– Узнаешь. – я вытащил красную пятитысячную купюру и протянул её бомжу. Тот от радости чуть в штаны не нассал, либо уже нассал, ведь ему привычней. Он протянул грязную руку с запёкшейся кровью и взял купюру так быстро, что я не успел и глазом моргнуть, и насколько возможно, убежал восвояси, крича, что я хочу его убить. Люди смотрели на него и на меня с непониманием, а мне пришлось сваливать к машине и уезжать в другую кофейню. Вдруг эти солидарные мрази вызовут полицию и меня прикроют. Всё таки есть у бомжей защита – это люди. Как они не могут понять, что этот биомусор нельзя защищать.
Наслаждаясь апельсиновым Раф на фундуковом молоке, я смотрел на улицы города, на людей, что гуляли по туристическому пространству северной столицы. Пока кофеин разливался по моему организму, мне захотелось курить, а когда я курю, я хочу трахаться. Выйдя из здания, я сел в машину и уехал на вторую квартиру, в районе Автово.
Длинная трасса освещалась белыми фонарями, словно прокладывала мне путь, автомобили разных марок перегоняли друг друга, и порой сигналили, ругая за неправильное вождение. Мой мотор гудел при сильном нажатии педали газа и скорость увеличивалась с каждым метром, добавляя адреналин в моей крови. Нужно покурить ещё, пока неистовое желание секса не испарилось вместе с дымом кубинских сигар.
Улицы пригородного района мне напомнили родной дом; старые хрущёвки, тихие дворы и малое количество людей, зелёные деревья и тропинки, дворовые собаки и играющие в домино старики, спящие алкаши на лавках и старухи, что смотри из окна, как только что вышедшие из КГБ шпионы, которые до сих пор преданы своей рухнувшей стране и своему делу. Мне такие районы не нравились, но ездил я сюда только по одному делу; здесь обитала моя секс-кукла.
Войдя в парадную, я поднялся на пятый этаж, и пока затыкал нос от вони жареного лука в парадной, наслаждался запахом своих духов «Black Opium». Деревянная дверца без номера квартиры была запечатана пластилином, через который тянулась верёвка, а сверху печать МВД. Я специально такую прикупил, чтобы не было соблазна у жителей сюда постучаться. Повернув ключ, несколько замков прогремели и дверь открылась. Внутри квартиры стоял запах застоявшийся мочи, а мои ботинки от «Tommy Hilfiger» прилипали к полу, словно здесь мыли квартиру сахарным сиропом. Я вытащил из текстильной сумки фирмы «Bally» медицинскую маску и надел на лицо. Затем нацепил бахилы на обувь, надел плотный халат из хлопка и положил два презерватива в карман.
В квартире было очень темно, лишь очертания мебели стояли неподвижно, навевая пугающую атмосферу. Я вытащил фонарик и направился в зал. Скрипучий пол меня выдал раньше, чем я хотел, и увидев Мию, что пробудилась от моих шагов, резко начала тянуться ко мне руками и что-то бормоча себе под нос. Яркий свет фонарика ослепил её, а я сел рядом и стал поглаживал её по сальным волосам.
– Геша, ты пришёл. О мой Геша, как я ждала тебя. Геша. – так она меня называла, ибо мне нужна конспирация в подобных делах.
– Моя милая. Успокойся. Я рядом. Я с тобой. – вытащив из кармана пиджака от «Brioni» маленький пакетик с сахарной пудрой, я положил его рядом с ней.
– О, ты принёс, принёс… Ура… Ура… Я так мечтала об этом, Геша, мечтала…
Её руки в синяках уже обрели желтоватый оттенок, а красные полосы с фиолетовыми следами на запястьях, всё никак не могут зажить. Видимо наручники слишком сильно затянул, либо она пыталась выбраться. Вот сука.
– Ты хорошо себя вела, милая?
– Очень хорошо, очень. Только дай мне пакетик. Дай пакетик.
– Подожди. Давай сначала примем душ.
