Актриса. Маски

— Я не… — Ада возмущенно вскинулась, но Майер поднял руку:

— Не кипятись. Ничего такого в этом нет, но я хочу знать, не вляпалась ли ты в нехорошее. Люди разные.

— Папа, я не хочу с тобой это обсуждать!

— А с кем хочешь? С мамой?

“Упаси!” — подумала Ада. Это будет театр одного актера на целую неделю, причем пьесу сыграют трагическую. Такого ее нервная система не выдержит.

— Чего ты хочешь, пап?

— Узнать, кто он. Как зовут?

— М-м-м… Стас.

— Фамилия?

— Похоже на допрос. Без адвоката отвечать отказываюсь.

— Я сейчас твой адвокат, дочь, хоть ты этого и не понимаешь. Итак?

— Папа… — внезапно Аде пришла в голову спасительная идея, — а давай я его приведу и со всеми вами познакомлю? Просто сейчас я уже опаздываю, зато потом у тебя будет вагон времени, чтобы его спросить обо всем на свете!

Александр заколебался. С одной стороны, его разумная девочка уже давно встречается с этим неизвестным Стасом, и до сих пор все было в порядке. С другой, когда он уже получил подтверждение романа, тревога за нее усилилась. Но и давить нельзя — еще встанет на дыбы, чего доброго, и уйдет из дома!

— Хорошо. Когда ты нас познакомишь?

У Ады отлегло от сердца.

— Сегодня поговорю с ним, и решим. Пока, пап! — она улыбнулась своей обычной улыбкой и выскользнула за порог.

Майер запер дверь и с минуту стоял понурившись. Дети вырастают, оперяются… Как же ему не хотелось этого! Здорово быть отцом — большим, умным и сильным. Самым лучшим и нужным. Но всему приходит конец. Да так быстро! Может, стоило уговорить жену родить еще? Был бы у него хотя бы один ребенок помладше, он легче переживал бы взросление старших.

***

Вот-вот на город должна была упасть тьма. Фонари стояли далеко не везде, а из имевшихся половина была выведена из строя местной гопотой. Прохожих становилось все меньше: с приближением ночи на улицы выходили совсем иные персонажи, сталкиваться с которыми никому из мирных горожан не хотелось.

Левашов включил свет в гостиной и сразу же вспомнил о скандальной женщине из дома напротив. Он бросил взгляд в ту сторону. Ишь ты, сынок злобной тетки на позиции: в светящемся желтым прямоугольнике окна застыл силуэт. Наверняка мальчишка стоит у подоконника, сложив на него локти и подперев ладонями лицо. Дыхание затаил, уши пылают — ждет… Станислав не смог сдержать смешок и весело подмигнул силуэту, а потом развел руками: извини, братан, на сегодня кино для взрослых кончилось.

Вспомнив об Аде, которая уж полчаса как убежала в душ, он вышел в коридор и чертыхнулся: она снова терлась у двери в одну из комнат, которую Стас всегда держал запертой.

— Все-таки интересно, что там у тебя? — спросила девушка.

На ней было только полотенце, обернутое вокруг тела и закрепленное на груди. Соблазнительно, даже очень. Ада вообще была потрясающе красива и свежа к тому же. Левашов почувствовал, как силы возвращаются, но внутренне приказал себе придержать коней. На сегодня хватит, у него еще есть дела.

— Там то, что тебя не касается, — он взял ее за руку и повел от двери. — Тебе не пора возвращаться?

— Я думала, что останусь на ночь, — пробормотала Ада и сделала расстроенное лицо.

Ей не хотелось уходить, тем более домой. Отец ведь обязательно спросит… Лучше предупредить Стаса.

— Мне пришлось рассказать папе о нас.

Левашов не сразу осознал услышанное, а когда до него дошло, воскликнул:

— С ума сошла?!

— Не кричи. Я не сказала всего. Только то, что тебя зовут Стас и ты из академии.

— Зачем вообще…?!

— Он нашел у меня ключи от твоей квартиры и догадался, что я с кем-то встречаюсь! Чего ты так нервничаешь? Я ведь могу соврать, что мы расстались.

— Будь добра.

Ада обиженно засопела. Стас удивился:

— Что такое? Неужто хотела представить меня семье? Представляешь, как на нас смотреть будут? Я же, поди, ровесник твоих родителей.

— И что? — она дернула плечиком. — В древности старики на девчонках женились.

— Я не старик, вообще-то. Но в глазах твоего папаши точно буду выглядеть похотливым пердуном.

Загадочно глядя на Левашова, Ада подошла к нему и прижалась всем телом. Он стиснул зубы. Надо же какая, не отлипает!

— Скажи, а ты мог бы на мне жениться? — спросила она. — Чисто теоретически?

— Ты точно сегодня не в своем уме!

Он отпрянул. Улыбка сбежала с лица Ады, она нахмурилась:

— Это твое отношение к браку в принципе или реакция конкретно на мое предложение?

