Дело N…

Он говорил чуть сбивчиво, заметно нервничая, как будто не был до конца уверен в том, правильно ли отвечает на вопросы. И сейчас Арина понимала, почему.

… Назаров приходит каждый год, но один раз. В мае. Прямо как повинность какую отбывает…

Она выключила телевизор и снова взялась за телефон. Быстро зашла на форум поисковиков, открыла тему с поиском Инны и внимательно прочитала одно из первых сообщений.

«Внимание, штаб начинает работу 5 мая в 22:00

Место штаба: Рязанский городской Дворец детского творчества

Форма одежды: город/лес.

Огромная просьба к поисковикам! Пожалуйста, отписывайтесь в формате: ник + пеший/авто + район выезда + РВП. Спасибо!»

Сразу за этим сообщением началась перекличка участников отряда. Арина безнадёжно вчиталась в странные ники – Перевёртыш, Багира, Лихо, Ладога, Мандаринка, Восток – и остановилась на том, который казался слишком очевидным, чтобы можно было от него отмахнуться.

Кузнец.

Арина открыла несколько предыдущих тем, удостоверилась, что ни в апреле, ни в марте Кузнец на поиски не выезжал, и откатилась на год назад. Зашла в первый майский поиск и резко выдохнула, прочитав на первой же странице: «Кузнец, пеший, центр, готов сейчас!»

А потом она прочитала заголовок темы, и ей стало ещё сильнее не по себе.

«6 мая, девушка 17 лет, Спасский р‑н. Найдена, жива!»

Ни в одной соседней теме Кузнец отмечен не был.

Арина открутила форум ещё на год назад. Уже почти не сомневаясь, открыла тему с заголовком «7 мая, девушка 16 лет, г.Рязань. Найдена, жива!», и вновь увидела сообщение «Кузнец, пеший, готов».

Ещё три года, и Арина дошла до знакомой наизусть темы поиска Ирины. Отложила телефон, обхватила себя за плечи и уставилась невидящим взглядом в окно. Казалось, от неё ускользает что‑то важное.

Пятое мая в этом году. Девочка, пятнадцать лет.

Шестое в прошлом. Девушка, семнадцать лет.

Седьмое мая в позапрошлом. Девушка, шестнадцать лет.

Первое мая три года назад. Девочка, пятнадцать.

Ещё минус год – третье. Семнадцатилетняя.

Пять лет назад – четвёртое. Девушка, шестнадцать.

И шесть лет назад – Ирина. Пятое мая. То же число и даже тот же день недели, воскресенье.

«Кузнецова Ирина Николаевна, 16 лет, г.Рязань.

5 мая ушла из Дворца детского творчества и не вернулась»

В этой теме никакого Кузнеца ещё не было, но Арина помнила: Влад и тогда крутился вокруг отряда, пытаясь принимать участие во всём, в чём только мог.

Преступник всегда возвращается на место преступления, – пронеслась в голове нелепая мысль.

И сразу вслед за этим Арина догадалась, что ещё может объединять все темы помимо загадочного Кузнеца, месяца, региона, пола и возраста потеряшек. Она открыла календарь, проверила каждое из чисел и поняла, что догадка оказалась верной – день недели тоже совпадал.

Воскресенье.

Каждый раз это было воскресенье.

Первое воскресенье мая.

Всё действительно повторяется. Повторяется уже не в первый раз.

Арина вонзила зубы в собственный кулак, чтобы не закричать. Усилием воли загнала растущий ужас в дальний угол сознания.

Истерить нельзя. Не время для эмоций.

Телефон дяди по‑прежнему не отвечал. Арина с раздражением отбросила его на заднее сиденье автомобиля и едва успела изобразить более‑менее нейтральное выражение лица, когда пассажирская дверь распахнулась.

– Не ожидал, – сказал Влад.

Помедлив пару секунд, он всё‑таки занял место рядом с Ариной и напряжённо улыбнулся. Она вернула ему улыбку, плавно тронулась и после короткой паузы ответила:

– Решила внести свой вклад. Доставляю волонтёра к месту сбора.

– Собрав по пути все возможные пробки? – язвительно уточнил Влад. – Час‑пик, Ариш. Пешком я дошёл бы быстрее.

Она невольно усмехнулась:

– Кажется, ты не очень рад меня видеть.

– С чего ты… – Влад умолк на несколько секунд. – Прости. Я почти не спал ночью, и день какой‑то хреновый. Твой отчим со своими журналистами… менты два раза допрашивали… и вообще… Устал. Прости.