Я отстегнул наручники, взял её подмышки и потащил в ванную. От неё пахло очень омерзительно. Закрыв дверцу, я повесил фонарик на холодную совдепоскую батарею и включил воду. Мия тряслась от холода и от ломки метамфетамина, в которую я её и вогнал. А почему, спросите вы? Знаете, иногда мой психопатический характер, который я, на удивление, признаю, шепчет мне на ухо, что нужно сделать те, или иные вещи. Мия стала моей жертвой, когда мы познакомились с ней на одной из вечеринок на Думской. Знаю, знаю, это место не для богатых, но зато там ты можешь дёшево побухать, попробовать шарики с азотом и подцепить любую бабу, которая туда за этой целью и ходит. Туда я попал совершенно случайно, когда мне нужен был грамм гашиша. Эта красотка плясала в пьяном угаре, трясся своими наливными сиськами и невероятной задницей, очертания которых вы можете увидеть через синее платье, купленное в дешёвом магазине брендовых подделок. Ей пришлось сдаться, увидев меня, такого невьебенного красавчика, в этом уебищном месте. Угостив парой коктейлей с алкоголем без лицензии, она была в полусонным состоянии, и уже почти готова, когда ей присунут. Но я сделал по умному, и подсыпал ей в сок один грамм порошка. Так вы представляете, эта сучка только взбодрилась, и продолжила плясать под херовую музыку бедного населения. Я предложил ей поехать ко мне, и она согласилась. Теперь, я мою эту шлюшку в пожелтевшей ванне, намыливая ей пизду, волосы, подмышки и другие части тела, но тщательно я намываю ей нужные мне части, которые собираюсь использовать.
– Геша, ох Геша. Мне так плохо. Когда ты дашь мне дозу… Когда??
– Ты всё получишь, но после одного дела. Ты согласна?
– Я вся твоя, Геша, только дай мне дозу… Дай дозу… – обессиленная, она повторялась раз за разом. Вы думаете, что мне её жаль? Нисколько. Она такой же биомусор, умеющая только тусить, трахаться и пить за счёт всяких лохов. Таких нужно использовать по назначению. Но я считаю её сотрудницей. Она работает и получает зарплату в виде белого порошка, но я не ручаюсь за его качество.
Обсушив полотенцем, я помог ей подняться, и мы направились в комнату, где было расстелено покрывало, самое дешёвое, какое мне удалось купить. Я приказал ей лечь на живот и раздвинуть ягодицы руками. Сам, тем временем, надел презерватив и присунул ей в анус. Она застонала очень сильно, видимо от ломки её порог боли снизился до максимума, и каждое прикосновение можно сравнить с порезом лезвия.
Пока я находился в процессе, мне позвонили с работы и попросили приехать. Снова проблемы. И снова без меня ничего не могут решить.
5
– Какой кошмар! Господи боже!
– Что за уроды!
– Животные, блять!
Слышал я в свой адрес, пока стоял на оживлённой улице, со спущенными штанами, под высокой дозой кокаина и амфетамина. Мне делала минет какая-то баба, а у меня не было эрекции. Вот блять, снова что-то подмешали. Мой член превратился в большой клитор, и сжался настолько, что его нельзя было увидеть, а эта незнакомка всё старалась его возбудить, причмокивая и постанывая от удовольствия. Что за дура.
Я вытащил свой прибор и спрятал в трусы. Напялив штаны, я ушёл к своему «Mustang», и с визгом шин, уехал во свояси. Теперь все социальные сети будут трубить о моём поступке, только вот я не помню, как очутился здесь, на улице.
Ладно, пока я в центре, заеду-ка я на работу.
О, мой логотип. Моя задумка оригинального заведения. Ох уж это лицо ресторана. Только не хватает парочки звёзд Мишлен, чтобы никакой мудень не захотел со мной соревноваться. Эти буквы, эта палитра цветов, слились в минималистском симбиозе. Эти панорамные окна, цветочные горшки на улице, довольные гости по ту сторону окна, что с аппетитом вкушают блюда из дорогих продуктов. Официанты одеты в неформальную одежду, разносят на керамических тарелках шедевры кулинарного искусства. Боже, какое наслаждение, какой профессионализм витает здесь, в моём ресторане. Никто не сравнится со мной, никакая сраная забегаловка, что стоит рядом и портит всю красоту моего творения. Я поднимаюсь по лестнице ведущую в ресторан, и спотыкаюсь, падая лицом об пол. Мои ноги вдруг меня предали, а резкое молчание в ресторане сменилось на продолжение разговора. Я быстренько поправил свои длинные волосы и улыбнулся всем.
– Дорогие гости, я в порядке! – с гордостью вымолвил я, и зашёл на кухню, где запах еды вызвал у меня слюноотделение. Я уж и забыл, когда в последний раз ел. С этой наркотой и своё имя забудешь.
На кухне была запара; множество чеков выстраивались длинной лентой, а мои рабы торопливо готовили еду. Раб по выше, что называется шеф-повар, следил за качеством блюд и пробовал ложками супы. Увидев меня, наросло напряжение, и шеф-повар улыбнулся и направился ко мне.
