Она была одной из четырех людей в мире, которые знали, что у Антона есть Дар взора. Она была той, что дала ему первый урок прорицания, обучала его, как сосредоточивать вибрации священной энергии вокруг него, как бросать естественный магнит в омут провидцев, чтобы найти ритм чьей-то определенной эши. Его первый и единственный урок.
– У меня для тебя работа.
– Не заинтересован, – сразу же ответил он.
– Ты даже не слышал, что это.
– Не важно, – сказал юноша. – Ты уже знаешь мой ответ.
– Знаю, – согласилась она, сделав глоток вина. – Но это не просто работа. Только ты можешь ее выполнить.
Дар взора был самым редким, и даже среди его обладателей большинство было ограничено в способностях поиска. Но прежде чем дать Антону его единственный урок прорицания, она сказала, что увидела в нем потенциал большой силы – возможно даже, большей, чем ее. То, как он мог чувствовать эшу, даже не стараясь, то, что он знал, одаренный кто-то или нет, то, с какой легкостью он определял их ритмы, – это был инстинкт.
– Только вы знаете, что я не могу, – ответил Антон. – Вы это поняли.
В тот день, когда она постаралась обуздать его возможности, Антон очутился с легкими, полными воды, и пониманием, что его сила затемнена чем-то другим – кошмарами, возвращающими его в прошлое, которое, как он думал, оставил позади. Кошмары приходили, когда Антон пытался использовать Дар. Безымянная дама видела, что они с ним сделали, вытащила его из омута провидцев и наблюдала, как он пытался восстановить дыхание.
Именно тогда Антон снова начал сбегать, даже зная, что она одаренная, как и он, и снова найдет его. Снова. И снова. И в конце концов это она и делала. В каналах Валетты, в городах на побережье Пелагоса – и теперь в Паллас Атосе. Он не сомневался, что женщина будет преследовать его по всем шести пророческим городам, если ей придется. Сейчас он уже ждал визитов Безымянной дамы. Юноша не научился по-настоящему доверять ей, но за последнюю пару лет она стала одной из тех, на кого можно положиться. До нее единственной неизменной частью его жизни был побег.
Каждый раз, когда она его находила, она предлагала ему одно и то же: научиться управлять Даром. Каждый раз Антон отвечал ей одно и то же.
С того дня в омуте провидцев он делал все, что мог, чтобы построить стену между собой и своим Даром. Он научился подавлять кошмары. Но в тот момент, когда Антон пытался использовать Дар, кошмары снова обнажали зубы, словно волки, привлеченные запахом крови.
Безымянная дама сделала еще один глоток вина.
– Однажды, Антон, тебе придется побороть свои глупые маленькие страхи.
– Вы закончили? Потому что как бы весело ни было снова встретиться, мне действительно нужно вернуться к работе. – Он начал подниматься, но она потянулась через стол, положив ладонь на его руку, останавливая его.
– Я не закончила. – Ее тон изменился – дразнящий оттенок исчез. Взгляд ее темных глаз стал пронзительным. – Думаешь, я приехала в Город веры только затем, чтобы услышать отказ?
Рука Антона дернулась под ее ладонью.
– Так если не из-за работы, из-за чего вы приехали?
– Из-за работы, – сказала она. – Ты работа.
Он замер. То, чего он боялся, то, о чем он подозревал с первой встречи с Безымянной дамой, оказалось правдой.
– Кто-то сообщил вам мое имя.
Со стола рядом с ними донесся взрыв смеха, но внимание Безымянной дамы оставалось приковано к Антону. Она кивнула.
– Знаешь, кто это?
Сердце Антона больно колотилось.
– Нет.
– Ты лжешь.
Его ладони чесались из-за пота, но в остальном он был холоден как лед. Дама была права. Он точно знал, кто дал ей его имя. Единственный другой человек в мире, кто стал бы искать его.
– О, – сказала Безымянная дама. – О боже. Ты боишься. Ты в ужасе.
Антон сжал челюсти, его дыхание вырывалось жаркими и быстрыми вздохами, пока он сжимал руками край мраморного стола.
– Вы не можете рассказать ему. Вы не можете сказать ему, где я. Пожалуйста.
– Я могу сказать ему, что у него ложная информация, – ответила она. – Он знает, что мы выполняем свою работу, только если имя правильное. Я просто скажу ему, что у него неверные сведения.
Антон покачал головой.
– Не надо, – выдохнул он. – Не делайте этого. Он поймет, что вы лжете.
– Я лгу намного лучше, чем ты.
Вкус льда горел в его горле.
– Это не важно. Он поймет.
– Если я откажусь от его запроса, он обратится с ним к другому. – Теперь она говорила нежно. – Он уже мог так поступить. Провидческое агентство миссис Таппан, может, и лучшее, но есть и другие, готовые повесить собственных матерей ради таких денег, какие он предлагает нам.
Мысли Антона споткнулись об эти слова. Мужчина, разыскивающий его, видимо, собрал огромную сумму денег – достаточную, чтобы нанять охотника за головами, берущегося за дела, на которые другие не соглашались. Это должно было бы удивить Антона, но не удивило. Несмотря на свою скромность, этот человек всегда точно знал, как разыграть карты, чтобы получить наибольшую награду.
– Один из них найдет тебя, Антон. Если уже не нашел.
Он оказался внутри кошмара, одиннадцатилетний, ледяная вода прорвалась в его легкие. Руки удерживали его под темной водой.
Юноша резко оттолкнулся от стола.
– Антон. – Безымянная дама схватила его за запястье. Хватка была неожиданно крепкой. – Некоторые люди могут помочь тебе… справиться с этим. Не нужно снова убегать.
Он едва слышал ее слова через громыхание пульса. Высвободив руку, он бросился через двор, обегая официантов и смеющихся патронов, направляясь к лестнице, ведущей на крышу. Юноша вскарабкался наверх, почувствовав прилив тошноты. Пока он продолжал двигаться, продолжал подниматься, она его не догонит.
Воды здесь не было.
И льда не было.
Только страх.
Как только он добрался до крыши, его накрыла теплая ночь. Над ним, подсвеченный сотнями далеких огней, за городом наблюдал храм Палласа. Антон подлетел к краю крыши. Мраморная балюстрада была холодной и крепкой под его руками. Он смотрел мимо портика Талассы, фонтана и оливковых деревьев в центре площади Элия. Длинная бледная протяженность Священной дороги вела от самого храма Палласа через главные городские ворота в Нижний город, где улицы становились узкими и темными, полными обещаний и опасности.
До той крошечной квартирки Антон провел много ночей, засыпая на крышах и на балках, как птица в гнезде. С высоты ему было видно все, что происходило внизу, и ничто из этого не могло его задеть.
Он все еще боялся, но один только страх не мог его убить.
В конце концов, он и раньше выживал. Мужчина, разыскивающий его, мужчина, сообщивший его имя Безымянной даме, – Антон не видел его с того самого дня на льду, когда вода была такой холодной и накатывала тьма. Иногда он чувствовал себя в ловушке того кошмара, в воспоминании о том, что этот мужчина пытался сделать.