— В принципе, — буркнул он. — Ада, что началось-то? Ты часом не… — у него перехватило дыхание. — Залетела, что ли?!

Ада недоуменно посмотрела на него, потом губы ее скривились в усмешке:

— Видел бы ты себя… В штанишки не наложил там? Спокойно, я предохраняюсь. От тебя же не дождешься.

Ей стало вдруг противно от всего этого: испуг Стаса, ее розовые очки, пошедшие трещинами…

— Просто… Просто была в жизни ситуация, — проговорил Левашов. — Мне не хотелось бы повторения.

— Какая ситуация? — живо заинтересовалась Ада. — Это связано с твоей секретной комнатой?

— Нет! — поспешно ответил Станислав. — Неприятно вспоминать. Но после того я не думал больше ни о детях, ни о женитьбе. Зачем?

— А зачем вообще люди женятся?

— Понятия не имею. Проблем себе хотят.

— Трудно не согласиться, — кивнула Ада.

Она присела на диван и принялась поправлять полотенце.

— Ты лучше оденься, — заметил Левашов и кивнул на окно. — В доме напротив живет сумасшедшая тетка, чей сын вечерами пялится в мое окно и наблюдает за всем, что здесь происходит. Она грозится заявить в милицию.

Ада хихикнула и скинула полотенце вовсе. Стас возмущенно погрозил ей кулаком, но не мог не отметить, что сложена девушка великолепно. Ему безумно нравились такие стройные, даже худенькие, тела, при этом не лишенные изящества и изгибов в нужных местах.

— Ты в кого такая красивая?

— В маму. Она у меня актриса.

— Да ты что! Кинозвезда?

— В театре играет. Но очень известна в своей тусовке.

Ни с того ни с сего Аде пришла в голову озорная мысль:

— Хочешь, сходим на ее спектакль? Познакомишься заочно.

— Не увлекаюсь театром… — поморщился Стас. Потом что-то щелкнуло в его мозгу, и он спросил:

— А твоя мать тоже Майер? И выступает под этой фамилией?

— Угу. Вета Майер. Может, все-таки слышал?

Левашов широко улыбнулся. Конечно, слышал! От Маргариты Потехиной на праздновании годовщины свадьбы Олеси и Сергея. Великая и ужасная Майер, отнимающая у Риточки шанс обрести славу…

— А давай сходим! — сказал он, и глаза Ады сверкнули. — Билеты достанешь или нужно купить?

— Достану, естественно. Иначе на что мне мать-примадонна? Ну так как насчет сегодня…?

Ада, по-прежнему обнаженная, улеглась на диван и закинула бесконечные ноги на его спинку. Вернее, только одну ногу, и Стасу тут же перестало хватать воздуха.

— Да какого ж черта… — простонал он, срывая с себя надетую было рубашку.

— Постой-ка, — Ада уперлась ладонью ему в грудь, удерживая на расстоянии. — Ты так и не сказал, что за женщина от тебя выбежала в тот день, когда я пришла, помнишь?

— Ты не спрашивала.

— Перестань, это Олеська, сестра моя.— Я не стану терпеть измены! — Ада угрожающе посмотрела на Стаса, но на самом деле внутренне боялась, что у него и впрямь есть еще одна любовница.

— Не знала, что у тебя есть сестра.

— Я говорил.

— Она очень красивая…

Левашов освободился наконец от одежды и придавил девушку всем весом, вжимая ее в диван.

— Я не хочу о ней говорить, она дура. Ты меня зачем распалила? Вперед!

Уже где-то в самый разгар, еле удерживая разошедшуюся не на шутку Аду, Левашов подумал, что сегодня соседский паренек точно не выполнит домашку…

ГЛАВА 13

— Привет, Золотницкая! Как жизнь?

Гриша догнал Ирину на крыльце перед дверью в лабораторию. Она сначала вздрогнула, когда он окликнул ее, но через секунду узнала и улыбнулась. Рябинин редко видел Ирину веселой и неожиданно для себя отметил, что улыбка ей идет, смягчая черты лица и будто бы освещая его. “Эх, — подумал он, — а в лабе она чаще серьезная, радуется только Левашову, но ему по барабану…”

— Доброе утро, Гриша, — ответила тем временем Ирина. — Все хорошо. Спасибо тебе.

— За что?

— Ну как? — она смущенно потупилась. — За деньги. Я верну, ты не сомневайся. Потихоньку, в два присеста, ладно? Сразу все не потяну, наверное.

— Не думай ты об этом, — Грише самому стало неловко: он не любил напоминать о долгах и подобные разговоры не жаловал. — Как выходные, что делала?

Рябинин всего лишь хотел перевести разговор на другую тему, но Ирина радостно принялась рассказывать о книге, которую начала читать. Гриша, как оказалось, ее читал тоже, поэтому радостно поддержал разговор.

