Зона 0

Глава 2. Другие

Арсений Шершенёв открыл нужный электрощиток в подсобке и нажал на кнопку, спрятанную за пучком обесточенных проводов от взгляда случайно забредшего ремонтника. Он удерживал палец на кнопке несколько секунд, пока не услышал характерный сигнал от устройства считывания отпечатка. В стене справа от него раздался механический щелчок, а затем потайная дверь, на которой крепился шкаф с инструментами, открылась. Массивная створка медленно двинулась в сторону. В проходе за ней было темно.

Арсений посмотрел вниз на своего спутника. Небольшой зверёк тёрся о ноги, покрывавшая всё его тело чешуя переливалась разными цветами в свете запылившейся лампочки на потолке подсобки. Шершенёв сфокусировал внимание на желании оказаться за порогом открывшейся двери, и мутант тут же перестал ластиться и устремился в проход. Арсений последовал за ним, перед этим проведя ладонью по потухшему сенсорному экрану, закреплённому на внутренней поверхности двери — та плавно закрылась за ним. Они оказались в кромешной тьме. Но уже через мгновение на стенах и потолке загорелась россыпь красных огоньков — они замелькали взад-вперёд и вверх-вниз, пока не исчезли так же внезапно как появились. Тут же зажглось несколько ламп и полностью осветили комнату входного контроля с белыми стенами.

Арсений вместе с маленьким мутантом стояли перед закрытой дверью. Из вмонтированного в стену над дверью динамика донёсся мужской голос:

— Я не могу вас пропустить: с вами образец.

— Но пропустишь, потому что это мой приказ, — с лёгким раздражением в голосе произнёс Шершенёв.

— Кодекс запрещ…

— Я написал этот кодекс. Ты прекрасно знаешь, что все правила, которые ты соблюдаешь день ото дня, придуманы мной. А сейчас я приказываю открыть мне дверь.

После недолгой паузы голос из динамика спросил:

— Образец безопасен для персонала?

— Да, безопасен. Не испытывай моё терпение, открывай уже! — Арсений чувствовал, как в нём закипает ненависть, хотя подобные вспышки обычно не были свойственны.

Пока за дверью щёлкали засовом и замком, Шершенёв поумерил свой гнев крепким сжатием кулаков. Краем глаза он заметил, что зверёк встал в боевую стойку, готовясь к прыжку на любого, кто покажется из-за двери, и тут же испугался, что потеряет контроль над мутантом. Существо тут же отскочило вбок, затем назад и подбежало к ногам Арсения. Теперь боевое настроение у мутанта исчезло — он с изумлением уставился на дверь, которая начала открываться. «Ему передалось моё смятение?» — удивился Шершенёв перед тем, как к нему вышел сотрудник ФББ.

Одетый в чёрные цвета ведомства оперативник был в полной боевой амуниции: бронежилет, лёгкая чёрная каска, в руках дробовик. Дуло было опущено, но направлено в сторону «гостей». «Что бы я ни сделал, он успеет отстрелить мне ногу», — понял Арсений, прокрутив в мыслях возможность силового прохождения дальше.

— Почему образец не нападает на вас или на меня? — спросил недоумевающий сотрудник.

— Олег… Тебя ведь так зовут, я не напутал? — В этот момент оперативник перевёл подозрительный взгляд с мутанта на лицо Шершенёва и замер. — Да, Олег. Образец находится под контролем, он не опасен, пока я рядом. Подробности я обсужу только в присутствии руководства корпуса, куда и направля…

— Что с вашими глазами?

Ствол дробовика начал медленно подниматься. Оцепенение, вызванное у оперативника видом пульсирующей яркой радужки и формой зрачков Арсения, прошло.

— Это линзы. Сложные устройства, с помощью которых я и держу под контролем этого зверя. Смотри!

Арсений повернулся лицом к мутанту и указал ему на дальний угол помещения. Зверёк несколько секунд продолжал таращить свои змеиные глазами на оперативника ФББ, но затем, повинуясь довлеющей над ним воле, в два прыжка очутился там, куда Арсений указал.

