Чувствующий принцип
Юйсун У
Чувствующий принцип
Чувствующий принцип
Книга и сборник эссе
У Юйсун
2026
От автора
Рождение «Чувствующего принципа» само по себе есть живое свидетельство самопорождения «Чувствующей системы» — оно не только несёт в себе нити истоков мысли, но и запечатлевает духовный путь моих десятилетий как «чувствующего человека». Начало этой траектории всегда озарено образом отца.
В семидесятые годы прошлого века я был ещё подростком, и отец часто беседовал со мной о сокровенных смыслах науки. Эти разговоры преодолевали междисциплинарные границы: от динамической логики «кибернетики» до строгих выводов «математической логики», а затем до внутренних механизмов жизнедеятельности и движущих сил поведения. Каждая беседа, словно семя, тихо западала мне в душу, пробуждая первобытное любопытство: «как жизнь ощущает и почему действует?»
Помню, однажды вечером, когда я учился в восьмом классе, я пошёл с отцом в общественный туалет (тогда я привык ходить за ним — за его спиной был весь мой мир) — в доме не было ни уборной, ни водопровода — мы проходили лестничный пролёт, как он вдруг остановился и спросил: «Ты когда-нибудь думал о таком: идёшь ночью по лестнице, думаешь, что уже достиг ровного места, а под ногой внезапно пустота; или готовишься шагнуть на следующую ступень, а нога опускается на твёрдую землю — что ты чувствуешь в это мгновение?» Он не ответил прямо, а лишь сказал: «Это необъяснимое „неудобство” и есть то, как тело разговаривает с самим собой». Этот внезапный перепад на ступеньке, словно первобытная насечка, ещё до того, как я усвоил какую-либо теорию, запечатлел правду «несоответствия ожидания-ощущения» в моём сознании. Этот отцовский вопрос в ночи открыл для меня первую дверь в чертог «чувствующего».
Хотя впоследствии я занимался исследованием и разработкой авиационных электронных систем, мой взгляд всегда оставался прикован к глубинной логике поведения живого. Исток этой настойчивости — искра мысли, посеянная отцом посредством деталей повседневности и переводческого труда. Он был первым переводчиком в нашей стране «Спортивной биомеханики» и первым переводчиком учебника «Биомеханика» по заказу Пекинского института физической культуры после начала реформ и открытости. Более того, он сам познакомил меня с учением Джеральда Эдельмана. Для меня он перевёл «Нейронный дарвинизм», «Вспомненное настоящее» и составил «Синтетическое нейронное моделирование» — три неопубликованных перевода; хотя они и не являются официально признанной эдельмановской «трилогией», в моём мире мысли это незаменимая «частная трилогия» — отец пером и тушью проложил лестницу, ведущую меня в глубинный путь к чертогу «чувствующего».
После выхода родителей на пенсию они переехали из Ханчжоу в Пекин, и взаимопроникновение наших мыслей стало ещё глубже. Я стал помощником отца в переводческих делах: помогал сверять литературу, связываться с авторами, был свидетелем того, как он одного за другим переводил на китайский язык физиологию движений Н. А. Бернштейна и вероятностное прогнозирование И. М. Фейгенберга. Те неопубликованные переводы, хотя и не получили распространения в мире, стали самой драгоценной духовной пищей, связывавшей отца и сына, незаметно влив строгость русской физиологической школы в самые основы моей мысли.
В 2020 году отец ушёл из жизни. Я подхватил его незавершённый огонь мысли и продолжил переводить оставшиеся труды школы Бернштейна и Фейгенберга, а также системно переводил «теорию функциональных систем» П. К. Анохина, «Путём устной мысли» Эдельмана и классические рассуждения П. В. Симонова и Юрия Вяземского (отца и сына) о «потребностях и эмоциях». Когда переводческие дела на время затихли, я вступил в этап «Возвращения» и интеграции мысли — поднялся к истокам: от Ивана Сеченова до «Очерков физиологии» Франсуа Мажанди и, наконец, достиг «Чувствующего принципа», предложенного Робертом Уиттом в 1751 году. Для этого я собственноручно перевёл его «О витальных и других непроизвольных движениях животных».
