собрав в охотничью сумку остатки еды, они пошли к морю, с трудом пробираясь через нагромождение камней. Через час они вышли к берегу, и девочка бросилась в море. Мальчик же нерешительно переминался на берегу с ноги на ногу.
– Сенси-Лон! Прыгай в воду! Ну, что же ты?!
– Я не умею плавать.
– Такой большой и не умеешь! Фу! Как тебе не стыдно! Лезь в воду. Здесь мелко, не утонешь.
Мальчик скинул одежду и осторожно зашел в воду. Маленькая волна плеснулась ему до колен. От неожиданности он отшатнулся, а Дзинь-Дзинь весело рассмеялась: – Ты что, боишься?!
– Нет, – он решительно бросился в море и вскоре так же, как и девочка, блаженно барахтался в теплой воде.
Затем они лежали на теплых камнях, собирали разноцветные камешки и красивые ракушки, совсем позабыв о погоне, обо всем на свете.