– Здравствуйте, Константин!
– Привет. Вчера должны были привезти голубой тунец, принимали?
– Да, уже сегодня работаем с ним.
– Дай попробую.
Раб должностью повыше принес мне кусочек бордового филе тунца и дал его мне. Боже, его структура такая приятная, а вкус, вы и представить себе не можете. Появилась испарина на лбу, рот приоткрылся. Я растёкся на стуле. Но как я тут оказался? Не хочу знать, а лишь хочу поесть.
– Приготовьте мне пасту с этим тунцом.
Спустя некоторое время, я дождался своего блюда и принялся есть с таким чавканьем, что было слышно аж в Москве.
– Твою мать. Как же вкусно.
Мои слова подняли настроение моим рабам. Они заслужили этого. Заслужили похвалы от их божественного создания, что даёт им зарплату. Теперь мне нужно попить.
– Бармен. Б-а-а-а-рмен. Быстрее сюда.
Худощавый мальчишка влетел в кухню запыхавшись, и начал меня обслуживать. Я заказал лимонад с бергамотом, и после выдачи долгожданного напитка, быстро осушил его, зашёл в туалет, высыпал на бачке унитаза дорожку, размером с палец, и остановился. Я оторвал слой туалетной бумаги, карточкой смёл муку в бумагу, свернул её и проглотил.
Приход не заставил себя долго ждать, мои зрачки увеличиваются с каждым вздохом, сердце застучало очень быстро, тепло в паховой области усиливалось, эйфория напором настигла мой мозг. Я полюбил всех, кто вокруг меня. Присмотревшись в зеркале на своё лицо, то увидел самого красивого, самого сексуального мужчину на свете. Я выпрямился, расстегнул хлопковую голубую рубашку от «Guess», посмотрел на соски и возбудился. Достав стоячий член, я начал дрочить на себя. «Какой я охуенный, боже. Как я хочу себя выебать в жопу. Да, да. Ещё.» Смочив пальцы, я засунул один в анус и начал пихать туда, одновременно мастурбируя свой огромный член. Я смотрю на него, потом на себя, безумие настигает, возбуждение сумасшедшее. Такой прилив удовольствия, и я кончил прямо на плитку под раковиной. Вау. Вау. Зачем нужны женщины, когда есть я?
Помыв руки, я вышел из туалета, попросил одежду для сотрудников у шефа, и напялил её на себя. Как вы думаете, зачем? Мне захотелось приготовить что-нибудь.
– Так, дорогие друзья, сейчас вы будете шокированы от моего творчества на кухне. Вы, самые непревзойдённые повара на свете. Вас только любить и обнимать, мои хорошие. Идите сюда, идите. Я обниму вас. – я подходил к каждому сотруднику своей кухни и обнимал их, ощущая запахи кухни на их дешёвых кителях. Они заулыбались. – Я повышу вам зарплату! Прямо сейчас. Идите сюда! Менеджер! Быстро сейф открой!
Он прибежал и нажал комбинацию 23051987 на панели, дверца открылась и я вытащил пачку с сотнями рублей. На кухне, я каждому выдал по сто рублей, а остальные положил в карман.
– Вы довольны, мои дорогие друзья? А как же я доволен. Вы не представляете, что я сейчас чувствую. Вы заслуживаете эти деньги. Да, точно! А знаете, как я стал успешным? Я работал также, как и вы! И то, что вы сейчас получаете… Сколько вы получаете?
– Три тысячи рублей за смену.
– Ого, так дохрена? Какая у вас высокая зарплата. Ну ладно. Когда я работал на складе, я получал всего пятнадцать тысяч рублей в месяц. Правда меня потом уволили за кражу четырёх килограммов свинины. И никто, никогда не будет делать так на моей кухне. Ведь это низко воровать у честных людей!
– Ну так зарплата была у вас в каком году? – вдруг сумничал один из рабских созданий.
– Так. Тихо. Никакой политики на моей кухне. Лучше дай мне сковородку и пару яиц. Я сделаю вам такую, мать её, яичницу, что вы будете рыдать о своей ничтожности. Быстро, два яйца мне.
Один протянул мне яйца, второй сковородку, а шеф потянулся за растительным маслом. Я поставил сковородку и включил индукционную плиту на максимум. Пока я копошился с бутылкой из под масла, сковородка начала дымится, и знаете, пока я лил масло толстым слоем, оно начало стрелять в меня, а я укрывался, словно от града пуль. И тогда, я бросил яйца в скорлупе в сковородку, и они разбились.