Стюардесса для миллионера

Глава 9. Ревнивец и защитник

В середине рейса один из пассажиров поднялся со своего места. Мужчина лет сорока, в дорогом костюме от известного бренда, с идеально уложенными волосами и запонками из белого золота на манжетах. Его взгляд и манера держаться сразу выдавали в нём человека, привыкшего к лёгкому успеху с женщинами. Настоящий охотник, высматривающий свою добычу. Он направился ко мне, покачивая головой в такт своим шагам.

— А можно кофе? Но только если вы лично принесёте, — произнёс он, нагло уставившись на мою грудь и сопроводив свои слова пошлым подмигиванием.

— Конечно, — ответила я дежурной улыбкой, стараясь не выдать своего раздражения. — Одну минуту, пожалуйста.

— Вы тут новенькая, да? А строгая, будто уже отдаёте приказы, — не унимался он, явно наслаждаясь своей «остротой». — Я не против поиграть с такой куколкой!

— Кофе с молоком? — спросила я, стараясь перевести разговор в рабочее русло.

— Если принесёте вы, хоть с солью! — его тот стал ещё более развязным, а ухмылка — шире.

Я с трудом сохраняла профессиональное выражение лица. Развернулась и направилась за кофе, стараясь идти спокойно и уверенно, хотя внутри всё кипело от возмущения. Этот тип явно считал себя подарком!

Внезапно я почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Обернулась — и встретилась глазами с Марком. Он сидел в кресле, откинувшись на спинку, лицо почти ничего не выражало, но глаза… Они смотрели на меня — чётко, внимательно, пронзительно — ждали, что же я сейчас предприму?

По позвоночнику пробежал холодок. Что-то во взгляде Марка заставило меня замереть. В нём не было ни осуждения, ни одобрения — только чистое наблюдение. Ну почему именно он не попросил меня принести этот чёртов кофе?

Вернувшись, я поставила чашку с кофе перед назойливым пассажиром и стиснула зубы, чтобы случайно не обругать его.

— Спасибо, красавица, — протянул нахал, снова пытаясь поймать мой взгляд, и провёл ладонью по моему бедру.

Я лишь кивнула и поспешила уйти подальше. Его поведение было настолько вызывающим, что другие пассажиры начали бросать на него неодобрительные взгляды.

Снова поймав взгляд Марка, я заметила, как приподнялась его бровь. Будто он задавал безмолвный вопрос: «И как часто с вами такое происходит, Ирина?»

Я отвернулась, стараясь сосредоточиться на работе, но каждый раз, проходя мимо бизнес-класса, чувствовала, что Марк изучает мои движения, реакции, эмоции. Этот рейс был невыносимо долгим. И не только из-за расстояния между точками маршрута.

Я направлялась к бизнес-классу с подносом напитков, когда всё тот же неприятный тип поднялся со своего места. Он стоял у прохода, явно дожидаясь меня, и не сводил с меня своего липкого взгляда. Его ухмылка была настолько самодовольной, что мне захотелось врезать ему подносом.

— О, какая встреча! — пропел он, откровенно разглядывая меня с головы до ног. — Куда так спешите, красавица?

Я постаралась обойти его, натягивая улыбку:

— Прошу прощения, мне нужно работать.

Но он не двинулся с места, продолжая загораживать проход. Его глаза нагло скользили по моей фигуре, а пальцы нервно теребили галстук.

— Не беспокойся о работе, — протянул он, делая шаг ближе. — Я заплачу тебе пятьсот тысяч, если уединишься со мной в туалетной кабинке.

Я онемела от такой наглости и, слегка толкнув прилипалу плечом, попыталась пройти мимо. Но он оказался быстрее. Его потные пальцы вцепились в мою талию, и прежде чем я успела что-то понять, он уже тащил меня в сторону туалетного отсека.

— Пойдём, поболтаем в более уютной обстановке, — прошипел он мне на ухо.

Я пыталась сопротивляться, но его хватка была железной. В салоне никто не замечал происходящего, будто все разом ослепли и оглохли. Должно быть, этот козёл занимал высокую должность!

— Отпустите меня немедленно! — закричала я, голос прозвучал жалко и слабо.

