– Что скажешь? Хотя нет, не говори. Мне все равно, – едко сказал Том.
Адам перебил его.
– Отлично, презентация вот-вот начнется. Давай за мной! – резко схватив Тома, Адам потащил его за собой.
С каждым шагом гул толпы увеличивался. Все выкрикивали имя Адама. Распахнув дверь, Том и Адам оказались на сцене перед огромной толпой фанатов. Свет прожекторов слепил Тома, но Адаму это не мешало, он уже привык к этому месту и к его изъянам. К неприятному освещению так же добавлялась ужасная духота. Небольшое помещение было битком набито людьми.
Адам уже начал говорить свою вступительную речь, которую Том пропустил мимо ушей. Адам говорил и говорил со страстью. И это забавляло толпу, возбужденную и бешенную. Вся эта толпа крайне возмущала Тома. Возмущала, так же как и сам Адам и он не знал, кто бесил его больше. То ли глупые подростки, которые выбрали себе неправильного кумира, нашли себе не того супергероя, то ли Адам, тупой и напыщенный болван, который считал себя пупом земли, пупом – неотъемлемой частью Вселенной.
Закончив говорить, Адам пафосно указал на Тома, как бы подзывая его к микрофону. Неохотно подойдя к микрофону, Том буквально застыл. Все в зале утихли и ждали чего-то, как они думали, грандиозного. Но Том не знал, что говорить. Его мысли глушились головной болью и воспоминаниями о его сне. Он все еще пытался правильно понять этот сон, это видение. Осмыслить. Он думал о том, как изменить свою жизнь в нужном направлении, чтобы не стать таким же ничтожным, как Адам, чтобы не упасть еще глубже в пропасть, в которую он и так упал, с трудом удерживаясь за спасительную корягу.
Мыслями Том был не здесь. Он был в своих мечтах о хорошей жизни. О другой жизни. О жизни, в которой он был бы счастливым. Он обдумывал каждое слово из своего сна, продолжая мучиться вопросом: кем же был старик? Кто он? Все эти мысли крепко засели у него в голове и не покидали его ни на секунду.
– Эй, Том, Томми, проснись, – шепотом промолвил Адам.
– Может, ты уже скажешь, что-нибудь?
Том просто смотрел на Адама, продолжая думать о своем.
– Да начни ты говорить! – не выдержав, крикнул Адам.
– А, да.
Том повернулся к полному залу и начал говорить. Он говорил и говорил, думая совершенно о другом. Слова вылетали на автомате, но фанатам Адама это нравилось. Хотя им, скорее всего, было, по большей части, все равно. Все они пришли сюда просто, чтобы поглазеть на своего кумира, не более. Том прекрасно понимал, что половина из тех, кто сейчас находится в зале, даже не купит книгу. А другая половина ни разу в своей жизни книг в руках не держала. Закончив своё выступление, Том передал слово Адаму, виновнику всего этого шоу, и незаметно покинул сцену.
Быстро смывшись со сцены, Том направился к выходу, не сразу вспомнив, где он находится. Выйдя на улицу Том, наконец, перевел дыхание. Он вырвался из этого душного помещения и получил заслуженный глоток свежего воздуха. На улице было тихо, все желающие попасть на презентацию были внутри. А тем, кому повезло меньше или больше, покорно ждали окончания презентации, чтобы увидеть своего кумира.
Недолго думая, Том хотел было вызвать такси, но к его счастью недалеко уже стояла машина. Тому не хотелось ждать Адама и тем более продолжать сопровождать его. Он сел в такси и отправился домой. Мысли в голове, наконец, устаканились, а головная боль ослабла. Поездка до дома оказалась недолгой. Том снова погрузился в привычный ритм Нью-Йорка. Его снова окружали толпы людей, каждый со своими мыслями и делами.
Тому хотелось уединиться и теперь уже в спокойной обстановке обдумать все, что с ним случилось. Делать это дома Тому не хотелось. Он знал,
что гнетущие стены его одинокой квартиры негативно влияли на него. Он не хотел снова бездумно напиться и забыть сегодняшний день, тем более, что он начался не так давно. Впервые ему хотелось вспомнить, как можно больше.
Том подошел к своему автомобилю, это был Porshe 911, который уже давно простаивал без шанса на вызов. Постоянные дела и нетрезвое состояние не позволяли Тому покататься на нем вдоволь, да и необходимости не было. Полностью осмотрев взглядом машину, Том, нерешительно открыл дверцу и сел в нее, как в первый раз. Ему не надо было никуда ехать. Он просто хотел убежать. Убежать как можно дальше от городской суеты, от проблем. Ему хотелось подумать о том, что ему делать дальше. Он понимал, что больше так не может продолжаться и нужно двигаться дальше. Ему и самому не хотелось становиться развалиной, любимым занятием которой было безудержное потребление алкоголя. Еще немного посмотрев куда-то вдаль, Том все же повернул ключ зажигания и уверенно поехал.