— Видишь? Убедился? Хорошо. Но раз уж ты не против, если твой самый высший начальник задаст вопрос, то… — Арсений подошёл в упор к Олегу: оперативник опустил оружие и, судя по всему, не собирался стрелять. — Какая разница, как я выгляжу и кого веду с собой, если я до сих пор глава «Объекта 80»? Ты ведь не думаешь, что если у нас произошла какая-то нештатная ситуация, у тебя появилась возможность послать меня… куда-нибудь?

Арсений всматривался в лицо подчинённого, не скрывая гнева во взгляде — он будто бы готовился накинуться на него и загрызть на месте. Мысли были именно такими. Оперативник выслушал всё с напускным безразличием. Ни тон, ни слова начальства не заставили дрогнуть хотя бы один мускул его лица.

— Проходите, — тихо проговорил он, отходя в сторону.

Сделав лишь шаг за порог, Арсений остановился и вновь посмотрел на оперативника:

— Ты действительно один охраняешь дверь? Всего один? Какого хрена?!

— Ещё трое на позициях в холле.

— Немногим лучше. Ладно, он присмотрит за вами четверыми: вдруг не справитесь.

После этих слов притихший в дальнем углу мутант в три прыжка оказался на стене рядом с головой оперативника. Глаза маленького монстра хищно впились взглядом в шею Олега, наблюдая за чем-то, недоступным человеческому зрению.

— Не переживай: будет смотреть, но не цапнет, — с ехидной улыбкой произнёс Арсений и тихо двинулся дальше.

В зале для совещаний стоял галдёж — Шершенёв услышал его ещё в коридоре. Воздух, как всегда пропитанный табачным дымом, прорезали едкие фразы. Десять старших офицеров ФББ, командовавшие всем корпусом сотрудников безопасности в подземном комплексе, не могли договориться между собой о плане дальнейших действий. Разбившись на несколько лагерей, они спорили, перетягивая друг друга на свою сторону. Офицеры постоянно съезжали с эмоционального разговором «как есть» на рациональную дискуссию профессионалов и обратно. Сигаретные пачки пустели, пославший просил огня у посланного, и тот давал ему прикурить; лица краснели, верхние пуговицы формы давно были расстёгнуты, кто-то даже закатал рукава чёрного кителя — и для комфорта, и для более угрожающего вида. Время шло, а основные аргументы сторон повторялись по кругу:

— Наша задача: что бы ни случилось — не продолбать этот блок!

— Да какой смысл тут сидеть?! Заблокировать сюда доступ намертво и всем идти на центральный к серверам!

— Именно! Нас же пропистонят, мляха, если мы «Цербер» просрём! Эти дятлы там с минуты на минуту могут херню створить! Нехер тут сидеть!

— Да нельзя нам ни этот блок бросать, ни серверную в центральном просрать! Здесь хватит десятка оперативников оставить, а остальных — на центральную!

— И что, штурмисты вы херовы, мы получим? Как подкрепление придёт — этот блок демаскирован будет! Вот тогда нам всем пиз… — говоривший прервался, заметив вошедшего Арсения.

Остальные повернули головы в ту же сторону и сразу умолкли. После того, как Шершенёв перестал выходить на связь в первый час после начала «Лавины», все собравшиеся здесь пришил к выводу, что начальник мёртв. Теперь же расстановка сил откатилась к прежнему варианту.

— Что за гомон? — спросил Арсений, подходя к столу.

— Обсуждаем план дальнейших действий…

— …по обороне комплекса или моим поискам? Вы ведь готовили спасательную операцию, да? Не забыли командира?

Офицеры молчали — никто не хотел брать слово.

— Да или нет? Я вас спрашиваю! Крутман, отвечайте за всех.

— Нет, не готовили, — смотря куда-то мимо плеча Шершенёва, доложил «эфбэбэшник». Под конец реплики он всё же осмелился посмотреть командиру в глаза.

