Недостаточно средств

— Тебе одиноко? Ты поэтому сказал тогда про работу?

— Не знаю, зачем я тогда это сказал. — Лука вздохнул. — Мне показалось, что я вас хорошо понимаю и чувствую то же самое. Мне казалось, что мы похожи, а сейчас я вижу, что мы совсем разные. Наверное, это было просто желание идентифицировать себя с кем-то. Живых родственников у меня нет, а ощущение, что ты один во всем этом мире, есть. Мне хотелось увидеть себя в ком-то другом. Вы простите, что я для такой детской и глупой потребности выбрал вас.

— Это не глупо. — Роман посмотрел на Луку. — Не знаю, похожи ли мы, но разного в нас куда меньше, чем ты думаешь. Я понимаю, что ты чувствуешь. У меня было такое, когда я только начинал свой самостоятельный путь. Сколько себя помню, я хотел найти хоть какую-то схожесть с отцом. Только он панически боялся этого и отталкивал меня как можно сильнее. — Роман замолчал, понимая, что некоторую схожесть он все-таки обнаружил: он так же, как и отец, отталкивал Луку от себя, не желая находить что-то общее. — Спасибо тебе за откровенность.

— И вам. — Лука остановил машину возле дома Романа. — Знаете, я думаю, она вам была нужнее, чем мне. Вы одиноки, хоть и не одни. И вы злитесь, что при полной семье и брате рядом с собой чувствуете себя одиноко. Вы злитесь, но не можете начать все с чистого листа, потому что было слишком много всего плохого. — Лука повернулся к Роману. — Я нужен вам, чтобы спасти вас от одиночества и от самого себя.

— С чего ты взял, что мне это нужно? Может, я люблю свое одиночество? — Роман улыбнулся от такого напора и наглости.

— Будь это так, вы меня давно бы прогнали. Но вы хотели понять и принять меня. И сейчас, по-моему, это получается.

— Допустим. Тогда зачем я тебе?

— Самое банальное, что я говорил уже неоднократно — знания. Но, если честно, мне с вами интересно. Вы делаете то, на что никто другой не пошел бы. Вы бросаете вызов этике и ведете науку вперед. Это достойно уважения. — Лука отвел взгляд в сторону. — Я тоже хочу узнать вас и понять.

— Остановись. Слишком сопливо. — Роман поморщился. — Я с тобой больше никуда не поеду. И разговаривать не буду. А то какая-то лирика начинается.

— Заехать за вами послезавтра?

— Я же сказал, что не поеду. — Роман вылез из машины.

— Буду в девять.

— В восемь. И не опаздывай. — Он закатил глаза. — Но если снова начнешь эту шарманку: «вы гений и я хочу вас понять», я выйду из машины на полной скорости.

— Договорились. — Лука улыбнулся и поехал прочь.

Роман дождался, пока он скроется с парковки, а потом посмотрел вслед удаляющейся машине. На секунду его посетило чувство, будто он лезет туда, куда не следует. Это же чувство было, когда Роман впервые задумался об эксперименте. Теперь оно усилилось вдвойне. Теперь оно относилось не только к работе. И угораздило же его пойти на подобные занятия в тридцать лет.