Королевская кровь. Вороново сердце. Часть 1

Драконы на слове «старейшие» почтительно поклонились. Два заклятых друга разглядывали их с одинаковым интересом.

– Любопытно, – заметил Алмаз Григорьевич.

– Я бы хотел позже побеседовать с вами, молодые люди, – проговорил Черныш. – Ваш опыт длительного стазиса… негативный, но все же, может стать неоценимым для магнауки.

На лицах драконов не дрогнуло ни жилочки.

– В любое время, – уважительно ответил Юнеди, а Александр покачал головой. Двери захлопнулись, и он повел драконов дальше, размышляя – смог ли бы он так, как Алмаз, если бы кто-то из друзей ушел за грань морали? Если бы Мартин стал преступником, или Вики ставила бы антигуманные опыты, или Макс не сдержал бы темную часть и выпивал людей – смог бы он по-прежнему легко общаться, покрывать, спасать, испытывать глубочайшую привязанность, которая без всякого сомнения прослеживалась со стороны Деда по отношению к Чернышу? Что ощущал Черныш, сказать было сложно – но Алекс был уверен, что, представься возможность, и он легко свернет Алмазу шею ради высшей цели. Несмотря на всю их общую историю и явное удовольствие, с которым Данзан Оюнович проводил время со старым другом-соперником.

С другой стороны – если бы Михей тогда выжил, разве Алекс не постарался бы его защитить и от суда, и от наказания? А если бы Миха сделал все сознательно, тогда как?

– Здесь, – Свидерский открыл следующую дверь, отбрасывая от себя некомфортные мысли, – диспетчерская и пункт связи. Когда бойцы в патрулях – именно сюда по радиосвязи поступают от них отчеты. Радиосвязь это… передача голоса на расстояние через небольшой прибор. – И он продемонстрировал рацию на поясе.

Воины-драконы оказались молчаливыми, но уверенно кивали, запоминая сказанное, и без смущения разглядывали в ответ проходящих по коридору магов.

– Подполковник, – позвал его один из связистов, – только что пришла информация от группы Видова.

– Что там? – Александр зашел в диспетчерскую, драконы ступили за ним.

– Передают, что за прошедшие сутки охрана портала значительно уменьшилась. Много тха-охонгов исчезло, а большинство раньяров снялись с места и направились в сторону Центра Рудлога. Остальные заканчивают передислокацию ближе к переходу. По подсчетам разведки, у портала осталось около семи сотен раньяров, пяти сотен тха-охонгов и тысячи три охонгов, – зачитал с расшифровки связист. – В Зеленое крыло уже шифрограмму отправили.

Александр выпрямился.

– Дождались. – В кровь плеснуло доброй дозой адреналина, пальцы закололо предчувствием боя. – Объявляй десятиминутную готовность.

– Я и не смел надеяться, что сразу попаду на добрую драку, – подал голос дракон Юнеди. Двое его соплеменников с улыбками переглянулись.

– Бой будет преимущественно магический, – проговорил Александр с сомнением. – Вы можете пострадать от своих же.

– Мы умеем защищаться от стихий, – невозмутимо возразил дракон. – И как упустить шанс пощупать тварей, сквозь которых нам предстоит пробиваться к Мастеру? Нас отдали под твое командование, поэтому скажи: нам сейчас, когда мы зачистим врага вокруг портала, пойти Мастеру навстречу или ждать здесь с тобой его прорыва к переходу с той стороны?

Стало понятно, что они сработаются и проблем с неподчинением не будет.

«Боевая тревога! Сбор на площадке А в четырнадцать ноль-ноль! Всем бойцам – сбор на площадке А в четырнадцать ноль-ноль!» – заговорили динамики. Коридор оживился, заполнился людьми.

Александр, раздумывая над ответом, быстро вел драконов к свободной комнате – чтобы они могли кинуть пожитки, посетить уборную перед сбором. Он был в камуфляже, но тоже нужно было заглянуть к себе – взять снарягу с максовыми тониками, накопители. И маленькую жеоду с аметистами, подаренную ему сомнарисами, питомцами Катерины.

– Мастер Юнеди, как я слышал, у тебя опыт не меньше моего, – он повысил голос, перекрикивая динамики. – Я хочу услышать, что думаешь ты.

Дракон с улыбкой кивнул. Понял, что проверяют.

– Наша подмога Мастеру была бы нелишней, – зычно ответил он, – но первейшая нужда – уничтожить сейчас силы врага у портала в нашем мире. И большой удачей будет, если сегодня же выйдет выманить часть тех сил, что находятся за порталом. Я знаю Мастера – по лесу он своих спутников проведет сам. Нам же стоит расчистить им путь.

– Все верно, – согласился Александр, открывая дверь. – Это ваша комната, уборная справа. Не опаздывайте!

– Не опоздаем, командир, – ничуть не обидевшись, проговорил Юнеди. – Мы воины и научены выполнять приказы.

Открыть портал в ровной, как доска, степи, залитой солнцем, когда каждый раньяр может тебя заметить, было сложно. Разведчики для того, чтобы подобраться к лагерю, использовали амулеты невидимости.

Поэтому Алекс вышел в нескольких километрах от портала, накинул на себя невидимость и поскользил к нему на воздушной доске. Переход сиял в степи как белесый цветок. Пахло майским разнотравьем, степь цвела и жила, но земля вокруг была загажена, виднелись опустевшие грубо сколоченные загоны для инсектоидов, пересекали степь патрули на охонгах, сверху наблюдали дозорные на раньярах. И почти неощутимо тянуло муравьиной кислотой.