— И правильно, — строгий голос Арсения вмиг стал непринуждённым. — Я мог быть мёртв. Это печально, но подземный комплекс важнее. Нужно сберечь его, а не меня. И поймите меня правильно, товарищи офицеры: сейчас разработки важнее нас всех вместе взятых. Особенно — это место. Я бы тоже никого не послал за вами на поверхность, если что.

Арсений улыбнулся Крутману — тот лишь отвёл взгляд, сохранив внешнее спокойствие.

— Что касается плана дальнейших действий, я сейчас его озвучу. Мы не можем бросить серверную и хранилища данных! Нам нужно выступить в сторону центрального блока, но часть корпуса останется здесь для охраны. Мы не можем допустить, чтобы это место по ошибке нашли какие-нибудь вояки, здесь должен остаться кто-то, кто сможет остановить прибывшее армейское подкрепление, даже силой! Потом подобные инциденты будут предотвращены, я гарантирую. Но не дай Бог, если то-то не из нашего ведомства проникнет сюда! Это понятно?

Ответом было молчание. Арсений ловил на себе недоверчивые взгляды, понимая, что его изменившаяся внешность может быть тому причиной.

— Дальше! Военные заняли центральный блок часа два-три назад, я так понимаю?

— Три, — подтвердил Крутман.

— Связь с арсеналом есть?

— Нет, — Шершенёв не успел заметить, кто это буркнул.

— Значит, у них в руках опасное для сохранности серверов — и реактора, кстати, — вооружение! Нам придётся договориться и вывести оттуда вояк, пока они ничего там не поломали по незнанию. Они могут проявить несговорчивость, не согласиться пойти на другие позиции… Может, да, может, нет — ситуация нервная, возможен любой исход! Так что мы должны подвести их к единственному верному решению, пусть и силой.

Недоверие во взглядах офицеров сменилось непониманием.

— Я вижу, как вы смотрите на меня, но боитесь спросить. Да, это одна из наших новых разработок. Как видите, хорошо прижилась. Мы прижмём вояк силой — а потом этой же силой наведём порядок и на поверхности до прибытия подкреплений, обеспечив тем самым сохранение секретности.

Закончив речь, Арсений вскинул взгляд на входную дверь. Офицеры в замешательстве повернули головы туда же. Створка приоткрылась, и в зал трусцой вбежал мутант, оставленный присматривать за оперативниками на входе в секретную зону. Зверёк сделал два прыжка в сторону офицеров — «эфбэбэшники» в ужасе отскочили в разные стороны, но в третьем прыжке мутант приземлился рядом с Арсением, сделал пару кругов вокруг его ног и уселся рядом, переводя взгляд змеиных глаз с одного перепуганного человека на другого.

— Он подчиняется мне. Сейчас замрите все!

Повинуясь невербальным сигналам, мутант направился к офицерам. Он пробежал круг по залу, обойдя двуногие препятствия спереди либо сзади, и вернулся обратно к Арсению.

— Те, кто рядом — полностью под моим контролем. Крутман, остаёшься здесь за главного, остальные — подготовьте две трети личного состава на боевой выход. Корпус ФББ будет возвращать власть над центральным блоком себе, а я пока разживусь «кавалерией» для нас. Потребуются все мутанты, что есть.

Его приказ начали исполнять немедленно. Десять офицеров корпуса — высшее командование ФББ в подземной части «Объекта 80», после самого командующего базой — лишь следовали командам Шершенёва. Он создавал эту систему годами — оставляя нетронутыми лишь лояльных, надавливая на нерешительных, ломая непокорных. Он знал, что никто из десяти не сможет ему перечить — только не ему. И сейчас посеянное им взошло и дало плоды: когда всё полетело в пекло, они беспрекословно повинуются его указаниям. А за ними последует весь корпус.

