– Иной версии у меня нет, – устало сказал Мирайни. – А потому я спрошу твоего Гайя, Соль Вэра, если ты позволишь…
Он дождался кивка и продолжил:
– Гайя Ран, ответь честно: передавала ли тебе твоя мать или бабушка что-либо такое, что велела беречь, как зеницу ока? Не важно, на словах ли, в виде письма или, может быть, какой-то вещи?
– Говори, – негромко произнесла Вера, взглянув на Рана.
На лице его не читалось ровным счетом ничего, и голос не дрогнул, когда он ответил:
– Нет, господин Мирайни. Ни матушка, ни бабушка ничего мне не передавали. И, с вашего позволения, бабушка умерла, когда мне еще и одного круга не сравнялось. Я вряд ли вспомню ее лицо, не говоря уж о прочем.
– В самом деле? Разве она жила не со всей семьей?
– Только первое время, насколько мне известно. К моему рождению она давно уже перебралась в свой дом, господин Мирайни. Отец не слишком-то жаловал ее.
– Кстати, ты говорил, что матушка твоя уверяла, будто ты удался в прабабку, – вспомнила Вера. – Но о ней ты не упоминал!
– Я ее никогда и не видел, госпожа.
– Гхм… – откашлялся Мирайни. – Боюсь, это еще одна семейная тайна, в которую Ран не посвящен.
– Что вы имеете в виду?
– Его бабушка и прабабушка – одно и то же лицо, Денна Риала.
– Ничего не понимаю! – воскликнула Вера. – Как такое может быть?!
– Очень просто, – ответил Ханна Соль. – В жилах Риалы текло немало крови шиарли, и наружность у нее была характерной…
– И жила она дольше обычных людей, – сообразила она. – Выходит, чтобы замести следы, она принялась выдавать себя за собственную дочь?
– Именно так, – кивнул Мирайни. – От Риалы остался только портрет, а Денна Райна порядком изменила внешность… Тебе ли не знать, Соль Вэра, что женщине это не стоит особых хлопот?
– Насчет хлопот вы погорячились, но в целом правы. С новым лицом она вышла замуж и родила мать Рана, так?
– Да, верно. Был еще сын, но они вместе с супругом Райны пропали бесследно – отправились в рискованное путешествие и не вернулись. Сама она умерла, успев еще увидеть последнего внука, – Мирайни усмехнулся краем рта, – так похожего на нее… Дочь, Камиста, удалась не в Райну. Немудрено, что Рана попрекали несхожестью с отцом!
– Это все ерунда, – отмахнулась Вера. – Скажите лучше, как эти женщины могли передать что-то Рану, если были связаны клятвой с господином Мирайни?
– Я даже не уверен, знала ли Камиста хоть что-нибудь, – убедил Мирайни, – но какие еще могут быть предположения?
– Например, что сын Райны… или Риалы, не важно, тоже получил клятву и тайное знание. Вы не ощущали его гибели?
– Нет, и это может говорить о том, что это передается лишь по женской линии.
– Если так, зачем вы допрашиваете Рана? – сощурилась Вера. – Или он девушка, а я и не заметила?
– Вэра! – одернул ее Ханна Соль, явно опасаясь, что она может попотчевать незваного гостя каким-нибудь проклятием. Ее «пропади ты пропадом!» в адрес эоррийского посла до сих пор не забыли: отыскать бедолагу так и не удалось.
– Не затыкай мне рот, отец! – вспылила она. – Ты знаешь, я не люблю такие игры!.. Но хорошо, даже если допустить, что клятва Риалы перешла именно к Рану, а не любому из его братьев и сестер, то выходит, теперь он от нее свободен? Раз уж сам принес клятву на крови…
– Именно так. И если он что-то знает, то может беспрепятственно рассказать.
– А его родню вы проверили? – поинтересовалась Вера. – Может, это действительно по женской линии передается, раз уже был прецедент?
– Проверили, ни у кого нет ни следа подобного, – ответил Ханна Соль.
