Чем больше Лина пыталась разобраться в реалиях планеты, которую местные называли Эрум, иначе говоря – Дом, тем в большее недоумение приходила. Здесь не существовало государств как таковых, сорок два больших острова и бесчисленное количество мелких делились на области принадлежности нескольким организациям, в том числе двум планетарным университетам, имевшим даже свои вооруженные силы. Причем области переплетались совершенно причудливым образом, но при более глубоком анализе становилось ясно, что так вышло не случайно, что это некий странный узор, имеющий какое-то неясное пока значение.
Война, как выяснилось, шла между двумя религиозными орденами, точнее философско-религиозными. Как их иначе назвать Лина просто не знала, никогда не слышала ни о чем подобном. Первый поклонялся Ивеа, хранителю любви и ненависти. Второй – Охеа, хранителю горя и радости. Странное распределение. Имелся также некий Танеа, но его обычно избегали упоминать, поэтому чему именно он покровительствовал девушка выяснить не сумела Однако говорили о нем с искренним ужасом, почитая высшим злом, при этом безличным, способным снести с лица земли что угодно. Ровас удивленно посматривал на Лину, не понимая, почему она буквально вцепилась в информацию об орденах, а она не могла объяснить причины своей заинтересованности – ее интуиция буквально вопила, что это самое важное здесь, а интуиции девушку наставники научили доверять. Придется, видимо, входить в исследовательский транс и искать, что именно ее так зацепило. А зацепило по-настоящему, она всей своей сутью ощущала какую-то неправильность в происходящем на планете.
– Что думаешь? – хмуро спросила Лина у Роваса.
– О чем? – не понял тот.
– О социальном устройстве этого мира.
– Чушь какая-то! Кто всем управляет? Кто все распределяет? Я, правда, в этом не разбираюсь, но странно это все как-то.
– Это слабо сказано… – вздохнула девушка. – Одно то, что при существовании денежного обращения, отсутствует эмиссионный банк, уже что-то с чем-то. А университеты, имеющие собственные армии и сотни областей, не говоря уже о тысячах производств? Это что? Понимаешь, меня хорошо учили государственному управлению, причем учил лично Дарв ис Тормен, а лучше него в этой области по всей галактике нет. Но я не понимаю, как здесь все работает! Оно не должно работать, но работает! Причем, как часы!
– Значит ты просто чего-то не знаешь, – пожал плечами пилот. – Ты же не думаешь, что знаешь все на свете?
– Не думаю, конечно, – вздохнула Лина. – Но существуют социальные законы, по которым функционируют известные нам общества. Вот только здесь эти законы почему-то не работают…
Она уставилась на экран, на котором медленно вращалась покрытая редкими облаками планета. Довольно долго Лина и Ровас молча смотрели на нее. Ничего не происходило, даже бои на островах почти прекратились, только между двумя самыми большими лениво перестреливались несколько больших кораблей. Однако когда показался похожий на косую собачью голову остров, девушка вдруг ощутила, что ей обязательно нужно попасть туда, причем срочно. Да, вон туда, в точку у основания левого уха. Там было что-то… нет, кто-то, кого она обязательно должна спасти. Или не спасти, а просто встретить? Этого Лина не знала, но была уверена, что обязана лететь туда. И времени почти не осталось. Она буквально прыгнула к пульту и прирастила к глазу биощуп.
– Ты чего? – растерялся Ровас.
– Пристегивайся! – приказала Лина. – Садиться придется по самой скоростной траектории, перегрузки будут огромные, не уверена, что гравикомпенсаторы справятся.
– А зачем садиться-то?..
– Надо! Чувствую, надо! Меня и граф, и Кержак всегда учили, что если появляется такой силы предчувствие, то ему обязательно надо следовать. Там кто-то нам нужный!
Пилот поспешил пристегнуться – если уж от обычных выкрутасов Лины легко было голову потерять, то что случится теперь, когда она предупредила, что посадка будет жесткой? Он оказался прав – яхта затряслась, как в припадке, входя в атмосферу под острым углом.