Из зала совещаний Шершенёв направился в лабораторную часть секретного блока. Сопровождавший его мутант держался чуть впереди. Коридоры стали куда оживлённее: повсюду суетились «эфбэбэшники» в чёрной боевой амуниции, формируя штурмовые команды и отряды прикрытия. Почти каждый сотрудник, попадавшийся Арсению на пути, бросал встревоженный взгляд на необычного зверька — но никто не хватался за оружие и даже не озвучивал вопрос «Это что за чёрт такой?» Все прекрасно знали, что за чешуйчатая особь перед ними и на что она способна. Командиры уже успели объяснить нижестоящим чинам, кто в ближайшее время будет их союзником. А в ФББ принимали людей особого склада ума: если нужно будет считать красный цвет белым — да будет так.

Наконец Арсений достиг комнаты с клетками в первом зале местного вивария. Лаборант проводил рутинный осмотр и делал какие-то записи на планшете. У небольшой контрольной панели в виварий стоял сотрудник с автоматом наперевес — это требовалось согласно протоколу секретного блока. Даже сам лаборант имел невысокое звание внутри структуры ФББ — людей со стороны в этой части подземного уровня быть не могло.

Арсений подошёл ближе к первому ряду решёток из высокопрочной стали, сквозь которые виднелись отталкивающие черты узников. В камерах и небольших клетках содержались образцы, отсутствовавшие в других частях научно-исследовательского комплекса «восьмидесятки». Наблюдательный заметил бы в облике этих существ узнаваемые черты тварей из других вивариев — но здесь геном организмов изменяли на более глубоком уровнях, чем в лабораториях проекта «Цербер».

Шершенёв медленно прошёлся вдоль томящихся в неволе особей. В глазах сотрудника с автоматом он видел покорность, в мутантах за решёткой — чувствовал.

— Открыть клетки!

Лаборант от неожиданности чуть не выронил планшет:

— Но… но по протоколу запре…

— Я знаю, что там по протоколу. Живо открывай!

— А что, простите, у вас с глазами? — Лаборант замер на месте, рассмотрев лицо Арсения.

— Если не хочешь потерять свои, беги к панели управления, родной, — на последнем слове Арсений не смог сдержаться и подбавил в голос ядовитой иронии. Он сжал кулаки так, что побелели костяшки.

Лаборант неуверенно поплёлся к панели управления. За спиной Шершенёва раздался невнятный бубнёж.

— Чего ты там сказал?

— Я вызвал усиление, — ответил сотрудник. — Вскрытие клеток и камер происходит только с усиленным караулом.

Арсений лишь махнул рукой.

«Идиоты! Они не знают того, что мне теперь доступно!»

Он ощутил, как раздражение внезапно стало превращаться в эйфорию. Он — важный, он — главный, и никто не смеет ему перечить. Внезапно внутренний голос зазвучал сильнее и как будто отделился от его мыслей: «Чего ты ждёшь? Открывай! Подчиняй их! Подчиняй!» Послышались быстрые шаги: в помещение вошли ещё два сотрудника в полной экипировке и с оружием в руках.

— Давай! — беззлобно, но громко произнёс Арсений, обернувшись на лаборанта. Вид у того был нервный, а в момент, когда их взгляды пересеклись, «эфбэбэшника» с планшетом передёрнуло. Однако он тут же уткнулся в экран панели управления и сосредоточился на введении команд.

Из потолочных динамиков зазвучала сирена, решётки клеток и камер первого ряда стали медленно открываться. Когти щёлкнули о твёрдую поверхность — наконец первая особь ступила за порог своей «тюрьмы». Серая лапа без шерсти, покрытая слизью, вся блестела. Телом существо напоминало стоящего на гипертрофированных задних лапах волка, только вместо глаз на его черепе имелась светочувствительная область между ушей, переливавшаяся разными цветами, как чешуя у рыбы. Пасть «волка» формировали несколько гибких отростков с клыками на концах. Сейчас особь втянула отростки и сомкнула их в мелкие челюсти, ощетинившись всеми шестью мелкими ртами. Из двух соседних клеток выбрались собратья этого мутанта, один — с фиолетовым пигментным пятном на пузе и уменьшенной зрительной зоной между ушей, второй — с четырьмя передними конечностями и одним крупным ртом-отростком с двумя рядами клыков.