И тут произошло то, чего я никак не ожидала. Резкий рывок — и мерзкие пальцы разжались. Кто-то оттащил этого типа от меня. Я обернулась и увидела Марка. Его лицо было непроницаемым, но в глазах полыхала такая ярость, что даже нахалу стало не по себе. Присутствие Марка всегда действовало на меня как разряд электричества. Высокий, невозмутимый, с особенной манерой держаться. Даже его тень казалась угрожающей.

— Прошу прощения, — его голос звучал тихо, но агрессивно. — Что здесь происходит?

Нахал попытался сохранить самодовольную мину:

— Я всего лишь хотел познакомиться…

— Тогда присаживайтесь. И не мешайте персоналу выполнять свою работу, — отрезал Марк, его глаза сверкнули злостью.

— Но я… — начал было пассажир.

— Садись, — приказал Марк и, прижав нахала к стенке за горло, показал ему визитку со своим именем. — Ещё раз тронешь её — пожалеешь.

Пассажир побледнел и нервно сглонул — очевидно, понял, с кем связался, — а потом прошёл на своё место, бормоча что-то невнятное. Марк же, не говоря ни слова, подвёл меня к креслу и тихо произнёс:

— С вами всё в порядке?

Я кивнула, дрожа от пережитого ужаса, и в этот момент поняла — между нами что-то изменилось.

— Спасибо, — прошептала я, не смея поднять глаза.

— Не за что, — ответил он, глядя куда-то мимо меня. — Я просто слежу за порядком на борту.

— Не каждый мужчина способен на такое, — вырвалось у меня.

Он чуть приподнял бровь:

— Верно, я далеко «не каждый мужчина». Значит, для вас я особенный?

Я кивнула, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, но Марк, как назло, развернулся и направился к своему креслу, оставив меня растерянно стоять в проходе. Пассажиры вокруг делали вид, что ничего не произошло, уткнувшись в экраны планшетов или разглядывая виды за иллюминаторами. Но я-то знала — они всё видели. И это было ужасно неловко!

Оглядевшись, я отошла к служебным дверям, прислонилась к прохладной металлической поверхности и закрыла глаза. Сердце колотилось как сумасшедшее. Никто и никогда не защищал меня так… решительно.

В салоне было тихо. Только монотонно гудели приборы и шуршал кондиционер. Женя заметила моё смятение и встала рядом.

— Что сказал Марк? — спросила она, внимательно глядя на меня.

— Да так, про порядок на борту… — пробормотала я, уткнув взгляд в пол. — Хорошо, что он поставил на место того козла!

— Это точно! — усмехнулась Женя. — Так ты из-за Марка вся красная? Серьёзно?

— Похоже, что да, — я прижала ладонь к груди. — Он такой... мужественный. Я же говорила тебе, что отец ушёл, когда мама носила меня в животе. Она много работала, старалась дать мне всё, но… физической защиты, мужского плеча рядом — этого очень не хватало. Других девочек возили на пикники, катали на спине, танцевали с ними на школьном выпускном вечере…

— Поэтому ты дала себе слово не влюбляться?

— Да, наверное, да…

— Я из благополучной семьи, но понимаю тебя, — вздохнула Женя. — Знаешь, мой отец — военный. Он редко бывает дома, а когда всё-таки бывает — так орёт, что приходится спасаться юмором! Одно время я твердила себе, что спокойнее жить без мужчин. Но мне повезло с мужем. Вадим очень чуткий творческий человек. Он музыкант. И тебе обязательно повезёт.

— С Марком?

— Ну не знаю, — засомневалась Женя. — Не нравится он мне.

— Я… — я с трудом сглотнула ком в горле. — Я каждый раз сдаюсь и падаю в его объятия, позволяя себе то, чего не должна.

— Между вами точно проскочила искра, — констатировала Женя. — Он никогда не защищал стюардесс. Скорее, заботился о том, чтобы они не опозорили его перед важными пассажирами.

— Не говори так, — прошептала я. — Мне страшно.

— Мы летим на огромной высоте. А опасное притягивает опасное, — подмигнула Женя. — А ты, смотрю, любишь острые ощущения.