Именно в таком «Вспомненном настоящем» я завершил этот «Чувствующий принцип». Он не только монолог души «чувствующего человека», но и непрерывно текущая река мысли — берущая начало в одном отцовском вопросе в ночи и в длинной лестнице, проложенной его переводческим пером, проходящая через мой рост в переводе и размышлении и наконец впадающая в вечное вопрошание об ощущении жизни.
Сегодня я облёк это «Вспомненное настоящее» в текст. Так называемое «Вспомненное настоящее» в рамках «чувствующего» есть именно то, как «Чувствующая система» вливает все прошлые «следы „ощущение-поведение”» в нынешний поток ощущений и творческую динамику и тем самым активно конструирует единое и живое «настоящее». Оно является и правдивым отражением моей личной мысли — в нём глубоко запечатлена заложенная отцом тональность мысли, непрерывно звучащая на фоне; и тем основным способом существования всякой «чувствующей» жизни, который пытается описать эта книга — от смутного «фона» к ясному «переднему плану», от обволакивающего «ощущения» к определённой «теории». И вот — дар:
Эту книгу я посвящаю моему дорогому отцу. Это он переводческим пером проложил лестницу и ввёл меня в чертог мысли; жизнью как зеркалом показал сущность «чувствующего»; сопровождением как светильником озарил мужество поиска. Для меня он — и отец, основа жизни; и учитель, ведущий к мудрости; и друг, соратник на пути к истине. Эта связь «и отец, и учитель, и друг», этот огонь мысли, переданный самой жизнью, сам по себе есть яркий луч в чертоге «чувствующего».
В заключение поясню: «Чжунгуань» (кит. 忠贯, «верность пронизывает насквозь») — имя моего отца; «Юйсун» (кит. 逾松, «превосходить сосну») — мой псевдоним. Оба имени восходят к одному отцовскому девизу: «Верность пронизывает Великое Небо, а нравственная стойкость превосходит сосну и бамбук». Имя отца взято из начала первой половины, мой псевдоним — из слов «превосходить сосну» во второй половине. Поэтому в «Юйсун» слышится и отцовский завет, и образ сосны, которую превосходит нравственная стойкость. Я также хотел бы посредством этого образа пожелать, чтобы мысль «Чувствующего принципа» оставалась вечнозелёной, как сосна и кипарис, и с течением времени обновлялась; и, подобно крепкому сегменту бамбука, была стойкой и несгибаемой.
У Юйсун
Осень 2025 года, Пекин
Email: jyw2004@126.com
Введение: революция парадигмы
В долгом пути исследования тайн разума мы подобны мастерам, рисующим тени: тщательно измеряем их форму, записываем их изменения, но слишком много внимания уделяем самим теням. Великая тень, именуемая «сознанием», своей расплывчатостью и философским грузом долго препятствовала реальному продвижению науки. Теперь пора обернуться и взглянуть в лицо той сущности, которая отбрасывает тень, — самой жизни, живой Чувствующей системе.
Эта книга призвана провозгласить и построить совершенно новую метатеоретическую рамку: Чувствующий принцип. Столкнувшись с тупиком, в который зашла современная наука о разуме в онтологическом лабиринте вопроса «что такое сознание», мы предлагаем коренное изменение исследовательской стратегии: не увязать в водовороте философских спекуляций, а вернуться к непосредственным фактам живого ощущения. Этот поворот не отрицает прежних исследований и не призывает к простому накоплению всё новых экспериментальных данных, но предлагает наукам о жизни, оказавшимся в ловушке между изобилием данных и разорванностью теории, метатеоретическую рамку, способную интегрировать существующее знание и вернуться к подлинному ощущению жизни.