Он проезжал одну улицу за другой, не замечая этого. Он ехал словно на автомате. Он не знал, куда ему ехать и зачем. Он просто хотел побыть один. Первой мыслью было поехать в парк, и он доверился этой мысли. День постепенно сменялся вечером, менялся и сам город, готовящийся к ночной жизни. Приехав в парк, Том бросил машину и устремился вглубь парка в поисках свободной лавочки.
Наконец, найдя такую, он расположился поудобнее. Сидя, он наблюдал за всем, что происходит вокруг. Он видел маленьких детей со своими родителями и невольно впадал в ностальгию. Вспоминая свое детство, осознаешь, каким замечательным было то время, когда родители уделяют тебе все внимание, когда ты поистине счастлив и не знаешь всей мерзости и несправедливости большого мира. Когда ты ложишься спать, не думая о завтрашнем дне. Когда счастливая улыбка на твоем лице – это лучшая награда для твоих родителей. Том испытывал смешанные чувства, ему было приятно вспомнить детство, но осознание того, что ничего уже не вернуть, вгоняло его в тоску. В памяти всплывали моменты, когда он хотел поскорее вырасти, теперь он понимал всю глупость такого желания. Вспоминал своих друзей, многих из которых он уже не увидит. Вспоминал много веселых и не очень моментов, моментов, когда эмоции настоящие, а улыбки неподдельные. Воспоминания о первых проблемах, о муках первой любви теперь казались Тому настолько смешными и ерундовыми, что он невольно улыбался.
Солнце потихоньку садилось, намекая Тому, что пора бы уже идти домой. Но он не хотел туда, где единственными собеседниками была госпожа
«Одиночество» и четыре стены в придачу.
Он не был умирающим, но именно сейчас ему в голову лезли воспоминания о прожитой жизни. Том вспоминал школу, как еще один из светлых
периодов жизни. Новые друзья, знакомые, новые испытания и уроки жизни. Это период, когда ты постепенно входишь во взрослую жизнь, потихоньку узнавая ее прелести и все ее минусы. Это было то время, когда Том понял, что он не такой, как все. Он видел этот мир по-другому. Он видел по-другому и людей, окружавших его.
Том вспомнил свою первую любовь. Дженни Джексон. Девушка необычайной красоты, по крайне мере, для Тома. Красивые, золотистые как пшеница волосы. Небольшой рост, который нравился Тому. Ему в ней нравилось абсолютно все, как это и бывает с первой любовью. Мы словно надеваем розовые очки, которые не позволяют нам мыслить объективно и заставляют поддаться чувствам и видеть только хорошее. Так было и с Томом. Красивое лицо, которое нравилось Тому больше всего. Искренняя улыбка, в которой не было ничего, кроме радости. Улыбка, в которой не было фальши. Большие голубые глаза, в которых невольно тонул, стоило лишь взглянуть.
Для Тома она была идеалом. Идеалом, который ускользнул из его рук. В школе он был закрытым, стеснительным подростком, впрочем, как и большинство. И подойти к ней, признаться в своих чувствах было для него слишком сложным поступком. Поэтому каждый день был пыткой, душевной пыткой. Том забывал про уроки и про все, что его окружало. Он жил в своем мире, мире, где они были бы вместе. Но шли годы, школа кончилась. И мир, в котором Том жил вместе с Дженни, разрушился, и было трудно сказать, было это к счастью или к несчастью. С одной стороны, он прекратил жить иллюзиями, а с другой, он понимал, что вряд ли встретит ее снова. А если и встретит, то, что он сделает?
Прошло уже много лет, и Том, казалось, забыл ее, но Дженни так и осталась для него идеалом. Нахлынувшая волна воспоминаний взбудоражила Тома. Тот сон, заставил его задуматься о жизни, погрузиться в самые дебри сознания и найти там момент, когда он свернул не туда. Момент, когда он выбрал не тот путь, дорогу в никуда.
Тихим шагом Том шел к своей машине, продолжая размышлять о смысле жизни, вспоминать счастливые и грустные моменты своей жизни. Ему вспомнилась бабушка. Почему бабушка? Несмотря на довольно большое количество знакомых, настоящих друзей среди них не было. Это были люди, с которыми можно было поговорить, когда Том встречал их в школе. Это были случайные знакомые, c которыми он невольно общался, садясь рядом в столовой, сталкиваясь где-то в коридоре. Но Том никогда не сближался с ними и не открывался. Он не доверял им. Единственным его другом была его бабушка, которой он мог всегда сказать все самое сокровенное, все самое личное. Она всегда поддерживала его, во всем.