Александр запустил маскировочный щит, под ним открыл большое Зеркало с опорой на Алмаза и вывел за километр от лагеря пятьдесят магов, двух патриархов магии и трех учеников Четери.

– Идеально для массированного удара, – заметил Алмаз Григорьевич. Ветер трепал его седую бороду, но вид Дед имел вполне профессорский – костюм, начищенные ботинки. Черныш, одетый скромнее – в темные брюки и кофту под горло, – молчал, безразлично созерцая лагерь.

Виднелись дымы костров, шатры тха-норов и лежанки обычных наемников, стрельбища… Праздно шатающихся иномирян было немного, инсектоиды не прохлаждались в стойлах – группы всадников отрабатывали совместные маневры, слышались выстрелы – там оттачивали владение оружием этого мира, у портала были выставлены несколько линий охраны – воины на инсектоидах либо неспешно двигались вокруг, либо стояли почти вплотную к туманным стенкам перехода. Из него то и дело появлялись груженные бочками и вьюками тха-охонги, их тут же принимались разгружать у больших шатров: по всей видимости, подвозили припасы из Нижнего мира. Видно было, что командование иномирян знает правило «солдату нельзя бездельничать» и к охране портала подошло тщательно.

– Сначала работаем мы с Данзаном Оюновичем и Алмазом Григорьевичем. Пойдем с трех сторон, запустим массированные заклинания, – напутствовал Алекс бойцов. – Вы распределяетесь группами по пять человек по периметру, как мы и тренировались. Юнеди, – обратился он к дракону, – я не видел вас в бою, поэтому примкнете к группе лейтенанта Смецкого, – он кивнул в сторону молодого офицера. – Под заклинания не лезьте, держитесь в стороне. – Он снова повернулся к своим. – Мы уничтожим большую часть отряда и займемся раньярами, ваша задача – уничтожать тех, кто побежит. При затруднениях используйте камни с огнедухами, переданными нам ее величеством. Невидимость слетит с вас через десять минут. Чувствуете, что резерв уходит, – не геройствуйте, отступайте к точке сбора.

Враг оказался не готов к нападению – и когда с трех сторон на лагерь обрушились огненные столбы, выжегшие почти половину войска и остановившиеся в десяти метрах от портала, началась паника. Но слишком много было тех, кого нужно было истребить – и этот бой вовсе нельзя было назвать легкой прогулкой. Скорее, это было побоище, полное смрада муравьиной кислоты, визга и крови. Маги и волшебницы добивали раньяров, метались над степью огнедухи, драконы, приняв боевую форму и обратившись гигантами метров под пять ростом – от которых шарахнулись свои же бойцы, а Алекс с изумлением, совсем в духе Мартина, присвистнул, – уничтожали наземных инсектоидов, действуя тройным тараном: обычные охонги были для них теперь как большие собаки, а тха-охонги – как буйволы против простого человека. И все равно, даже с такой поддержкой, несколько десятков человек, пусть магов и закаленных бойцов, – это немного против сотен и сотен инсектоидов.

Командиры иномирян ухитрились как-то привести остатки войск в порядок и попробовали контратаковать. Если бы не раньяры, им бы это не удалось.

Но стрекозы были – и рушились на бойцов с небес. Где-то щиты магов продавливали массой, где-то слишком быстро терялся резерв и боец не успевал выйти из боя. Александр видел и тела своих ребят, и то, как точечно работает Алмаз, зависший в воздухе и ловящий раньяров гигантской сетью, и как поджаривает врагов Черныш, но их все еще было очень много. Все осложнялось и тем, что задевать портал было нельзя – вдруг схлопнется? И иномиряне, вычислив это, то и дело отступали в туманную кромку перехода, чтобы отдохнуть, перестроиться, а то и вовсе исчезали в нем – так что с той стороны уже точно знали о нападении с этой.

В какой-то момент туман дрогнул и расступился, выпуская на Туру подкрепление – сотни новых тха-охонгов с всадниками, между которыми тенями стелились уже известные разведкам по битве в Йеллоувине невидши.

А минуту спустя Алекс, вспотевший, но сохраняющий хладнокровие, несмотря на тающий резерв и сильно просевшую убойность заклинаний, ощутил вибрацию сигналки, связанной с Катей.

Сердце кольнуло, но сейчас он прикрывал своих от пикирующих раньяров и одновременно управлял десятком огненных Лопастей, кромсающих тха-охонгам ноги. Он не имел ни права, ни возможности отвлечься. Но мысли то и дело возвращались к Катерине – и по позвоночнику льдом растекался страх за нее.

Невидши оказались быстры и мощны, и жертв среди отряда прибавилось. Огнедухи были полностью заняты истреблением этих тварей. Бой затягивался. Раненых вытаскивали под щит, и если бы не модифицированный Викторией Доспех, закрепленный на амулеты, погибших было бы в разы больше.

К вечеру иссякли огнедухи и вернулись в камни, чтобы отдохнуть и набраться сил, стали выдыхаться и самые опытные бойцы, часть перешла на автоматы и огнеметы. Только Алмаз да Черныш по-прежнему жгли врага без устали, но и их реакция не всегда успевала за молниеносными бросками невидши. Александр хлестал цепом, то вытягивая его на десятки метров, то используя, как обычную дубину, – с привычным оружием он чувствовал уверенность. К тройке сильнейших твари не подходили, из-под заклинаний часто успевали выскальзывать.

Садилось солнце. На степь у портала опускалась бархатная южная ночь, и биться стало труднее – старшим магам пришлось поддерживать сонмы Светлячков, которые помогали как своим, так и врагам.