Я покачала головой, но в глубине души понимала — она права. И эта мысль пугала и возбуждала одновременно.

Остаток рейса прошёл как в тумане. Я постоянно поглядывала на Марка — он больше не смотрел в мою сторону. Снова глупые игры?

Алина, проходя с подносом в бизнес-класс, шепнула мне на ухо:

— Что, облом? Он позвал меня. А я предупреждала!

— Ты вроде куда-то спешила? — огрызнулась я.

Катя, как всегда, пришла на помощь:

— Алина, хватит. Марк Радченко — владелец всей авиакомпании. А ты — стюардесса. Естественно, он попросил тебя принести кофе.

Алина надменно хмыкнула и ушла в бизнес-класс, виляя бёдрами.

На какое-то время я задумалась, а потом снова посмотрела на Марка. Моё сердце замерло, когда я увидела, что Алина, эта самодовольная стерва, поднесла чашку к его лицу, предлагая ему отпить кофе. Она изогнулась так, что её грудь едва не касалась его лица.

Марк сделал глоток, и на его губе осталась кофейная пенка. Алина, изображая невинность, тут же подскочила с салфеткой, кокетливо улыбаясь и стирая пенку с его рта. Он что-то тихо сказал ей, и она залилась смехом, будто услышала самую остроумную шутку в своей жизни.

Я надеялась, что на этом представление и закончится. Но Алина устроилась на подлокотнике кресла — юбка задралась, обнажая ноги в дорогих чулках. Марк, будто забыв о приличиях, провёл рукой по её бедру. И тут случилось то, от чего у меня внутри всё оборвалось — он повернулся и посмотрел прямо на меня.

В его взгляде читалась такая явная насмешка, что у меня перехватило дыхание. Он всё знал. Знал, что я наблюдаю. Знал, как это меня задевает. Как я ревную, как страдаю от этих его игр.

Ярость поднялась во мне горячей волной, затуманив рассудок. Слёзы навернулись на глаза, но я не позволила им пролиться. В такие игры ты играешь, значит? Решил поиздеваться надо мной? Ну уж нет! Хватит!

Оставшийся полёт превратился в пытку. Каждая минута тянулась бесконечно. Как только самолёт коснулся земли, я схватила Женю за руку и пробормотала что-то про плохое самочувствие. Вылетела из самолёта, будто за мной гнались все дьяволы преисподней. Пусть развлекается со своими Алинами. Мне такое не нужно. Никогда больше не позволю себе так унижаться. Женя была права — не стоило с ним связываться.

Я вызвала такси, но не успела добежать до дома сухой — небо разверзлось, и на землю обрушился ливень. Крупные капли барабанили по зонту, а я бежала к подъезду, не разбирая дороги. Мокрая насквозь, я влетела в квартиру — и дождь, казалось, идеально соответствовал моему разбитому состоянию.

Простуда не заставила себя ждать. Целую неделю я пролежала с температурой, мучаясь от озноба и головной боли. В бреду лихорадочных мыслей постоянно вертелся один и тот же вопрос: «Марк сейчас с Алиной?» Хотя какая разница? Он ведь даже не пытается меня найти, не звонит, не пишет…

Вечера были особенно тяжёлыми. Я лежала в полутьме, глядя в потолок, и пыталась убедить себя, что мне всё равно. Но сердце предательски сжималось при мысли о Марке и моей неосторожности. О, можно подумать, если бы в жизни кого угодно появился красивый, богатый и умный мужчина они бы не сошли с ума от чувств! Разве кому-то хочется упустить такой шанс и потерять столь ценный экземпляр?

И вот, поздно вечером, когда я почти смирилась с этой болью, пришло сообщение от неизвестного отправителя: «Нужно встретиться. Ресторан «Примавера», пятница, два часа дня».

Был понедельник — до пятницы оставалось три дня. Хорошо, что мама работает в ночную смену и не видит моего глупого лица.

«Кто это пишет?» — набрала я ослабшими пальцами.

«Тот, о ком ты сейчас думаешь. Я точно знаю, что думаешь, не отрицай…» — незамедлительно пришёл ответ.

Губы дрожали, когда я перечитывала эти слова.