Отношения с матерью у Тома были не особо близкими, поэтому большую часть времени он был с бабушкой. Именно с ней он проявлял искренние эмоции. Но сказка не может длиться вечно, к сожалению. Шли годы и, как говорится, они никого не молодят. Наступил тот роковой день и Том узнал, что его бабушка умерла.
Именно тот день полностью и навсегда изменил мировоззрение Тома. Он больше не видел ярких красок жизни, он видел лишь черно-белую картину.
На похоронах он не сказал ни слова, он просто стоял. Стоял и молчал, он до сих пор не верил, что это происходит с ним. Он был опустошен, несколько дней он провел в своей комнате, лёжа на кровати и смотря в потолок. Он вспоминал все счастливые моменты, проведенные со своим лучшим другом и самым родным для него человеком. Теперь он остался один, один в этом большом мире.
Именно с того момента он стал более сближаться с Майком. Он и до этого знал его, но тогда он был просто один из многих, просто очередным знакомым, но даже он не стал для Тома тем, кем была для него бабушка. Он все так же закрыт даже для Майка, но не так сильно, как для других.
Вспоминая все это, Тому впервые захотелось заплакать. Ему хотелось выплеснуть все те эмоции, которые накопились внутри него за все эти годы и мучали его. Но Том не мог позволить себе такой слабости и разрыдаться, тем более у всех на глазах.
Том сел в свою машину и поехал домой. Было уже довольно темно и без фар дорогу было плохо видно. Чтобы как-то отвлечься от грустных воспоминаний, Том включил музыку, он предпочитал спокойную, классическую музыку, но был не прочь послушать современную “попсу”, когда было настроение. Сейчас ему, конечно же, хотелось чего-то релаксирующего.
Слушая музыку, Том потихоньку расслаблялся. Он расслабился так, что не увидел огромной лужи, в которую въехал на приличной скорости, облив с ног до головы девушку, проходившую по тротуару. Заметив свою оплошность, Том на секунду опешил. Первая его мысль была: ”Откуда взялась эта чертова лужа, ведь дождя не было?”.
Спешно остановившись на обочине, Том вышел из машины и направился к девушке. В сумерках было трудно разглядеть ее лицо. Облитая с ног до головы, она стояла как вкопанная. Тому было жутко стыдно и неудобно. Неуверенно подойдя поближе, Том опешил еще сильнее. В этой самой девушке он разглядел Дженни Джексон, ту самую Дженни Джексон из школы. Теперь ему было еще более неудобно.
– Дженни? Дженни, это ты? Я ужасно извиняюсь за этот…инцидент, –
неуверенным голосом сказал Том.
– Что? Откуда вы меня знаете? Черт, вы вообще смотрите на дорогу когда ездите? Слепой идиот! – Дженни была вне себя от ярости.
– Еще раз извиняюсь, просто сегодня не мой день и я задумался, в общем, вот, – оправдывался Том.
– Зато мой день удался! Отлично, черт возьми! Так кто вы такой? Откуда вы меня знаете? – продолжала громко возмущаться Дженни.
– Это я, Том, Том из школы, не помнишь? – Том словно вернулся обратно в школу, он опять превратился в неуверенного подростка, который при виде Дженни не мог связать и двух слов.
– А, Том, тебя так сразу и не узнать.
Дженни потихоньку успокаивалась, Том же был ужасно смущен. Ведь только что он облил из лужи свою первую школьную любовь. Что может быть хуже? – думал он.
– Еще раз извини за это, давай я…не знаю, довезу тебя до дома, – продолжал робко говорить Том.
– Не утруждайся.
– Нет, я же не могу оставить тебя в таком виде. Я обязан отвезти тебя домой.
В голове у Тома уже мелькнула мысль о том, что эта встреча неспроста. Только что он вспоминал ее, и она тут как тут. Таких совпадений не бывает, это судьба или знак свыше, – думал Том. Он чувствовал себя подростком, не знающим, что делать и что говорить. От такой неожиданной встречи и при таких неловких, мягко говоря, обстоятельствах, от всего этого его окатывал ужас.
– Ну, если ты настаиваешь, то вперед.
Дженни продолжала быть недовольной и всем своим видом пыталась донести это недовольство до Тома. Оттирая свое платье от грязи, Дженни все же направилась к машине Тома, а Том же все думал, что же ему делать дальше. Он чувствовал себя беспомощным неумехой. Он был рад ее видеть, но был бы рад гораздо больше, встреть он ее при других обстоятельствах. Дойдя до машины, Дженни изрядно удивилась, увидев перед собой весьма недешевую машину.