– Слишком талантливая девочка, – усмехнулась однажды учительница по литературе. – Но ее пора отдавать в социум, – заметила девушка, когда Сергей вышел с ней на улицу. – Иначе вы рискуете потерять ее. Без адаптации в окружающем мире ребенок будет неполноценным…
– Не беспокойтесь, – Сергей посмотрел на собирающую учебники Сашу, – что – нибудь придумаем.
Но годы шли. Саше было шестнадцать, когда в стены дома, где хозяином был всегда Сергей, пришла рыжеволосая незнакомка по имени Ульяна. С ней же, как часть многочисленного багажа, приехала и дочь от первого брака, младше Саши всего на два года. Арина была некрасивой, сухой, какой – то остроугольной в плечах и коленях девочкой, которую впору нужно было отдавать в медицинский университет в качестве наглядного пособия по анорексии.
– Сашенька, познакомься, – сказал в тот день Сергей, чувствуя, как Саша начинает злиться. – Это твоя новая мама. Ульяна. И сестренка Ариша…
– Мне не нужно, – фыркнула девочка, стоя на лестнице и широко расставив ноги. – У меня была мама. Чужой мне не нужно.
– Саша, – протянул неоднозначно Сергей. – Это некультурно. Как ты себя ведешь?
– Я сказала: мне – не нужно. Ты себе их завел, – заметила девушка, выпрямив спину.
Сергею это был верный знак: Саша в ярости. Но пока что у него есть шанс не доводить ситуацию до коллапса. Отец не хотел, чтобы его собственная дочка так отреагировала, но и не желал признавать, что Саша права: он пошел на этот шаг не ради нее, а ради себя.
И лишь поэтому, гордо выйдя вперед, заявил:
– Ульяна будет жить тут. С нами. И будь добра, зови ее «мамой».
– Это нужно еще заслужить, чтобы тебя называли мамой, – заметила Саша холодно, но ее глаза сверкали от ненависти. – И вообще, я журналисток терпеть не могу.
– Замолчи! – вдруг приказала Арина, выступив вперед. – Не смей оскорблять мою мать!
– Ты вообще замолчи, пискля болотная, – вырвалось у Саши. – Не доросла еще так разговаривать.
– Да ты что! – возмутилась Ульяна, подойдя вдруг к Саше.
Сергей ничего не успел сделать, как и Саша. Девушку со всей силы ударили, после чего она упала на ступеньки и, схватившись за балюстрады, подняла свои мутно – синие глаза, похожие на взволнованный бурей океан, на Ульяну.
– Закрой свой рот, – приказала женщина. – Еще всякая шестнадцатилетняя шавка будет мне указывать!
– Шавка?! – рявкнула Саша, вскочив.
В итоге Сергею и прислуге пришлось растаскивать девушек по разным углам дома. Ульяну он отвел к себе, Арину поместил временно в гостевой комнате, а с Александрой в тот же день серьезно поговорил и, поняв, что Саша не собирается менять своего решения по поводу его женитьбы, вдруг заявил:
– Тогда ты поедешь в город! Немедленно!
И это для Саши уже стало аргументом.
Давно не бывавшая за пределами отцовского сада, словно заточенная принцесса, Саша боялась внешнего мира. Тем более, что в новостях говорилось только об убийствах, ворах и прочих неприятностях, с которыми сталкиваются люди там, в городе.
Саша не желала покидать особняка, поэтому, в тот же день, ей пришлось поменять свою позицию. Точнее, сделать вид. Хоть Саша и не была в обществе, она прекрасно уяснила из книг, что иногда лучше подстроиться, чем сопротивляться. А когда к тебе потеряют интерес и осторожность уйдет на второй план, можно и укусить. Да так, что мало не покажется.
– Вот так – то, – успокоился Сергей.
Именно с того дня весны для Саши началась борьба.
Саше пришлось воевать с обеими девушками.
Ульяна, на первый взгляд мягкая особа с терпеливым характером, стоило ей проводить мужа на работу, становилась тираном. Арину она отправляла в школу, а над Александрой – глумилась.
