– Я думаю, Арго просто не привык к нам, – продолжала Ливия. – Относись к нему снисходительнее, будь помягче. Это пойдёт на пользу всем и поможет ему в будущем поскорее подружиться с Рикки – ведь мальчики скоро встретятся.
Воронёнок взмахнул крыльями и снялся с места – полетел в сторону вершины холма, куда не так давно умчались дракон и Арго.
Что это Равнен Луис задумал? – озадачилась Ирья.
После знакомства и тесного общения с отчаянным и бесстрашным Рахом, в воронёнке появилось что-то эдакое – нельзя сказать драконье, но лихое, удалое, будто у него сто жизней впереди, а не одна – хрупкая, невосполнимая.
За ним нужен глаз да глаз.
Ирья свернула наискосок, чтобы не прыгать через камни и заросли. Под ногами захрустели обломки веток, галька, песок, засохшие шишки, мёрзлый мох и ещё какая-то требуха и мелочь, какая бывает в лесу. Запах сырой земли и воды усилился, когда она оказалась на взгорье.
Пологий с одной стороны холм, у основания которого они сделали привал, обрывался наверху провалом – пропастью. В глубине ущелья гремели и ярились воды Чёрной реки. Устремляя бег к Океану Времени, бушующие потоки уже унесли с собой множество жизней.
Ирья едва не схватила воронёнка, но тот шмыгнул в сторону и бухнулся прямо в заросли с колючками. Она застыла с немым криком, прикрыла рот рукой. Что-то будет?
Довольно скоро Равнен вынырнул из-под кустов с другой стороны, обвешанный лесным мусором. Он прихрамывал и призывал вейру на помощь. Хранитель напоминал ежа, спешащего к дому с плодами леса.
– Я твоя вейра! – Ирья осторожно очистила крылья от колючек и листьев, осмотрела обе лапки и тельце. Ни заноз, ни ссадин не нашла. С облегчением заглянула в честные глаза Равнена и шепнула сквозь тихий смех:
– Ты чего куролесишь и пугаешь меня? Вкусненького захотел в утешение? А ничего нет, все вкусности мы слопали в первый день похода.
Он мотнул головой:
– Да я просто хотел отвлечь тебя от грустных мыслей о Рикки!
– Мои мысли не были грустными! Рикки жив и здоров, если не считать вывиха лодыжки. Меня другое пугает. Почему я без тебя перемещаюсь во времени? Если ты делаешь это нарочно, отправляя меня одну в неизвестное, то прошу, не надо так шутить! А вдруг на меня кто-нибудь нападёт там, и я к тебе не вернусь?
– Привыкай защищаться сама. Используй свою силу – у тебя много умений, не только моих. Ведь я всего лишь часть тебя.
– Да, я помню. Ты часть меня, которая умеет летать.
– Ну, летать умеет и твой дракон Иллюминат, который однажды придёт к тебе на выручку. А я та часть тебя, которая умеет волшебствовать, читать руны, знает птичий язык, умеет предсказывать будущее, заглядывать в прошлое и искать ниточки судеб в настоящем. Разговаривая со мной, ты, по сути, говоришь с собой. Задавая мне вопросы, задаёшь их себе и сама же отвечаешь. Не забывай, что ты всё давно умеешь, и однажды, когда меня не станет…
– Что ты имеешь в виду? – испугалась Ирья.
– Только то, что хранители смертны, в отличие от вас, манам Изначальных. Придёт время, и меня не станет.
– Ну, когда оно ещё придёт! – выдохнула она облегчённо. – Много воды утечёт. Я вырасту к тому времени и придумаю, как сделать тебя бессмертным.
– Я не против! – согласился Равнен. – Но в любом случае, тебе пора стать самостоятельной. Перестать оглядываться на меня, ждать моего решения и одобрения.
Он нежно потёрся клювом о прохладную щёку Ирьи, ласкаясь, потянул за ухо и спросил словно невзначай:
– Кстати, а ты ничего особенного не приметила в своём видении, о чём хотела бы поговорить?