Из оставшихся клеток вышли двуногие существа. Верхние конечности у них отсутствовали, вместо них верхней части туловища украшали несколько щупалец, поджатых в данный момент. Головы существ походили на кабаньи, но без клыков, ушей и даже привычного пятака на конце морды. Особи дышали через щели, расположенные под глазами с прямоугольным очертанием зрачка. Их бесшерстные тела также покрывал тонкий слой слизи.

«Приблизиться! Приблизиться! Их покорность будет полной!» — вспыхнула мысль в голове Арсения. В этот раз он не удивился, что внутренний голос говорит чуть быстрее, чем должен.

Шершенёв посмотрел на мутанта с четырьмя передними конечностями и сконцентрировался на желании, чтобы особь подняла свои передние когтистые лапы. Мутант с небольшой задержкой поднял две передние лапы на уровень головы, а две оставил на прежнем месте.

«Он не привык! Надо ближе!» — Арсений сделал шаг навстречу особи. Мутант задрал одну лапу чуть выше холки. Шершенёв подошёл к мутанту, тщательно визуализируя, как мутант выполнит его приказ верно. Особь подняла оставшиеся передние конечности на уровень груди.

Арсений приблизился к мутанту почти в упор. В одно мгновение лапы особи рухнули на него сверху и впились когтями в лопатки, вторая пара лап вонзила когти в боковую поверхность бёдер. Жгутик с челюстью на конце устремился к переносице Арсения, но не достиг её — маленький телохранитель запрыгнул на особь, как только Шершенёв почувствовал страх и боль. Спасая хозяина, зверёк разодрал шею особи, почти отделив безглазую голову от склизкого тела.

Завопив от боли, Арсений поднялся на ноги. «Не до конца! Ещё! Ещё!» — из ниоткуда возникали реплики внутреннего голоса в голове. Но эти мысли оказались бессильны перед тем животным испугом, что овладел Шершенёвым. По виварию метались два других волкообразных мутанта. «Эфбэбэшники» стреляли по ним, но никак не могли попасть. Одна особь с разорванными дробью щупальцами и снесённой выстрелом головой лежала ничком. Рядом с ней на полу в кровавой луже валялось изуродованное тело лаборанта. Его будто бы скрутили, подобно тряпке при отжиме воды — во многих местах обломки костей пропороли кожу и одежду. Из ран торчали порванные мышцы и даже смятые органы.

Арсений скулил, плакал от боли, но ковылял по коридору в сторону холла. Страх давал силы. Никто из спешащих к виварию оперативников не в силах был его остановить — даже если бы попытался, как ему казалось. Ему хотелось уйти подальше от того места, куда звал ставший чужим голос в его голове — тот твердил: «Стой! Вернись! Стой! Ещё не всё!» и вновь и вновь посылал ему в мысли образ вивария, в котором волкообразный мутант выгрызает ему глаза своими выкидными пастями.

Шершенёв захлопнул за собой дверь, подошёл к электрощитку и сделал пять длинных нажатий на кнопку. Раздался механический лязг — в двери сработал блокиратор.

Больше в голове не возникало мыслей извне. Арсений медленно вышел из подсобки на платформу, неуклюже спустился на пути и побрёл в темноту тоннеля. В сознании всё запуталось, будто тот, кто занимал его голову, оставил после себя полнейший беспорядок. Шершенёв снова и снова думал, что нужно закрыть дверь, но потом спохватывался, что уже сделал это. Он помнил, что идёт куда-то, где есть решётки, но нет покрытых слизью уродцев. Там он найдёт обезболивающее… в аптечке с красным крестом.