Втайне ото всех, она подговорила собственную дочь на кражу. Арина выкрала у Саши тетрадки с записями – и девушка не сдала учителям в срок задания. Это повторилось около семи раз, после чего случился невероятный отрыв от программы – и многие учителя пожаловались Сергею.
– Саша, я хочу, чтобы ты выросла нормальным человеком, а не какой – то швалью подзаборной, – заметил Сергей, когда Саша, чуть ли не плача, пыталась ему доказать свою невиновность. – И твои отговорки меня не волнуют. И вообще – что с тобой случилось? Ты была замечательным ребенком, просто волшебным. А теперь?
– Но я не виновата! Это все твоя новая пассия и эта тварь Аришка! – вырвалось у Саши.
– Смени тон, я на тебя не кричу, – приказал стальным голосом отец. – В общем так, Александра, или ты берешься за ум, или едешь в пансион при офисе. Надоела, сил нет!
После этих слов Саша поняла: ее выживут из дома. Рано или поздно, но это случится. За полгода, научившись терпеть обиды и оскорбления от Ульяны и Арины, Саша не смогла смириться с тем, что они говорили про ее мать Жанну.
Последней каплей стало утро шестого ноября две тысячи девятнадцатого, когда Саше было уже семнадцать лет, а накануне состоялся серьезный разговор о том, куда ей деться: в пансион, или в городскую квартиру и лицей через дорогу. Ульяна упорно склоняла Сергея на пансион, а Саша – противостояла изо всех сил.
– Сергей, пора решать, – вдруг заявила Ульяна, прекрасно играя угнетенный вид. – Это невозможно. Вчера она ударила Арину. А позавчера – снова не сдала работу учителю математики. Я лично видела.
– А я видела, как твоя доченька тырит мою домашнюю работу прямо со стола, – пробурчала Саша.
– Докажи, – скривилась в язвительной улыбке Арина. – Папа, а я вчера получила все зачеты по фехтованию и верховой езде.
– Да, дорогой, кстати, – Ульяна повеселела и загорелась. – Ариночка стала первой в классе. Отличница наша, – она погладила дочку по волосам. – По – моему, она заслужила тот подарок, который мы ей приготовили…
– Согласен.
Сергей встал и, уйдя в коридор, уже через минуту вернулся с новым смартфоном в коробке, перевязанной розовой лентой. Саша сдержалась, она ожидала нечто подобного от отца. За последний год он потерял к своей дочери – неудачнице интерес и стал все больше привыкать к новой дочке – Арине, отличнице, безоговорочному лидеру в классе.
– Это тебе, – сказал он, поцеловав Арину в висок. – Я же обещал. Но и ты молодец, заслужила.
– Спасибо, папочка, – она обняла его, а сама, пока отец не видел, посмотрела с улыбкой на Сашу.
– Ядом не подавись, – вдруг сказала Ульяна, обращаясь к Саше, которая смотрела на все это немигающим взглядом. – Саша, зависть – это отвратительное чувство.
– Но и подлости тоже не красят, – заметила девушка, ковыряя вилкой в салате.
– Подлости? Какие еще подлости? – уточнила Ульяна, смотря оценивающе на помидор в тарелке. – Сашенька, тебя бы показать врачам. У тебя явно какие – то маниакальные фантазии: тебе постоянно кажется, что вокруг тебя враги… Прямо не знаю, откуда в тебе это?
– Да от вас же и передалось, – сказала Саша.
– Мы, в отличи от тебя, стараемся и не совершаем дурного, – заметила Ульяна. – Саша, тебе пора бы перестроиться. И принять все так, как есть.
– Я вам не подчинюсь, – парировала Саша, положив вилку. – Даже не надейтесь.
– Тебя никто не заставляет, – заметил Сергей. – Я тут подумал, и принял решение: ты поедешь в пансион.
– Папа…
– Точка. Все, я решил.
– Ура! – не скрывая, обрадовалась Арина. – Наконец – то она уедет отсюда!