Кто это? Марк? Почему именно сейчас? Зачем? Вопросы роились в голове, но ответа не было. Оставалось дождаться утра. Кто знает, что сулил новый рейс!

Глава 10. Моя грусть и Стас

Наконец я выздоровела и вышла на работу. Первым делом показала Жене то загадочное сообщение.

— Смотри, — я протянула ей телефон. — Что думаешь?

Женя внимательно прочитала текст.

— Сто процентов Марк, — уверенно заявила она. — Больше некому.

— Говоришь, он так и не появился за всю неделю, пока меня не было, — вздохнула я. — Словно испарился.

«Игра в кошки-мышки», — предположила Женя. — Выходит, он летал с нами из-за тебя. А я уже было размечталась, что нашу команду отметило начальство, и нам всем раздадут по премии!

Мимо прошла Алина, демонстративно игнорируя нас.

— Смотрите-ка, наша королева надулась, — хмыкнула Женя.

— Может, Марк её отшил? — предположила я.

— Точно! — Женя хлопнула себя по лбу. — Я же забыла сказать! После того, как ты выбежала из самолёта, Марк рванул за тобой. Он даже чашку с кофе впопыхах опрокинул. Алина потом пыталась строить ему глазки, но он стал раздражительным и отправил её вытирать пол. Так и сказал: «Убери за собой!»

Слушать это было большим облегчением, а видеть искажённое злостью лицо Алины — тем приятнее. Сама влезла — сама виновата, стерва!

Прошло ещё два рейса, но Марк не появился. Ни в списках пассажиров, ни на борту, ни в коридорах аэропорта. Словно его стёрли ластиком из моей жизни.

— Может, в авиакомпании какие-то проблемы? — как бы между делом спросила Женя, встречая заходящих в салон пассажиров.

Я резко подняла глаза:

— С чего ты взяла?

— Да так, — пожала плечами Женя. — Просто интересно, почему Марк пропал. Он всегда преследовал тебя, а тут…

— Не все вертится вокруг Ирины, — в разговор неожиданно вклинилась Алина. — Здесь много самолётов, а стюардесс вообще пруд пруди! Выбирай любую!

Я проигнорировала её колкость и вошла в салон — да, кресло Марка было занято тучным лысоватым мужчиной в бордовом пиджаке. На его пальцах красовались золотые кольца. Интересно, кто сейчас так одевается? Хорошо, что этот бандит не подзывал меня, зато откровенно распускал руки с Алиной. На её лице отпечаталось отвращение — и держалось до конца рейса. Единственный раз, когда я не позавидовала её вызывающе-яркой искусственной красоте.

Весь рейс я пыталась убедить себя, что без Марка даже лучше. Легче дышать, проще работать, не приходится краснеть при случайной встрече взглядов.

Но становилось только хуже.

Мир словно потерял краски. Небо за иллюминатором было серым, пассажиры — шумными, привычный гул двигателей раздражал. Кофе казался безвкусным, любимые фильмы не радовали, а музыка, которую я обожала, теперь звучала фальшиво. Всё напоминало о нём — случайный жест пассажира, запах парфюма в салоне. Я машинально выполняла свою работу, но внутри была пустота.

Ночью снились странные сны — будто Марк протягивал руку, а я никак не могла за неё ухватиться. Просыпалась в холодном поту, глядя в тёмный потолок, и понимала, что скучаю. Скучаю по его черным глазам, по тому, как он наблюдал за мной. И чем больше я пыталась забыть его, тем сильнее страдала. Даже Эдик не осмелился донимать меня придирками.

Следующим утром я притащилась на работу словно зомби — с тёмными кругами под глазами и ватной головой. Ноги будто налились свинцом, а в глазах стояла мутная пелена, сквозь которую проступали знакомые лица коллег. Автоматически переоделась, натянула улыбку. Стюардесса-робот. Разве не этого от меня ждут?

— Ты сама не своя, — заметила Женя во время перерыва. — Может, стоит забыть Марка?

— Легко сказать, — пробормотала я, глядя в иллюминатор. — Завтра пятница, вот и узнаем.

