Департамент
– Ты помнишь, я тебе как-то говорил, что потратил свои лучшие годы … – усмехнувшись, Фрэнк развернул перед Томом стоявший на столе ноутбук, – … на дело, хоть и нужное, но совершенно бесперспективное!
Сделав короткую паузу, Анджетти поднял крышку своего лэптопа, который с удивительной быстротой прогрузил экран, выведя запрос на пароль к логину. Сочетание символов «fr.angello» словно мотив надоеевшей песни в следующий миг впечатался в подкорку сознание Риччи.
– Как же там … – немолодой Фрэнк прикрыл глаза, словно что-то выискивал на задворках своей памяти, – … а, точно!
Не закончив своей мысли, консильери принялся медленно вводить пароль, при этом вполголоса проговаривая каждую букву. Только сейчас, на контрасте вспыхнувшего технологического прогресса, Риччи осознал, сколь почтительного возраста этот, на первый взгляд ещё бодрый и здоровый мужчина.
– … эйч, семь, семь, три! – закончил диктовать Фрэнк, после чего добавил: – Ввод!
Клацнув на крупную клавишу, Анджетти отправил запрос, и система приветливо распахнула перед ним и его гостем недра полные информацией.
– Так, сейчас! – вновь принялся бурчать консильери, водя курсором мышки по рабочему столу, – Где же это?!
Анджетти был медлителен и совершенно не похож на прежнего себя. Тому казалось, чтот в этот самый момент Фрэнк открыл мифический ящик, бесцеремонно высасывающий из него остатки моложавой стати – здесь и сейчас Риччи видел, как его самый дорогой на свете человек буквально старел на глазах.
– А вот оно!!! – улыбнувшись уголком губ, Анджетти дважды клацнул на какой-то отсканированный документ.
Ещё мгновение и на экране действительно отразилось оцифрованное изображение на редкость старой пожелетевшей фотографии, которую едва ли можно было назвать чёрно-белой. Казалось, словно на фотобумаге кто-то оставил еле различимый оттиск с изображением еле различимых контуров трёх фигур.
– Оу, круто! – машинально отреагировал Риччи, толком не поняв, что именно ему хотел показать Фрэнк, – А кто это?!
На оцифрованном снимке Том разглядел очертания трёх стоявших рядом друг с другом мужчин. Двое были одеты в шерстяную грубую форму офицеров полиции Нью-Йорка годов так шестидесятых, а вот третий, стоявший между ним, выглядел на редкость удивительно и странно.
В любой другой момент явно иностранная форма мужчины непременно бы заинтересовала пытливый ум Риччи, но сейчас вниманием новоиспечённого полицейского всецело овладело моложавое лицо мужчины, стоявшего справа от иностранца, ведь оно принадлежало никому иному как
– Фрэнк?!!! – изумлённо воскликнул Том, вглядываясь в до боли знакомое лицо, разве что лишённое морщин и шрамов.
Все три фигуры, включая будущего консильерри дома Алаторре, стояли на фоне еле различимой вывески, гласившей:
«Всемирная выставка 1984 года в Новом Орлеане – Международный павильон …»
Часть кадра, окончательно выцвела, отчего большая часть надписи растворилась в желтоватом тумане снимка, но над чем время точно было невластно, так это над главными фигурами фотографии. Ни пятна, ни блеклость выцветшей бумаги не могли скрыть блеска в глазах запечатлённых офицеров, словно каждый из них знал то, чего еще не знал остальной мир.
Громкий писк принтера возвестил задремавшего у стола детектива об окончании цикла печати. Пара десятков свернувшихся друг за другом перфорированных листов легли друг на друга ровной стопкой. Последний из напечатанных файлов гласил о последнем деле Роберта Хитцоффа, которое он только вчера направил в суд.
– Надо бы поинтересоваться, как себя чувствует … – на мгновение замешкав, Том провёл пальцем по свежеотпечатанным буквам, в поисках имени последнего арестованного детективом Хитцоффом, – … да где же ты …
В привычном месте формуляра имени арестованного не было, отчего Том в очередной раз заглянул в систему. Как оказалось, в базе данных полицейского департамента отчёт последнего ареста Роберта Хитцоффа оказался испорченным и не мог открыться. Нахмурив брови, детектив Риччи вновь открыл вкладку со списком зарегистрированных насильников Бруклина.
– Значит Партовски! – произнёс Том, переписав данные преступника из списка.
Если предположение детектива Риччи было верным, а иначе быть просто не могло, следующим должен был быть именно Майкл Партовски, дважды осужденный за насильственные преступления. Согласно данным, обладатель предыдущего имени в списке был заколот самодельной заточкой на прогулке. Смерть несчастного наступила мгновенно, виновного так и не нашли.