Так, болтая, они направились в раздевалку, повесили на плечики куртки, потом друг за другом вошли в лабораторию и остановились как вкопанные: весело насвистывая танцевальную мелодию, у рабочего стола возился шеф собственной персоной.

— Станислав Константинович? — удивилась Ира, и Рябинин заметил, что она опять заулыбалась, только это была совсем другая улыбка — заискивающая, опасливая.

Он с жалостью поглядел на Золотницкую, а она уже вовсю крутилась возле Левашова, будто медицинская сестра, существующая в операционной исключительно для помощи хирургу.

***

— Значит, ты дашь Стасу денег? — спросила Олеся, подливая мужу кофе.

Сергей поднял голову, заглянул ей в лицо, протянул руку и бережным движением убрал выбившуюся прядку Олесе за ухо, потом провел пальцами по ее щеке, спустился к шее и чуть задержался над самой грудью, но ниже не пошел. Эта внезапная мимолетная ласка смутила Олесю. Она отвела взгляд, бросилась к кухонному столу и засуетилась там.

— Дам, дам, душа моя, — ответил Уваров, потягивая кофе и наблюдая за женой.

Он отметил и ее скованные движения, немного неуклюжие, отчего то ложка, то кофейник несколько раз чуть не оказались на полу, и то, как нервно она кусает губы и теребит передник. “Господи, Олеська, да что с тобой творится? Кто он такой, чем лучше меня?!” — черные мысли лезли и лезли в голову, и Сергей ничего не мог с собой поделать. Страшнее всего то, что она так и не сказала окончательно, остается или уходит. И если неделю назад Уваров еще мог допустить мысль о разводе, хоть уязвленное самолюбие и душило его, то сейчас отчетливо понимал: никому Олесю не отдаст — любит. Любит так, что простит ей все и все вытерпит. И кошку эту ее примет, и Стаса деньгами завалит. Только бы узнать, с кем изменила. А что будет после — об этом Сергей пока не думал.

Олеся наконец угомонилась и села. Сергей подвинул к ней чашку:

— А себе не налила. Поухаживать за тобой?

— Да я не хочу ничего… — она махнула рукой, и только сейчас Сергей заметил у нее на предплечье фиолетовый кровоподтек.

— Это что еще такое, Олеся?

Она накрыла синяк ладонью:

— Ничего.

— Кто это сделал?

— Никто.

Он не отрываясь глядел ей прямо в глаза, но она не дрогнула и не сдалась. Что ж, хорошо. Еще не вечер, все выяснится, и уж тогда каждый свое получит…

Затянувшуюся паузу прервал звонок телефона. Олеся с видимым облегчением сорвалась с места и унеслась в коридор, где стоял аппарат. Вскоре до Сергея донесся ее голос:

— Привет… Да… Нет… Зачем?.. Не знаю… Ну ладно, ладно… Во сколько?.. Договорились.

Трубка легла на рычаг, послышались шаги — Олеся возвращалась.

— Рита, — сказала она. — Странно, что в такой час — для нее рановато... Зовет в гости.

— Сходи, — Сергей пожал плечами. — Я же весь день в офисе, что тебе дома-то сидеть? Вернись только, ладно?

Он улыбнулся, Олесю же его шутка отнюдь не насмешила: в ее огромных темных глазах мелькнул страх.

***

Важенин сердился. Он сердито смотрел, сердито отвечал, сердито отхлебывал кофе. Андрей Савинов прекрасно чувствовал и понимал его настроение. Было на что сердиться майору: за несколько дней, которые он провел в служебной командировке, никаких особых подвижек по делу неизвестной, найденной в парке, не случилось. Личность ее так и не установили, потому что в розыск женщину с похожими приметами не объявляли, а демонстрация фотографии трупа окрестным жителям результатов не дала. Единственное, что удалось установить, — способ и орудие убийства совпадали с данными по Панасюк.

— Точно такие же удары в живот и по горлу, — докладывал Савинов. — И нож тоже кухонный, только другой какой-то.

— Разные… — пробормотал Важенин. — Странно. Если бы он готовил оба убийства заранее, то и ножей прикупил бы сразу несколько, да?

— Он? — переспросил Андрей.

— Или она! — с раздражением добавил Валерий. — Что, кстати, на этот счет эксперт сказал? Где вообще отчет?

Получив в руки документы, он углубился в чтение. В какой-то момент он наморщил лоб, потом поднял глаза на Савинова, и тот сразу же почуял неладное.

— Андрюша, — необычайно ласково произнес майор, — вы какую фотографию потерпевшей людям показывали?

— Дак эту… — замахал руками капитан, — Посмертную. Щелкнули, конечно, симпатично, чтоб не пугать народ.

— Так… А приметы в сводках какие искали?

Савинов захлопал глазами, еще не понимая, куда клонит майор.

— Ну… как какие… Черные волосы, голубые глаза, рост…

— А после прочтения отчета ничего скорректировать не захотели? — еще тише и ласковее спросил Важенин, а лицо его багровело на глазах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.