– Внимание, начато активное сканирование корабля! – сообщил безразличный голос биокомпа, а по прошествии нескольких секунд добавил: – Зафиксирован старт восемнадцати ракет класса земля-космос с боеголовками неизвестного типа с поверхности! Радиоактивного излучения не обнаружено.
– Ты что, не включила маскировку?! – изумился Ровас.
– Хвост Проклятого мне в глотку! – выругалась Лина, отдавая мысленную команду. – Забыла…
Некоторое время ничего не происходило, а затем биокомп сообщил, что ракеты, потеряв цель, самоликвидировались.
– Вот же я дура… – огорченно покачала головой девушка. – Надо же было так опростоволоситься… Теперь местные знают, что прилетел кто-то извне…
– И на старуху бывает проруха… – попытался утешить ее молодой пилот. – Ничего страшного, я думаю.
– Да кто его знает… – скривилась Лина. – Не нравятся мне местные тайные власть имущие. А они есть, гарантию даю, есть. Слишком искусственным выглядит здешнее общество. Ну не бывает такого, чтобы каждый знал свое место, не желая большего! А значит, все это кто-то выстроил и всеми силами поддерживает в том виде, который мы видим. И мне хотелось бы выяснить, чего этот самый кто-то добивается, чего хочет. Наставник учил никогда не доверять тайным манипуляторам, не верить в их декларируемые светлые цели – за ними обычно стоит такая мерзость, что слов для описания не найти. Здесь что-то очень сильно не так, неправильно, меня буквально коробит от всего этого. А тут еще чувство, что я должна любой ценой забрать кого-то с поверхности…
Девушка нервно поежилась, продолжая пилотировать яхту. Ровас только вздыхал, понимая, что ему до такого мастерства еще очень далеко. Лина вела крохотный корабль, гася скорость точечными импульсами двигателей, причем небрежно, словно это было что-то недостойное внимания. Однако яхта покорно следовала по указанному курсу. «Левое ухо» острова становилось все больше с каждым мгновением, вскоре закрыв собой горизонт.
– Смотри внимательно на результаты сканирования, – попросила Лина. – Я могу не заметить…
– На что? – не понял Ровас.
– Если увидишь чего необычного, предупреди.
– Ага, понял.
Не прошло и пяти минут движения яхты в полутора километрах над поверхностью планеты, как молодой пилот заметил то, о чем его просили.
– Гляди! – вскинулся он. – Там куча артиллерии палит вон в ту лощину! И самолеты ее же атакуют… О, да их кто-то сбивает!..
Действительно, приблизившиеся к лощине остроносые самолеты с узкими скошенными крыльями некой невидимой силой один за другим сминались в комки металла и рушились на землю, не успев даже открыть огонь. Не прошло и минуты, как восемнадцать истребителей, а ничем иным эти остроносые машины быть не могли, пылали на земле невдалеке от лощины.
– Ничего себе… – протянула Лина. – Это не магия, по крайней мере – не вероятностная, я не чувствую плетений…
– А что тогда?
– Да Проклятый его знает! Но именно этого кого-то нам и надо вытащить.
– Как? – поинтересовался Ровас. – Он и нас вот так собьет.
– Собьет, если приблизимся, – согласилась Лина, задумчиво потирая щеку. – Надо бы как-то дать ему знать, что мы не враги. А что, если…
Яхта зависла на месте, что изумило молодого пилота до онемения – ну вот как она это сделала?! Не космос же! Это в космосе можно зависнуть, там невесомость, а здесь – гравитация! И никакой гравикомпенсатор не поможет, он только перегрузки компенсирует. Как можно удерживать корабль на месте точечными импульсами двигателей?! Он этого не понимал.