В неизвестный для Арсения момент времени он отключился и рухнул прямо на пути — затем ему почудилось, что его несут чьи-то мохнатые лапы. Разлепив веки, Шершенёв обнаружил себя на полу в тёмном помещении, плохо освещаемом тусклым красным светом. Вокруг него двигались силуэты странных зверей, но на всех них были либо шерсть, либо чешуя, либо хитиновый покров. Ни одного склизкого существа рядом. На полу рядом с Арсением валялось множество перевязочных пакетов, индивидуальных аптечек, какие-то папки с документами и даже клочки одежды — всё, что имело на себе символ красного креста.

Шершенёв вскрыл ближайшую к нему индивидуальную аптечку и нашёл там заветный анестетик. После расслабляющего укола Арсений нашарил в аптечке комплексный антибиотик и антисептик. Капсулу он проглотил, а порошок из пакетика высыпал на раны на бёдрах. Потянувшись к бинту, Шершенёв истратил последние силы — не успев наложить повязку, он распластался на полу и провалился в забытьё.

Глава 3. Находка

Огромное пространство вивария осталось позади. Булат точно не знал, куда ушли мутанты после того, как он запустил какую-то программу на терминале, но догадывался. Тварей было не видно и не слышно, а значит, они ушли с подземного уровня «восьмидесятки». Путь отсюда лежал только на поверхность. Булат слышал, что конструкция отсеков с монстрами предполагала способ их быстрой доставки наверх. Но это наверняка был аварийный план, который не предусматривал, что у всех клеток откроются «чёрные ходы» в момент, когда ни один мутант не будет обездвижен снотворным. Так казалось. Да, натворил дел…

Когда они проходили мимо камер среднего размера, Булат отмечал открытые ниши в полу — пути эвакуации для мутантов этого типа проходили где-то внизу в подполье. Булат надеялся, что они ушли вслед за гигантами, а не затаились в лабиринте каналов у него под ногами. Он старался гнать мысли, что в любой момент тишину опустевшего вивария может нарушить треск раздираемого перекрытия, или что снизу кто-то пробьёт плиту лапой и схватит его за голень. Боёк и Сухарь выглядели спокойными. «Даже к лучшему, что они знают меньше, чем я», — решил Булат, подходя к широкой двери выхода из «Блока №3».

На платформе было пусто. Мёртвая тишина висела в воздухе. Пути пустовали, и, как троица не напрягала слух, ничего похожего на движение по тёмному тоннелю никто не слышал. Булат заметил на стене что-то, похожее на старый коммуникационный аппарат. Приблизившись, он увидел телефонную трубку, подключённую к небольшой коробке, и надпись сверху: «Связь с диспетчерской». На том конце провода царила тишина.

— Да ёппп! — Булат швырнул трубку в стену.

— Молчат? Чё делать будем? — негромко произнёс Боёк.

— Транспорт нужен! Я ни хера не понимаю, где мы и где арсенал, — раздражённо ответил Булат, но его голос с каждым словом становился спокойнее.

— А терминал? — вставил Сухарь. — Может, там есть внутренняя связь?

Булат поднял брови, но тут же их опустил.

— Может, и есть, а может, и нет. Хрен с ним, давай попробуем.

— Идём обратно? — удивился Боёк.

— А есть идеи получше? — развёл руками Булат.

— Нет. Идём, — устало выдохнул товарищ.

Предыдущий опыт спокойного прохождения вивария насквозь немного приободрял, но простая, но не озвученная мысль, что за время, пока они были на платформе, какая-нибудь тварь могла вернуться на подземный уровень, испортила настроение всем троим. Во всяком случае, Сухарь и Боёк посмотрели на вход с кислыми минами на лицах.

***

Булат нашёл встроенную в терминал функцию коммуникации. Нажал на значок рации на сенсорном экране — открылся список других пунктов связи на подземном уровне базы. Подключение к центральному узлу длилось несколько минут — на том конце никто не принимал сигнал.

— Может, нет там никого? — размышлял вслух Боёк.

Значок вызова на экране в этот момент изменился.

— Это центральный. Кто со мной говорит? — донеслось из встроенных в терминал динамиков.

— Блок номер три. Я — старший оперативник Булатов, корпус ФББ.