Эта исходная точка укоренена в глубоком истоке мысли. Она восходит к «Чувствующему принципу», предложенному в XVIII веке Робертом Уиттом, и обретает конкретное физиологическое содержание благодаря Ивану Сеченову, развиваясь в «системные чувства» — то внутреннее целостное ощущение «благополучия или неблагополучия во всём теле» (комфорта или дискомфорта). Системные чувства раскрывают, что деятельность разума глубоко укоренена в физиологических процессах поддержания жизни: сигналы голода, жажды и т. п. являются коренным основанием, побуждающим к поведению и поддерживающим жизнь. Наш ключевой шаг вперёд на этой основе состоит в том, что системные чувства должны включать «повторное ощущение», возникающее после интегративной интерпретации нервной системой внутренних и внешних сигналов, образуя тем самым фундаментальный «цикл „ощущение-поведение”». Ощущение побуждает деятельность (включая внешнее соматическое поведение и внутреннюю нервную деятельность), а результаты деятельности (будь то изменение внешней среды или формирование новых внутренних нервных связей) посредством механизма «Возвращения» порождают новые ощущения, и цикл не прекращается. Именно это на уровне теоретического построения воплощает «Вспомненное настоящее», раскрытое Джеральдом Эдельманом, — вплетение следов истории мысли в творчество настоящего, порождающее новую и единую объяснительную картину.
Ключевое прозрение Чувствующего принципа состоит в том, что жизнь есть никогда не прекращающаяся система «цикла „ощущение-поведение”». Эта система поддерживается тремя базовыми напряжениями: оборонительным (целостность границы), наступательным (баланс энергии) и симпатией (продолжение ритма), причём их приоритет таков: оборонительное > наступательное > симпатия, что отражает различия в неотложности угроз существованию и выражается в асимметрии ценностной оценки: отрицательное > положительное. Жизнь несёт врождённое ощущение системы ценностей (диффузную ценностную базовую линию), данное эволюцией. Путём накопления опыта формируется приобретённое ощущение системы ценностей, которое во «Вспомненном настоящем» постепенно проясняется до конкретного предвосхищающего ощущения. Когда немедленное ощущение вступает в конфликт с предвосхищающим ощущением, возникает несоответствие ожидания-ощущения, которое запускает цикл и становится предельным двигателем обучения, адаптации и роста. Динамическая сущность всей системы — «поток» и «изменение»: все напряжения и ценности подобны постоянно сосуществующим подводным течениям, интенсивность которых преобразуется в непрерывных колебаниях и переплетениях.
На краеугольном камне трёх базовых напряжений Чувствующая система посредством итераций и усложнения цикла постепенно порождает три взаимопроникающих эволюционных уровня, образуя структуру «трёх уровней и девяти категорий»: витальный слой (безопасность/территория, питание/ресурсы, сексуальность/размножение), социальный слой (групповая принадлежность, иерархический статус, альтруистическая привязанность) и познавательный слой (исследование, игра, религиозное познание), — все они пронизаны трёхмерной динамикой: оборонительной, наступательной и симпатией. Они не являются статичными разрозненными единицами, а представляют собой спиралевидно восходящий процесс порождения, различаясь лишь текущим соотношением концентраций трёхмерной динамики в потоке жизни.
Чтобы системно развернуть эту рамку, три основные главы книги соответственно излагают: от врождённого рефлекторного замкнутого контура к основанию системных чувств; от ощущения к тонкой дифференциации и выбору поведения; а также порождение социального и познавательного слоёв из жизненного взаимодействия. Три приложения поддерживают её реконцептуализацией, эмпирическими прозрениями и генеалогией мысли, совместно возводя теоретическое здание Чувствующего принципа.
Конечная цель этого путешествия — вновь сосредоточить свет науки на той тёплой, сияющей и постоянно самостроящейся сущности — живой жизни. Чувствующий принцип рождён именно для этого.
Глава первая. Врождённая основа
Рефлекторный замкнутый контур и системные чувства
Величественное здание разума возводится не на пустоте, а укоренено в самой первоначальной и самой фундаментальной чувственной реальности живого существа. Прежде чем обратить взгляд на волны эмоций или первые проблески сознания, мы должны сначала вернуться к истоку всякого опыта — к тем глубинным силам, которые побуждают жизнь и поддерживают её существование. В этой главе мы исследуем корни этих сил, то есть базовые жизненные напряжения, которые мы называем «мета-ощущениями», и покажем, как посредством врождённых замкнутых контуров они образуют «первый толчок» к рождению вселенной разума.