Лина откинулась на спинку кресла, расслабилась и легко скользнула в транс, тут же начав искать того, кто ей нужен. И едва не задохнулась от изумления – в лощине горел огонь яростной, но одновременно холодной и безразличной силы. Но за ним чувствовались отчаяние и одиночество кого-то маленького, и этот кто-то тихо плакал, оплакивая… маму и папу. Так это что, там ребенок?! Но… как?! Как ребенок мог обрести такую страшную силу?! И что это за сила?! Девушка осторожно потянулась к плачущему, точнее, плачущей – она внезапно поняла, что это девочка.
«Не плач, маленькая… – ласково транслировала Лина. – Не надо, ты уже не одна. Я прилетела помочь…»
«Помочь… – отозвалась малышка. – Они папу, маму и братиков убили-и-и-и…»
«Ты им отплатила, – заверила девушка. – Я сейчас прилечу за тобой, ты только не…»
«Что?»
«Не делай с моей яхтой то же, что с этими самолетами, ладно?»
«Ладно…»
Без промедления вернувшись к управлению яхтой, Лина начала посадку в экстренном режиме, даже сняв маскировку, чтобы не мешала. Стартовать придется в циркулярном режиме, чтобы уйти в космос за несколько минут – местные вояки просто не успеют среагировать. Девушка продолжала удерживать на краю сознания направление на несчастного ребенка, одновременно накрывая лощину защитным плетением – самым мощным из известных ей. Этому плетению обучил ее Кержак, а того – покойный Командор. У графа на такое не хватало сил, но он не сильно переживал по этому поводу, умея многое другое. Помимо того Лина развернула так называемую зеркалку – вот ей ученицу обучил как раз Дарв ис Тормен. Теперь любая атака лощины возвращалась к агрессору. Хоть снаряд, хоть пулю эти сволочи получат обратно, причем с доставкой прямо на место через межпространственный прокол. То-то порадуются!
Яхта со свистом шла на снижение, внизу уже была видна маленькая фигурка. Из корпуса выдвинулись посадочные опоры, на которые крошечный кораблик и опустился. Одновременно Лина мысленной командой открыла входную аппарель, сорвала с глаза биощуп и ринулась к выходу. Оказавшись у трапа, на протянула руки к застывшей неподалеку девочке лет шести-семи в тряпье, которое, похоже, совсем недавно было нарядным красным платьицем.
– Это я говорила с тобой, маленькая! – выкрикнула девушка, транслируя то же самое мысленно. – Иди ко мне, нам надо улетать отсюда, пока они не накрыли нас ядерным зарядом!
Почему она сказала это, Лина поначалу и сама не поняла, но затем осознала, что к лощине действительно приближаются несколько ракет с ядерными боеголовками. И до их прилета осталось не более пяти минут!
– Иди ко мне, моя хорошая! – повторила она. – Иди, пока они всех нас не убили!
Девочка продолжала стоять, тихо плача, по замурзанному личику текли ручейки слез. А затем, видимо поверив, со всех ног кинулась к яхте. Лина слетела вниз, подхватила ее на руки и взбежала по трапу, одновременно отдав команду закрыть люк. Оказавшись в рубке, она передала малышку ошарашенному Ровасу, прирастила к глазу биощуп и, включив гравикомпенсаторы на полную мощность, стартовала. Впервые за долгое время она вновь уходила в небо циркулярным стартом, правда, на сей раз некому было оценить это. Яхта, втянув опоры, завертелась с бешеной скоростью сначала вокруг своей оси, а затем по широкой спирали, и, не прекращая вращаться, начала подниматься все выше, причем так быстро, что мало кто мог за ней уследить. Не прошло и трех минут, как она оказалась на орбите и рванулась прочь от планеты к границам системы, набирая скорость.
Никто, как будто, этого не видел, но именно как будто – имелись недобрые глаза, проводившие удаляющийся корабль многообещающим взглядом. А еще через две минуты четыре ракеты с ядерными боеголовками накрыли лощину, уничтожив и ее саму, и атакующие войска.