– Тогда почему бы не предположить, что и Рана обошли наследством? Во всех смыслах этого слова!
– Очевидно, так и есть, но нужно было удостовериться, – произнес Мирайни, все это время сверливший взглядом неподвижного Гайя.
– Удостоверились? Прекрасно! И что же дальше? Своим запретом на связь и использование зеркальных масок ты, отец, хотел сказать, что убийца может искать Рана? – спросила Вера. – И попытается добраться до него именно таким путем? Потому что не знает, владеет ли Ран секретом? Что за чушь!
– Придержи язык, – велел Ханна Соль.
– С чего бы вдруг? – Она встала напротив мужчин, уперев руки в бока. – Больше всего это походит на устранение ненужных свидетелей! Денна Риалы нет в живых, ее сын и муж пропали без вести, супруги Эдор мертвы, а теперь настал черед Рана? Почему не его братьев и сестер? Их вы тоже предупредили об опасности? Вы-то видели, что следов клятвы на них нет, но знает ли об этом убийца?
– Ты еще скажи, что убийца – это я, – усмехнулся вдруг Мирайни.
– Вы наиболее заинтересованное лицо, – ответила Вера, – поэтому я не стану сбрасывать вас со счетов. Что, тайна рискует всплыть и тем самым потопить ваше положение при дворе?
– Вэра, не забывайся!
– И не думаю! Всего лишь говорю, что пришло на ум. – Она скрестила руки на груди. – А вот ты не спешишь поделиться со мной сведениями. Хорошо, допустим, опасность зеркал мне понятна… хотя я пока и не могу представить, как можно убить кого-то их посредством. Но чего ради потребовалось якобы отсылать Рана прочь? Чтобы бросить тело Лио в придорожной канаве, а Рана взять здесь, ничего не подозревающего? Но мы с Керром…
– Отобьемся, госпожа, – хмыкнул тот, выразительно поддернув рукава. – И Ран столбом стоять не будет, я надеюсь.
– Я тоже на это рассчитываю. Так, может, это все инсценировка, призванная лишить меня Гайя, а затем… Я что, снова начала тебе мешать, отец?! – понесла Вера откровенную чушь. Впрочем, из образа она не выходила. – Тебе уже недостаточно пристроить меня на эту дурацкую должность, лишь бы не мозолила глаза, ты хочешь избавиться от меня по-настоящему? И для этого привлек даже господина Мирайни с его замшелыми тайнами, которых, может, и не было никогда?
– Что за бред?! – гаркнул Ханна Соль, поднявшись во весь свой немалый рост.
– Всего лишь строю предположения! – ответила она. – Поверь, я могу придумать еще десяток версий, и ни одна из них тебя не красит! И я не замолчу до тех пор, пока не узнаю, что вы затеяли…
– Серьезная угроза, – пробормотал Мирайни и тоже встал. – Соль Вэра, право, мы затруднялись сказать об этом, но…
– Первым, кого заподозрят в убийстве четы Эдор, будет Ран, – закончил Ханна Соль, и Вера едва не села мимо кресла.
Глава 3
– Чушь какая! – сказала она, обретя дар речи и переглянувшись со своими Гайя. На лице Керра было написано несказанное удивление, а Ран под маской Лио хранил спокойствие. – Какой ему резон убивать родителей, которых он не видел много лет? И от чьего имени отказался?
– Вернуться-то можно, – пробормотал Мирайни, – особенно если у рода не останется других наследников.
– Что?.. – выговорил Ран. – Но… господин Мирайни, я ведь младший сын, кроме меня…
Тот молча покачал головой.
– Боюсь, теперь ты не младший, а единственный… не считая твоих сестер. Все они замужем, и хотя могут претендовать на наследство, но лишь после тебя. Учитывая же твое положение, – Мирайни взглянул на Вэру, – вряд ли они сумеют что-то противопоставить твоим притязаниям, буде ты решишь вернуться в семью и вступить в права наследования.