– Эх, жаль, гребень не догадалась прихватить, – посетовала на запоздалость дельной мысли Немира.
Не тратя час на болтовню, подружки принялись за сбор. Правда, Яринка поначалу ягоды только в рот себе клала, но потом все ж примкнула к Немире. Узелок наполнился, когда огненный диск еще только-только выкатился на бирюзовое небо. Обманчиво тихое утро обещало погожий день. Но лезущие в лицо мошки да тучка кричащих галок, едва не коснувшихся крылом головы, говорили яснее ясного: скоро дождь заглянет в гости.
– Пойдем домой уже, – заканючила Яринка. Но Немира и сама уже была не против возвращения. Ночных приключений ей седмицы на две хватит. А самое главное, русалок повидала. Жаль только, что сильно о том не расскажешь: стоит весточке до мамки долететь, так сидеть без боли не придется.
– Давай. Только малость передохнем.
Подружки высмотрели сухую полянку и уселись перевести дух. Солнце поднялось чуть выше, лаская лучами. Немира разомлела и развязала тесьму гарсета.
– Ой, а что это у тебя такое?
– Ничего, – девица спешно отвела руки Яринки и спрятала некстати выскочившую на обозрение подвеску.
– Как это ничего? А еще подружка называется!
– Ладно, гляди, – сдалась Немира. – Только о том – никому ни полслова. Мамка строго-настрого наказывала беречь от чужих глаз.
– Ой, красота-то какая! – восхитилась Яринка, разглядывая небольшой диск, в центре которого орел нес в когтях солнце. – Неужто из злата?! С ума сойти!
– Подумаешь, – пожала плечами Немира, – златой, не златой. Все равно никому показывать не дозволяется.
– Зачем тогда носишь?
– Мамка велела. Оберег это.
– Стало быть, примерить не дашь?
Немира покачала головой и спрятала талисман под одеждой, да еще для надежности косой прикрыла.
– А у меня вот, кроме медного колечка, серебряного перстенька с яхонтом, позолоченной гривны, трех пар сережек, бус из скатня[3 - Скатень – старинное название речного жемчуга.], бус из червеца[4 - Червец – старинное название граната.], янтарной подвески и дюжины шелковых лент, ничего и нет, – захлопала огромными глазами подружка.
Немира невольно потерла свою сережку-капельку:
– Ну, пошли, что ль?
– Ага, – взгляд Яринки все еще испепелял темную косу да гарсет, за которыми покоился оберег. – А знаешь, к нему льняная нитка совсем не подходит. Сюда бы цепь, да не обычную, а с завитками, ну, как у старостихи… – задумчиво протянула она. – Интересно, где твоя мамка такой раздобыла? Такое богатство, поди, пол-избы стоит, откуда у простой женщины столько де…
– Ты на что намекаешь? – Серые очи Немиры сузились.
– Ни на что, – испуганно залепетала Яринка, косо поглядывая на кулачки подружки. – Просто я столько злата только у кревинских купцов и видала.
– А может, я и есть купчиха! – вздернула подбородок Немира.
– Скажешь тоже… купчиха.
– Тогда княжна!
– Ой, не говори глупостей! И все ж интересно, откуда он…
– Не знаю, но когда-то моя мамка у самого князя в услужении была.
– Врешь!
– А вот и не вру! Может, именно князь за службу и даровал ей талисман!
– Все ты выдумала!
– А вот и нет!
– А вот и да! Иначе в деревне бы ведали о той службе!
– Мамка не любит о том вспоминать и мне никому говорить не велела. А я вот сдуру тебе рассказала и теперича жалею! – нахмурилась Немира.
– Отчего это? – сбавила напор Яринка.
– Оттого, что ты уж наверняка всем разболтаешь.
– Неправда!
– Правда!
– Немирушка, – промурлыкала подружка, – никому не расскажу. Честно-пречестно!
– Точно?
– Обещаю, – заверила Яринка, шире распахнув свои огромные светлые глазюки. – Ты мне только про князя побольше расскажи, ладно?
– Ладно, – смилостивилась Немира. – Хотя я ведь и сама особо ничего не ведаю. Коли мамка упрется, из нее и полслова не вытянешь.
– Про убранство хоромов рассказывала?
– Говорила, что ни на стене, ни на потолке в княжеских палатах нет ни одного кусочка, что без росписи да резьбы бы остался. И все золото, серебро да самоцветы…
– Ух ты! Вот бы хоть одним глазком…
Немира желаний подружки не разделяла. Она привыкла с детства довольствоваться тем, что имела. Разве что до сказок охоча была.
– Пойдем, Яринка, пора уж.
Товарка неохотно поднялась.
Когда минуло полчаса, а деревня так и не показалась, подружки заподозрили неладное.
– Что-то не пойму я, – призналась Яринка, – кажись, не заблудились. Вон клен-рогатина, на котором мы с братом зарубки ставили… Сдается, что мы уже его в третий раз обходим.
– Как и вон ту кривую сосну, у которой летом лисицы собираем. В чем же дело?
– Может, к большаку пойдем? Оно-то длиннее, зато наверняка.