— Ты о странном сообщении? — уточнила Женя. — Осторожно, вдруг это маньяк. Хотя, маньяк не позовёт в дорогой ресторан. Марк определённо боится своих чувств, вот и занимается ерундой. Нет бы прямо поговорить!

Я ненавидела себя за то, что не могу просто забыть его. За то, что до сих пор думаю о нём, представляю наши встречи, вспоминаю его взгляд, его прикосновения. Но больше всего я ненавидела то, как сильно он изменил мою жизнь, даже не находясь рядом.

— Ты всё ещё ищешь его глазами? — спросила Женя.

— Кого?

— Не притворяйся. Я вижу, как ты сканируешь толпу. Сегодня он не полетит, это точно.

Я сжала губы и промолчала. Потому что возразить нечего.

После смены Женя буквально силком потащила меня в уютное кафе неподалёку от терминала. Маленькое красное заведение с приглушённым светом и пьянящим ароматом ванильного сиропа всегда притягивало персонал. Здесь было тепло, шумно и тесно — идеально, чтобы хоть немного отогреться изнутри.

Я опустилась на мягкий чёрный диванчик. Женя тут же плюхнулась рядом, уперев руки в бока.

— Сейчас ты выпьешь какао и перестанешь думать о загадочном короле авиалиний, — напористо произнесла она, сверкая глазами. — Ир, я серьёзно. Ты как наркоманка, честное слово!

Я хотела возразить, но осеклась, потому что действительно вела себя как зависимая.

— Вот именно, — кивнула Женя, словно прочитав мои мысли. — И сейчас тебе нужно вспомнить, что у тебя есть выбор.

Очень своевременно к нашему столику подошёл мужчина. Высокий, статный, с копной светлых волос, в пилотской форме, подчёркивающей широкие плечи. Его лучезарная улыбка сразу располагала к общению. А глаза — пронзительно-голубые, с озорными искорками — быстро обежали меня с головы до ног. На вид ему было около тридцати.

— Девушки, можно? — его голос был мягким, приятным.

— Стас, — устало протянула Женя. — Давай в другой раз…

— В чём дело? — он обезоруживающе улыбнулся. — Я просто хочу познакомиться.

Стас просканировал меня взглядом. Прямо как мама — я называла эту суперспособность рентген-зрением.

— Ты новенькая, да? Гордеева?

Я кивнула, чувствуя, как теплеют щёки.

— У тебя самый прокурорский взгляд, который я видел за всю карьеру, — рассмеялся он.

— Правда? — я невольно выпрямилась.

— Шучу, — сказал Стас. — О тебе ходит столько слухов.

— Каких, например? — нахмурилась Женя.

— Интересно? — он наклонился чуть ближе. — Тогда освободите местечко для меня!

Женя нехотя убрала сумочку, и Стас уселся напротив.

— У нас всё разносится быстро, — улыбнулся он. — Особенно, если кто-то понравился начальству.

Я напряглась, чувствуя, как Женя рядом фыркает.

— Не нервничай, — шепнула она мне. — Ничего он не знает.

— Эй! — Стас поднял руки в притворной обиде. — Пару недель назад я лично слышал, как Марк Радченко отдавал приказ своему помощнику Сергею.

— Какой ещё приказ? — удивилась я.

— Разузнать о тебе всё, подогнать своё расписание под твой график, — ответил Стас и облокотился на столик. — Вы обе будете что-нибудь пить? Я оплачу!

Подумав, я кивнула, Женя — тоже. Стас продолжал улыбаться — открыто, обаятельно. Но… внутри ничего не ёкнуло. Ни искорки, ни волнения, ни напряжения, которое я чувствовала рядом с Марком. Стас рассказывал о рейсах — живописно, с подробностями, можно было представить каждую деталь. Он описывал забавных пассажиров, непредсказуемые турбулентности.

Женя иногда вставляла реплики, заботливо спрашивая о моём настроении и украдкой поглядывая на часы. Она явно хотела отвлечь меня. Я пыталась слушать, отвечать, улыбаться, но мысли постоянно ускользали куда-то вдаль.

— Кстати, теперь я в вашей команде! — радостно сообщил Стас. — — Меня недавно перевели.

Он пожелал мне удачи и, попрощавшись, ушёл.