– А я что-то важное пропустила? – Она прищурилась, поражённая его словами и спросила прямо: – Похоже, это ты переполошился? Признавайся, что тебя напугало?
– Ага, чтобы ты потом рассказала Ливии? Как бы не так!
– Ливия нас не выдаст! – заупрямилась Ирья.
– Конечно, не выдаст. Но ты забываешь, что открытое постороннему тайное знание перестаёт быть тайным.
– Ливия не посторонняя, она моя сестра!
– Я неудачно выразился, согласен, но это может изменить расстановку сил, и случится беда. Пойми, память мира доверила нам тайну о Рикки, позволила заглянуть к секретам его судьбы. Мы должны беречь эти мгновения и никому не открывать. Если бы память мира захотела сообщить какие-то сведения о Рикки твоей сестре, она бы это сделала даже вопреки желанию Ливии.
Взгляд мудрых с поволокой глаз Равнена сделался печальным. Ирья провела легонько пальцем по взъерошенной холке птицы. Прошептала, дыша ему в спину:
– Так это ты устроил побег супа, когда я собиралась открыть Ливии тайну сна? Эх ты! Если бы она не подоспела, ты оставил бы нас без обеда!
Равнен с виноватым видом поскрёб когтем по запястью Ирьи, оставив розовую полоску на коже.
– Душа моя, я всего лишь заботился о секретах твоего брата!
«И только ли о его секретах?» – Она задумалась. Отчего так старательно воронёнок оберегает её?
– Храни чужие секреты! – повторился он. – Ни Арго, ни Ливии ни гу-гу!
– Вот уж Арго я точно ничего говорить не стану! Я вообще с ним больше не разговариваю! – Она пнула пень и даже не поморщилась – настолько сильны были досада и раздражение на брата. – Я считала, что самое неприятное создание на свете – наша сестра Мара, но теперь поняла – Арго намного хуже!
– Это ещё почему?
– А ты разве забыл, как он вёл себя при перемещении? Оскорблял … – выпалила она первое, что пришло на ум и не желая рассказывать о других стычках с Арго и его угрозах. Сама разберётся!
– Только и всего? Нашла из-за чего печалиться. Мы все нервничали в тот момент.
– Арго всё делает наоборот! – продолжала она. – Лишь бы позлить нас и рассорить! И я начинаю думать, что мы напрасно взяли его в поход. Он принесёт нам несчастье. Помешает и испортит всё дело, и мы проиграем.
Перья на хохолке Равнена встревоженно поднялись.
– Что будет, то и будет… Будущего не избежать. Помни о нашем разговоре и помогай Арго добрым словом. Дай ему шанс всё осознать самому. Если ты, родная сестра, не простишь и не поможешь, никто другой не сделает этого за тебя.
От воронёнка исходило такое спокойствие и уверенность, что Ирья под конец согласилась с его доводами.
– Вот и отлично! – Равнен заметно повеселел. – Я всегда знал, что ты – мудрая голова, почти как я. Не только всё схватываешь на лету, но и выводы умеешь делать! Ты сильная… Думаю, ты даже сильнее меня!
В голосе хранителя она услышала гордость за неё и улыбнулась, отбросив в сторону страхи и опасения за будущее.
Вот тогда-то он и сказал ровным голосом, так, что Ирья даже подумала, что ослышалась:
– Случись что со мной, одна не пропадёшь!
Он произнёс это глухо, уткнувшись клювом в её волосы. Но его слова напугали её до дрожи. И заныло сердце Ирьи, сжалось от недоброго предчувствия.
Глава 6. Перемирие
Из-за скопления поваленных деревьев вылетел дракон Рах. Ещё на лету животное выпустило из когтей вещевой мешок Арго. Тот шмякнулся в снег с глухим стуком, взметнув облака снежной крошки и мёрзлой травы. Дракон резко приземлился на широкие лапы, буркнул тайные слова. По мере того как из его кряжистого тела, покрытого фиолетового цвета перьями, вышел Арго, сам Рах уменьшился, сложив крылья, и стал не крупнее ворона.