Его рука крепко меня схватила.
– Аксель… – Все его тело содрогнулось в предсмертной конвульсии, кровь толчками потекла изо рта, после чего тело его обмякло.
– Нет, нет! – Слезы заливали все, что я видел. Ярость и боль окутала мой разум. Ненависть поглотила душу. Я отпустил Анда на пол и бросился к Чистильщику.
– Тварь, сейчас ты мне все расскажешь. – Я опустился к лежащему бойцу, извивающемуся от боли, и схватил его за раненое плечо. Вытащив нож из раны, я засунул в отверстие два пальца. Он застонал и попытался вывернуться. Скинув с него шлем, перед мной открылось его лицо. Он был уже не молод.
– Кто вас заказал? Отвечай! – Я еще сильней сжал хватку, пальцы еще глубже вошли в рану. Замычав он еле слышно произнес.
– Это, не твоего ума дело.
– Ах, не моего значит, сейчас ты у меня запоешь.
И он запел. Все, чему я научился, работая палачом у Шведа, было испробовано на нем. В какой-то момент я думал, что он не расколется, но он был человеком и долго терпеть у него не вышло.
Правда оказалась горькой и жестокой, Чистильщиков наняла женщина. Женщина, мужа которой я заставил отречься от своего имущества. Заплатила она, как оказалось, с денег, которые я оставил ей и её детям. Однако шокировало то, что доказательства и улики на меня передал Швед.
Он предоставил верховному аппарату все, что только имелось на меня. Где я живу, как и с кем я общаюсь, он передал все улики на меня, он указал им на мое слабое место. Он рассказал им об Анде, о том, что он являлся единственным близким мне человеком.
Закончив с бойцом, дел у меня в квартире, как и в доме, не было. Перед тем как выйти я в последний раз взглянул на труп друга. Накрыв его простыней, я навсегда ушёл из того места.
************
Путь я держал в тот ресторан, где впервые увидел Шведа. Весь нижний «Эдэм» как будто вымер. Переходы между блоками были пусты, а магазины закрыты. Видимо, они узнали, что на уровне работали Чистильщики, никто не хотел вставать у них на пути.
Я был абсолютно один и никто не мешал сгорать моему сердцу в безумной, неистовой ярости, которую я испытывал к «Эдэму» и всем его жителям.
Подходя к ресторану, я решил не церемониться. Двух охранников у самого входа прошило несколько лучей, пущенных из лазерной винтовки. Немного постояв у входа, я наблюдал, как корчатся в агонии эти два человека. После чего спокойно вошёл внутрь.
Внутри меня уже ждали. Не успела дверь за мной закрыться, как тут же в место, где я стоял, полетели лавины свинца. Спрятавшись за одной из колонн, я бросил две гранаты в сторону стреляющих. Это поубавило их прыть. Я стрелял точно, каждый выстрел находил свою живую мишень. Когда последний охранник упал замертво, главный зал превратился в руины. Они знали, что я приду. В ресторане не оказалось людей непричастных к делам синдиката.
Зайдя за угол, где был главный кабинет Шведа, в мою сторону полетело два картечных выстрела. У меня еле получилось от них увернуться, и все-же несколько свинцовых шариков впились в мою грудь. Два выстрела и двое лучших людей Шведа упали замертво с простреленными головами.
Тяжело дыша, я стоял у входа в кабинет. Оставалось теперь только зайти внутрь. Сердце бешено колотилось в груди, разгоняя по телу огромные дозы адреналина. Собравшись с мыслями, я открыл дверь.
В нос ударил сильный запах спирта. Швед сидел за столом и смотрел на меня не отводя взгляд. Я поднял пистолет, чтобы его убить. Увидев это Швед заговорил.
– Ты – не человек. Нет, ты не можешь им быть. – Он отпил из бутылки, стоявшей на столе, несколько больших глотков. – Не пытайся даже пробовать стрелять. К моему сердцу подключен маленький детонатор. Стоит только перестать биться моему сердцу, произойдет взрыв.
Я ухмыльнулся.
– Мне все равно. Я не боюсь смерти.
Лицо Шведа перекосило в гримасе ненависти.
– Монстр, ты даже хуже, чем мы все вместе взятые.
– Не тебе судить. – После чего я нажал на курок.
Пуля вошла точно в переносицу. Голова Шведа резко дернулась назад, пуля прошла на вылет, забрызгав стену остатками того, что раньше было мозгами. Прошло несколько секунд, после чего весь блок поглотил огонь.
************
Тьма поглотила меня. Потом была пустота. Я думал, что умер, но потом стал слышен голос, человек что-то невнятно бубнил про себя. Вместе с ощущениями пришла безумная боль. Голова раскалывалась, все тело зудело и чесалось.
Кто-то разрезал мою руку. Открыв глаза, я быстро схватил руку с ножом. Даже не смотрев в сторону человека, я вывернул кисть с ножом и направил её к горлу человека. Удар пришёлся, чуть ниже подбородка, лицо в белой маске захрипело и сползло на пол.
Вскочив на ноги, я осмотрелся. Я был в морге, а точнее в блоке, где производили вскрытие трупов. Вокруг стояло несколько столов, но которых лежали тела, накрытые белыми простынями. Вдоль стен стояли длинные шкафы в которых находились другие тела. В блоке было холодно.