1.1 Мета-ощущения: три базовых напряжения
Живая система поддерживает своё существование посредством трёх базовых напряжений:
Оборонительное напряжение (целостность границы): сигнал тревоги против вторжения, повреждения и распада, побуждающий к поведению, устраняющему угрозу. Его мета-ощущения включают боль, тошноту, ощущение удушья.
Наступательное напряжение (баланс энергии): жажда восполнения при недостатке, дефиците и истощении, побуждающая к поведению, направленному на добывание ресурсов. Его мета-ощущения включают голод, жажду, усталость.
Напряжение симпатии (продолжение ритма): тенденция к цикличности, слиянию и обновлению, побуждающая к циклическому (во времени) слиянию и размножению. Его мета-ощущения включают сонливость, половое влечение, позыв к опорожнению.
Эти три напряжения образуют базовые измерения жизненной динамики. Они не являются изолированными точками ощущений, а представляют собой диффузные, первичные способы, которыми жизнь побуждает себя к взаимодействию с миром. Все внутренние состояния и внешнее поведение живого существа могут найти в этом динамическом силовом поле свои первоначальные векторы.
Эти три напряжения имеют ясную приоритетность: оборонительное > наступательное > симпатия. Такая иерархия проистекает из различий в неотложности разных угроз для продолжения жизни: нарушение границы немедленно прекращает жизнь, истощение энергии приводит к быстрому прекращению жизни, а нарушение ритма хотя и вредит здоровью, но жизнь всё ещё может поддерживаться довольно долго. Поэтому эволюция сформировала глубинный порядок этой приоритетности.
В механизме ценностной оценки это выражается так: отрицательная ценностная оценка > положительная ценностная оценка. В борьбе за существование избежать опасности важнее, чем получить награду; цена забывания одного успеха — потеря одной возможности, цена забывания одной опасности — возможная потеря жизни. Эта асимметрия пронизывает все уровни жизни и является глубоким отпечатком жизненной мудрости.
1.2 Классификация мета-ощущений и врождённые замкнутые контуры
На основе трёх базовых напряжений мы можем систематически классифицировать основные мета-ощущения и раскрыть их врождённые, целенаправленные замкнутые контуры поведения.
Оборонительные мета-ощущения
Боль: сильный сигнал тревоги о повреждении тканей, побуждающий к отступлению и защитному поведению. Когда ноцицептивные стимулы активируют болевые рецепторы, на уровне спинного мозга немедленно запускается сгибательный рефлекс, заставляющий конечность быстро удалиться от источника повреждения. Замыкание этого контура — не просто завершение движения, но успешная регуляция системных чувств: болевой сигнал устранён, оборонительное напряжение снижается. Тошнота: сигнал тревоги о попадании токсинов или нарушении функции внутренних органов, побуждающий к поведению, направленному на извержение (рвоту). Рвотный рефлекс посредством сильного сокращения мышц живота и диафрагмы выводит содержимое желудка наружу, тем самым снимая угрозу. Ощущение удушья: крайний сигнал тревоги о недостатке кислорода в крови, побуждающий к очищению дыхательных путей и глубокому вдоху. Кашлевой рефлекс и борьба направлены на восстановление проходимости дыхательных путей и обеспечение подачи кислорода.
Наступательные мета-ощущения
Голод: сигнал снижения уровня глюкозы в крови и опорожнения желудка, побуждающий к поиску пищи и пищевому поведению. Поисковый рефлекс новорождённого (поворот головы на раздражение щеки) и сосательный рефлекс образуют самый первоначальный замкнутый контур получения энергии. Жажда: сигнал повышения осмолярности внеклеточной жидкости, побуждающий к поиску воды и питьевому поведению. Усталость: сигнал истощения АТФ и накопления метаболических отходов, побуждающий к отдыху и сну.
Мета-ощущения симпатии
Сонливость: сигнал циркадных ритмов и потребности во сне, побуждающий к засыпанию. Половое влечение: сигнал периодических изменений уровня половых гормонов, побуждающий к ухаживанию и спариванию. Позыв к опорожнению: сигнал наполнения мочевого пузыря или прямой кишки до порога, побуждающий к выделительному поведению.