– Прощаю, – легко согласилась Арина. – А что не так с дядей Славой? Как я поняла, ты с ним общаешься даже больше, чем я. Ты ведь говорил, что он выбил тебе место для мастерской? Я же не путаю? Вы с ним прямо друзья.

– Это звучит так, как будто ты не решила, завидуешь мне или жалеешь.

– Хочешь, чтобы я тебя пожалела?

Влад не ответил.

Арина бросила на него косой взгляд:

– Кстати, ты вчера после турнира сразу остался во Дворце?

– Почему ты спрашиваешь?

Скажи мне, Влад! Просто скажи! – мысленно взмолилась она. Но Влад молчал, ожидая её реакции. И Арина заговорила:

– Не могу понять, как моему бывшему родственнику вообще пришло в голову использовать поисковиков для своего пиара. Думала, возможно, он увидел тебя с другими волонтёрами.

– А, нет, – с заметным облегчением ответил Влад. – Он давно уже знал, что я участвую в поисках.

Арина притормозила на перекрёстке.

– Кстати, какой у тебя позывной в поисковом отряде? – спросила она, не отводя глаз от светофора.

– Зачем это тебе?

Голос Влада снова стал напряжённым, и Арина с трудом удержалась от раздражённого вздоха.

– Кузнец? – стараясь говорить спокойно, подсказала она. – Я сегодня просматривала форум. Это же ты Кузнец?

Влад поморщился и недовольно буркнул:

– Да.

– Красиво, – сказала Арина, нажимая на педаль газа. – Это от профессии, да? Ювелир, мастер по металлу, кузнец?

– Не было у меня тогда никакой профессии, – с прорвавшейся злостью ответил он.

– Тогда почему Кузнец? – спросила она.

– Ты прекрасно понимаешь, почему.

– От фамилии Иры?

Влад нехотя кивнул, и его лоб как будто покрылся испариной. Но, возможно, Арине это только показалось.

– Звучит жутко, – призналась она. – Как будто… как будто ты так и не пережил ту историю.

– Я бы пережил, – отчаянно сказал Влад. – Я бы давно уже всё пережил и пошёл дальше, если бы…

Он замолчал и отвернулся к окну.

– Знаешь, – его голос стал совсем другим, надломленным и чуть ироничным, – в нашем городе есть одна интересная традиция…

– Какая? – спросила Арина, уже зная, какой услышит ответ.

– Каждый год… – Влад глубоко вздохнул, как будто давал самому себе время подобрать правильные слова. – Каждый год в мае очередная тупая… малолетка… уходит из дома. Каждый грёбаный год.

– И?

– И я каждый раз… каждый раз надеюсь понять, зачем они это делают…

Арина почувствовала, как сковавшее её напряжение начинает отступать – слова Влада звучали хорошо. Правдоподобно. Они объясняли его странный график. Ну а серьги, если хорошо подумать, и вовсе не имели никакого значения.

– Почему? – продолжал Влад. – Зачем? Чего им не хватает? Как… Как они могут… вот так? И не могу понять, Ариш. Никак не могу.

А я могу. Они просто… – хотела сказать она, но неожиданно у неё скрутило желудок.

Они просто малолетние мрази, которым наплевать на всех, кроме себя.

Привычная, удобная, ставшая почти что родной за эти годы мысль.

Ира – мразь. А сама Арина, её семья, близкие, Влад – жертвы. Но если… если вдруг её паранойя не совсем паранойя, то выходило, что всё наоборот.

– Кстати, не пережил это не только я, – прервал молчание Влад. – Ты тоже не похожа на человека, который понял, принял и простил.

– Я не думаю, что должна кого‑то прощать, – с горечью ответила Арина.

Он хмыкнул:

– Ты вообще не изменилась, Ариш. Вот вообще.

Она вздохнула и включила музыку, чтобы избавиться от необходимости отвечать. Кажется, Влад был этому рад, и за всё то время, которое ушло на продирание сквозь вечерние пробки, не произнёс ни слова.

Заговорил он только тогда, когда Арина припарковалась под аркой, ведущей во внутренний двор Дворца:

– Спасибо за доставку.

– Обращайся! – Арина старательно улыбнулась, хотя далось ей это с огромным трудом. Вид хорошо знакомого автомобиля отчима, занявшего второе свободное место под аркой, окончательно испортил ей настроение.

Влад вышел из машины и задумчиво огляделся по сторонам.

– Что‑то не так? – спросила она, вставая рядом.