Мои руки и тело в нескольких местах были разрезаны, раны уже затягивались. В местах, где были ожоги, кожа начала облезать. Под коричневой коркой уже начинала виднеться молодая розовая кожа.
Посмотрев на тело в белом халате и маске, внутри меня что-то защемило. Врач не был ни в чем виноват. Смотря на безжизненное тело, я поклялся себе всегда избегать бессмысленных смертей. Больше я не буду убивать невинных.
С этой мыслью я стал искать какую-либо еду. Дико хотелось есть, живот урчал и мешал думать. Левый глаз заплыл и плохо видел, правая нога сильно пострадала и онемела.
Выйдя из операционной, я направился прямо по коридору. Блок был довольно большим, но мне повезло и никого на своем пути я не встретил. Побродив по коридорам, в итоге я набрел на небольшое помещение, как я понял, это была раздевалка. Порывшись в металлических шкафах, мне удалось кое-как одеться. Также я нашел какие-то объедки.
Как только головная боль улеглась, а голова начала думать, мне ничего не оставалось, как воспользоваться идеей Анда. Он мечтал сбежать с «Эдэма» и путь был только один, бежать на Землю. Нужно было вступить в ряды так называемых «Исследователей», по сути они были смертниками. Туда принимали всех, кто хотел. Но никто не слышал, что бы хоть одна экспедиция возвращалась.
Найти выход оказалось нетрудно. Возле выхода в комнатке сидел охранник, верный своему слову, я не стал убивать его. Как только он потерял сознание, я отпустил удушающую хватку и вышел на улицы «Эдэма». Как оказалось, прошло три дня после взрыва. Весь «Эдэм» был взволнован эти событием, всюду сновали патрули. Режим еще больше усилили, люди ходили с опущенными головами и все время осматривались.
Я залег на дно в трущобах. Несколько дней понадобилось моему организму, чтобы полостью восстановиться. Вся обгоревшая кожа слезла, а раны затянулись. Весь свинец из моего тела вытащили еще в морге. Все тело было покрыто шрамами и рытвинами.
Денег, что Анд прятал по строй привычке, хватило на взнос для вступления в ряды «Исследователей». Потом меня ждали испытания и тестирования. Мне повезло, им не хватало людей для следующей экспедиции.
По официальной версии мы летели для научных целей: нахождение материалов, проверка состояния почвы после войн. Но по факту это была банальная разведка для выяснения положения дел на Земле и грабежа того, что еще можно было украсть. Как сказали на инструктаже, за последние пятьдесят лет, еще не одна экспедиция не смогла вернуться.
В день вылета я в последний раз прошелся по трущобам. Я радовался, что в последний раз вижу это место. Даже если я умру, то хотя бы больше не буду видеть эти места. Знакомые места опечалили меня и вогнали в грусть, все мне напоминало об Анде. Сделав небольшой круг, я направился к корпусу отправки.
На Землю нас летело пятеро. Нам выделили одноразовый челнок, который что и мог приземлится и, возможно, вернуться обратно. К моему удивлению нас довольно неплохо экипировали, на всех были среднего уровня защиты костюмы, но нам не дали оружия. Также нам дали сумки с оборудованием, которое нужно было установить на Земле.
В челнок я зашел последним. Капсула для пассажиров была довольно тесной, все сидели крайне плотно друг к другу. Мое место было по середине прохода напротив входа.
Как только поручни упали на наши плечи, двигатели загудели под днищем. Весь челнок задрожал, после чего он тронулся. Мы хорошо чувствовали, как входим в атмосферу Земли. Обшивка затряслась, дикий гул заглушил все звуки. Нас вдавило в кресла, несколько моих спутников, не выдержав перегрузки, потеряли сознание.
В тот момент казалось, что челнок развалиться на части, но внезапно он перестал трястись. Двигатели заработали плавно. Это означало, что мы летели в воздушном пространстве Земли.
Все расслабились, ожидая мягкой посадки, но тут резко челнок затрясся. Вокруг стали слышны хлопки и взрывы. Все задергались на своих местах, пытаясь поднять поручни с плеч. Над нами замигали аварийные лампы.
– Вот, – Кричал один из сидевших справа от меня. – вот почему никто не возвращался. Они подставили нас! Они нас подставили! – Парень бился в панике, впивался ногтями в мягкую обивку поручня.
Сразу после его слов левый борт челнока разорвало от попадания снаряда. Внутрь ударил шквальный ветер, создавая всепоглощающий шум. Нас начало раскручивать как в центрифуге, все смешалось. Оборудование отрывалось и улетало в открывшуюся пробоину. После этого последовал сильный толчок. Челнок содрогнулся, меня дернуло и сознание мое потухло.
Очнулся я от ощущения дикого жара, который исходил откуда-то с боку. Сверху меня прижимал кусок обшивки корабля. Двигаться мне мешал не только кусок обшивки, но и крепления, которое плотно прижимало меня к креслу.
Как бы я не пытался выбраться, у меня ничего не выходило. Как вдруг кто-то извне пришел мне на помощь, отодвинув кусок, две пары рук помогли мне выбраться наружу.
Мне, жителю поднебесного «Эдэма», никогда не видевшего неба и бескрайних простор Земли, было тяжело принять то, что передо мной открылось. Я был счастлив и взволнован. Части нашего челнока были разбросаны по полю, на которое мы упали, но нигде не было видно тел. Небольшая опушка с деревьями, усыпанными желтой листвой, горели от попавшего туда двигателя.