Эти замкнутые контуры — это нервные цепи, предустановленные живой системой в ходе эволюции, самые прямые и прочные связи между ощущением и действием. Они гарантируют, что на самом базовом уровне жизнь способна безотказно реагировать, обеспечивая поддержание собственного существования.
1.3 Системные чувства: общая репрезентация жизненного фона
Помимо конкретных мета-ощущений, то «смутное валовое чувство», описанное Сеченовым, — то есть «чувство общего благосостояния» или «чувство общего недомогания», — представляет собой именно общее системное фоновое состояние, сформированное после интеграции всех вышеупомянутых напряжений мета-ощущений.
Оно не является независимым ощущением, а представляет собой целостный поток изменений динамического равновесия или дисбаланса всех мета-ощущений. Когда неприятные напряжения, такие как голод, боль, усталость, имеют низкую интенсивность, а удовлетворение, комфорт и подобные ощущения доминируют, система являет фон «благополучия», и жизненная сила получает приток; напротив, когда интенсивность множества неприятных напряжений возрастает и сохраняется, системный фон переходит в «неблагополучие», побуждая индивида к более фундаментальным корректирующим действиям.
Это фоновое чувство есть динамическое поле силы: все напряжения мета-ощущений продолжают существовать, различие лишь в «высокой интенсивности» или «низкой интенсивности». «Благополучие» означает, что сила всех напряжений находится в приемлемых пределах; «неблагополучие» означает, что сила некоторых напряжений превысила порог.
Это и есть общая оценка Чувствующей системой собственного состояния существования. Оно образует динамическое поле силы, становясь глубинным морским дном, на котором все конкретные напряжения внутри системы могут всплывать как «доминирующие» или отступать как «фон».
1.4 Сущность мета-ощущений: нарушение и калибровка врождённого ощущения системы ценностей
Боль, голод, тошнота и другие мета-ощущения обычно понимаются как простые сигналы нарушения гомеостаза. Однако при рассмотрении с точки зрения глубинной динамической структуры Чувствующей системы они раскрывают более фундаментальный принцип: всякое «неблагополучие» проистекает из «несоответствия ожидания-ощущения». Чтобы понять это, необходимо сначала ввести краеугольное понятие «врождённое ощущение системы ценностей».
Врождённое ощущение системы ценностей: ценностная базовая линия, данная эволюцией
Прежде чем индивидуальная жизнь начнёт своё путешествие опыта, её система не является чистым листом. Живое существо врождённо несёт набор внутренних ценностных базовых линий относительно своего «должного состояния», сформированный в ходе эволюции на протяжении сотен миллионов лет и глубоко запечатлённый в генах. Этот набор базовых линий не является конкретными образами или ясными ожиданиями, а представляет собой диффузный, ценностный эталон баланса напряжений, составляющий «врождённое ощущение системы ценностей» живой системы.
Оно проявляется главным образом в:
Ценностная базовая линия параметров гомеостаза: идеальные точки равновесия и допустимые диапазоны колебаний температуры тела, артериального давления, концентрации глюкозы в крови, осмолярности жидкостей тела и т. п. являются эволюционно предустановленными «ценностными стандартами».
«Ценностный центр притяжения» баланса трёх базовых напряжений: оптимальное синергетическое состояние трёх базовых динамик — оборонительной (целостность границы), наступательной (баланс энергии) и симпатии (продолжение ритма) — составляет глубинную ценностную направленность функционирования системы.
Ценностная склонность к закономерности и причинности: нервная система врождённо склонна искать паттерны и закономерности в сенсорном входе, инстинктивно настораживаясь при полностью случайном шуме или событиях, нарушающих обычный физический порядок. Это ценностная склонность, а не конкретное ожидание.
Врождённое ощущение системы ценностей — не «ожидание», а «ценностная базовая линия»: не ожидание того, «каким будет», а ценностное основание для суждения о том, «каким должно быть», а не цель действия.
Это врождённое ощущение системы ценностей есть сгусток «успешного опыта», выкованного видом в борьбе за существование на генетическом уровне; оно даёт каждому новорождённому существу первоначальную самонаправляемость (самоориентацию) выживания.