Он тоже улыбнулся, и Арина прекрасно понимала, что в его улыбке не больше искренности и веселья, чем в её собственной.

– Всё так, но я…

– Но ты? – глядя ему в глаза, поторопила она.

Он резко выдохнул – словно решился на что‑то – и шагнул вперёд. Положил руки ей на плечи. Сжал.

На долю секунды Арине стало страшно, но Влад сделал ещё один шаг, прижал к стене, наклонился и впился в её губы – страстно, жадно, горячо, не оставляя ни малейшего шанса не ответить тем же, и её тело вышло из‑под контроля. Этот поцелуй был худшей вещью, которая только могла произойти. После всего, что Арина узнала, нужно было держаться на расстоянии и ни в коем случае… ни в коем случае… Но он был её мечтой – столько времени! Она влюбилась в него в тринадцать, смогла забыть только пару лет назад, и вот сейчас её мечта сбывалась. Слишком поздно и совсем не так, как ей хотелось, но он был рядом, снова целовал её, и она была не в силах его оттолкнуть.

Руки Влада опустились ниже. Одна ладонь легла на ягодицы Арины, а вторая каким‑то образом оказалась под футболкой, на голой коже спины, и уверенно двинулась вверх, посылая россыпь мурашек по позвоночнику.

Нет! Нет, нет, нет! Нельзя…

– Какие люди! – громко раздалось откуда‑то сбоку.

Влад застыл. Арина отпихнула его, торопливо одёрнула одежду и зажмурилась, сгорая от неловкости.

– Добрый вечер, Владислав Игоревич! Добрый вечер, Арина Васильевна! – с издёвкой продолжил мужской голос. – Надеюсь, я вам не сильно помешал?

Она сжала зубы и открыла глаза.

– Не сильно, – ответила она, выравнивая сбитое дыхание. Влад стоял в двух шагах, и к Арине постепенно возвращалось самообладание. – Здравствуйте, лейтенант… Дронов.

– Старший лейтенант, – спокойно уточнил тот.

– Мне пора, – смущённо сказал Влад. – Время… Я позвоню, Ариш.

– В штаб? – спросил Дронов.

– Да.

Арина, прикусив губу, посмотрела на Влада и кивнула. Он кивнул в ответ, развернулся и пошёл в сторону запасного входа Дворца.

– Зачастили вы сюда, Арина Васильевна, – заметил Дронов, доставая из кармана пачку сигарет. Сегодня он был почему‑то не в форменной одежде – простые серые джинсы, кроссовки, мятая футболка, поверх которой была надета наплечная кобура – и выглядел гораздо более усталым, чем в их предыдущую встречу.

– Вы тоже, – ответила Арина.

Дронов усмехнулся и, не отводя от неё глаз, неторопливо раскурил сигарету.

– Здесь не курят, – сообщила Арина.

– Какая незадача, – откликнулся Дронов, выдыхая дым.

Она фыркнула и покачала головой.

– Так вы, значит, пара, – наполовину утвердительно произнёс Дронов.

– Нет.

– Нет? – наигранно удивился он. – Значит, мне показалось, что вы тут собирались перейти к выполнению демографической программы?

– Мы не собирались! – возразила Арина.

– Как скажете, – с ухмылкой ответил Дронов.

– Как скажу? – возмущённо переспросила она.

Лейтенант сделал очередную затяжку, продолжая выжидающе наблюдать за Ариной, и она подумала, что более удобного момента может просто не быть. Вздохнула, достала из кармана телефон и, боясь передумать, быстро заговорила:

– Можно я вам кое‑что покажу? Я не понимаю, что это значит, это выглядит очень странно, и вы мне очень поможете, если проверите.

– Вы серьёзно, Арина Васильевна? Я похож на частного детектива? Нет, так‑то я не против, но это платная…

– Дослушайте, – попросила она. – В общем, сегодня я зашла на форум поисковиков.

Дронов отбросил сигарету в сторону и словно подобрался.

– Так. И что там?

– Вот… – Арина передала ему телефон с открытым на экране списком ссылок на найденные объявления о поисках девочек. – Посмотрите их, прямо по порядку. И вы всё поймёте.

– Я точно пойму, Арина Васильевна? – поинтересовался Дронов, нажимая на одну из ссылок. – Спасибо, что верите в меня, но мы, опера, люди простые и…

Он замолчал. Нахмурился. Быстро открыл все ссылки, пролистал темы и пристально посмотрел на Арину.