Мета-ощущения как «несоответствие ожидания-ощущения»
Когда непосредственное состояние живого существа отклоняется от вышеупомянутой эволюционно предустановленной ценностной базовой линии, немедленное ощущение и врождённое ощущение системы ценностей вступают в фундаментальный конфликт.
Боль: немедленное ощущение (повреждение тканей) резко нарушает врождённую оборонительную ценностную базовую линию («ткани должны быть неповреждёнными»). Голод: немедленное ощущение (снижение глюкозы в крови, нехватка энергии) постоянно нарушает врождённую наступательную ценностную базовую линию («уровень глюкозы в крови должен быть в норме»). Ощущение сонливости: немедленное ощущение (длительное отсутствие сна, нарастающая усталость) постоянно нарушает врождённую ценностную базовую линию симпатии (продолжения ритма) («следует отдыхать в соответствии с ритмом»).
Таким образом, врождённое «неблагополучие», обозначаемое мета-ощущениями, по своей сути есть именно самое первоначальное и сильное «несоответствие ожидания-ощущения», запускаемое при серьёзном несовпадении немедленного физиологического ощущения с «врождённым ощущением системы ценностей».
На этом этапе система ещё не сформировала ясного «предвосхищающего ощущения» (например, «я должен пойти искать пищу»). Несоответствие ожидания-ощущения — это лишь неопределённое чувство неблагополучия, побуждающее систему запустить поведенческое исследование. Предвосхищающее ощущение постепенно проясняется в процессе поведенческого исследования на основе «следа „ощущение-поведение”» посредством «Вспомненного настоящего».
Мета-ощущения существуют не по принципу «либо есть, либо нет», а всегда присутствуют с различной интенсивностью: лёгкий голод означает, что интенсивность ощущения системы ценностей наступательного баланса энергии слегка повышается; сильный голод означает, что интенсивность значительно возрастает и становится доминирующей; крайний голод означает, что интенсивность подавляет все остальные напряжения.
Этот взгляд привязывает принцип «несоответствия ожидания-ощущения» к самому нижнему уровню жизни: жизнь с самого начала своего существования есть система, несущая ценностную базовую линию; её самое фундаментальное «неблагополучие» проистекает из отклонения от ценностной базовой линии, данной эволюцией. Это закладывает единый логический краеугольный камень для понимания всех приобретённых сложных неблагополучий.
1.5 Краеугольные камни построения модели мира: другие врождённые замкнутые контуры «ощущение-поведение»
Помимо мета-ощущений, непосредственно обслуживающих гомеостаз, живое существо располагает также рядом важнейших врождённых механизмов «ощущение-поведение», предназначенных для построения первоначально стабильной, операциональной модели мира и создания сцены для более сложных взаимодействий.
Зрительная ориентация и слежение: врождённая чувствительность к движущимся объектам в поле зрения побуждает глаза автоматически следовать за движущимся объектом (например, за лицом матери). Это закрепляет и идентифицирует потенциальные цели в окружающей среде (добычу, партнёра или угрозу) и является визуальной основой исследовательского поведения. Ориентировочный рефлекс на новизну: любопытная настороженность к внезапным, новым или неопределённым стимулам побуждает к внезапному повороту головы, расширению зрачков, направлению органов чувств к источнику стимула, приостановке телесной активности. Это исследовательская оборонительная реакция, приостанавливающая текущую деятельность для оценки потенциального значения нового стимула (угроза это или возможность?), и отправная точка обучения и адаптации. Химические чувства и инстинктивное избегание-предпочтение: врождённая симпатия или антипатия к определённым запахам вызывает отвращение к запаху гнили (нахмуривание, отворачивание головы) или предпочтение сладкого и молочного запаха (сосание, приближение). Это врождённые ценностные метки среды, непосредственно направляющие к выгоде и уводящие от вреда, химический аванпост оборонительной безопасности/территории и наступательного добывания питательных ресурсов. Проприоцепция и регуляция позы: непосредственное ощущение положения конечностей, мышечного тонуса, равновесия тела побуждает к сосательному рефлексу, хватательному рефлексу, рефлексу шагания, регулировке равновесия. Это строит схему тела, поддерживает эффективную поведенческую позу и является пространственной основой всякого целенаправленного действия.