– Я читала форум и случайно заметила, – как можно небрежнее пояснила она.

Дронов поднял брови.

– Вы хотите сказать, – медленно заговорил он, – что видите связь между этими случаями и текущей ситуацией?

Арина кивнула:

– Да, разумеется. А вы не видите? Почти один и тот же возраст, месяц, день недели – это всегда первое воскресенье мая! Да даже их внешность! Всё повторяется!

Внезапно какое‑то смутное воспоминание скользнуло по краю её сознания. Она зажмурилась, пытаясь его поймать, но недавно испытанные ощущения от прикосновения горячей мужской руки к спине почему‑то забивали всё остальное.

Чёртов Влад!

– Не всё, – возразил Дронов, в упор глядя на Арину. – Но кое‑что действительно повторяется. Вы.

– Я? Что вы имеете…

– Прошло чуть больше суток, а вы, Арина Васильевна, успели засветиться… Так, я даже сходу не могу сосчитать, сколько же раз это было. Попробуем вместе?

Арина бросила на него ошарашенный взгляд. Дронов был совершенно серьёзным.

– … Сначала вы разговариваете с Инной, после чего она уходит в неизвестном направлении. Затем вы оказываетесь в числе волонтёров, осуществляющих поиски. Кстати, буквально только что нам сообщили, что именно вы обнаружили видеозапись, на которой есть Инна. Более того, потом вы отправились в ту точку и нашли неохваченные ранее камеры, записи с которых могут показать дальнейший путь девочки. А теперь даёте мне список аналогичных случаев прошлых лет.

– Но… Подождите, это что, плохо?

– Это странно, – сказал Дронов. – А ещё вы в отношениях с одним из наших фигурантов, приходитесь племянницей второму и падчерицей третьему.

Арина сделала шаг назад.

– Повторите, – с трудом выдавила она. – Про фигурантов. Вы… рассматриваете троих человек?

– Вы четвёртая, – любезно сообщил Дронов.

– Почему? – спросила Арина. – Какие у вас основания?

– Вы правда думаете, что я отвечу на этот вопрос?

Она промолчала.

– Очень милая эгоцентричность, – заметил Дронов. – Вы считаете, что мир вращается вокруг вас и что люди обязаны выполнять ваши прихоти и капризы, не так ли? Ну, в вашем возрасте и с вашей внешностью это простительно.

Арина хмыкнула:

– Вы ничего обо мне не знаете, но нарисовали мой психологический портрет. Здорово!

– Уверены, что ничего? – насмешливо спросил Дронов.

– Господи, да хватит уже! Просто найдите этих девочек и поговорите с ними. Пожалуйста!

– Вам когда‑нибудь говорили, что вы очень похожи на вашего отчима?

Неожиданная смена темы сбила Арину с толку.

– Похожа? – с недоумением переспросила она.

– Я говорю не о внешнем сходстве, нет. Но по характеру, речи, мимике…

– Не говорили, – отрезала Арина.

– Наверное, он воспитывал вас с раннего возраста?

Арина вгляделась в лицо Дронова.

– С семи лет, – осторожно ответила она.

– И в каких вы сейчас отношениях?

– Мне кажется, или меня опять допрашивают?

Дронов ухмыльнулся:

– Ну что вы, Арина Васильевна. Мы просто разговариваем. Я сейчас даже не при исполнении.

Арина демонстративно посмотрела на его кобуру, но решила не спорить, и вместо этого как можно миролюбивее сказала:

– Хорошо. Так вы проверите других девочек или нет?

– Проверю, – на выдохе пообещал Дронов. – Ещё какие‑то просьбы, пожелания или инсайды будут, Арина Васильевна?

– Нет, – ответила она, неизвестно почему чувствуя себя уязвлённой.

– Тогда… до свидания? – предложил Дронов, возвращая ей телефон. – Так, вы же вчера записывали мой номер? Не удалили? Перешлёте мне этот список?

– Перешлю, – вежливо согласилась Арина.

– Кстати, в ваших же интересах быть сейчас на людях, – уже разворачиваясь в сторону входа во Дворец, посоветовал ей Дронов. – И машину отгоните, нам нужен этот подъезд. Хорошего вечера, Арина Васильевна.

Она проводила его невидящим взглядом, снова пытаясь вытащить из своего подсознания промелькнувшее ощущение, казавшееся важным. А впрочем, было ли что вытаскивать? Возможно, это было как раз классическим дежавю – игрой уставшего мозга, который скомпоновал из обрывков реальности ложные воспоминания.