– Центр «Бруклин»?! – предположил Том место содержания последнего ареста Хитцоффа, сверившись с базой, – Бинго!
Детектив Риччи оказался прав, и последний безымянный арест Роберта Хитцоффа действительно был зарегистрирован фактом передачи в столичный центр содержания под стражей «Бруклин». Пометив стикер нежно розового цвета, Том прикрепил его на край монитора, после чего, собрав свой недоеденный обед и выключив компьютер, вышел прочь из кабинета на заслуженный отдых.
Уже подходя к лифту, Томас успел кивнуть на прощание дежурному офицеру, как вдруг он замер. Не мешкая, детектив, едва ли не бегом вернулся к своему кабинету, принявшись вслепую рыскать на своём столе в поисках переданной ему Фрэнком папки. После непродолжительных поисков заветные файлы оказались у него в руках, после чего Том со спокойной душой отправился домой.
Глава 6. В первый раз.
Новый рабочий день начался на удивление легко и беззаботно. Проснувшись раньше будильника, Томас успел не только приготовить себе завтрак из пары яиц, но также закинул всю накопившуюся посуду в мойку, а грязные вещи раскидал в три заранее подготовленные корзины для белья.
Не обошёл Том вниманием и металлическое ведро, в котором лежали обугленные остатки переданной Фрэнком Анджетти папки. Выгорев донельзя, файлы из ФБР представляли собой нечитабельное месиво, разобрать в котором смысл смог бы разве что обладатель паранормальными способностями.
Освободив себе пространство, мистер Риччи, как нельзя кстати, пребывал в бодром расположении духа, в то время как в его жилище буквально закипала жизнь, несмотря на ранний час. Всё вокруг Тома шумело, кипело и даже гремело, поскольку он забыл вытащить ремень из брошенных в стиральную машину брюк. И хоть солнце только потягивалось из-за горизонта, половина дел были сделаны.
Покинув фойе собственного дома, том прыгнул в свой автомобиль, который приветственно мигнув фарами, завёлся с пол-оборота ключа зажигания. В этот раз никто не беспокоил Тома с просьбами о деньгах, не мешал ему выехать на дорогу, да и вообще, включив расслабляющую мелодию одной из культовых радиостанций, детектив Риччи спешил закончить начатое прошлым вечером дело.
Дорога до офиса бюро, как и всё утро в целом, выдалась лёгкой и приятной. По пути Том даже успел заскочить в закусочную, где разжился двумя сэндвичами с ветчиной и парой стаканчиков с кофе, на стенке одно из которых размашистым почерком значилось: «Эжли».
Въехав на специальную парковку Бюро внутренних дел, Томас, как и прежде, поставил машины на ближайшее к лифту место. К своему удивлению, Том так и не обнаружил служебного Юкона на своём месте, впрочем, всё могло объясниться ранним часом, к которому явился детектив Риччи.
Лифт радовал, открывшись сразу же, едва Том нажал на кнопку вызова. Спустя пару минут, детектив Риччи уже подходил к собственному кабинету, за мутным стеклом одной из стоек виднелся чей-то силуэт. Несколько расстроившись, Томас опознал, что фигура сидит за правым ближним столом, а значит, на работу вышел детектив Домингес.
Что ж, день не мог быть полностью идеальным. Поджав губы, Риччи артистично пожал плечами, чем сумел неплохо поднять себе настроение, после чего, сжимая в руках взятый на двоих завтрак, задорно влетел в свой кабинет. Не поворачиваясь к соседу по кабинету лицом, Томас незатейливо помахал ему рукой, сразу же толкнув ногой стоявший под столом системный блок.
– Чарли, привет! – задорно бросил детектив Риччи, принявшись разбирать оставленный прошлой ночью хаос на своём столе.
– Доброе утро, детектив Риччи! – отозвался тихий женский голос, в котором Том сразу же узнал Эшли.
Изумлённо выгнув бровь, Томас обернулся в лучших традициях комедий семидесятых. Казалось, детектив изображал какого-то героя, но вот понять какого именно, мог едва ли только он сам.
– Аге-е-ент … – едва ли не торжественно протянул Том, словно возвещал о выходе на ринг именитого бойца реслинга, а не приветствовал коллегу, – … Фо-о-орстер!
Обернувшись вокруг собственного стола, Риччи вслепую схватил стаканчик с кофе и пакет с сэндвичем, после чего, всё в том же кружащемся танце без музыки, едва ли не подлетел к единственной в кабинете девушке, подав ей завтрак ко столу.
– Мисс Форстер! – томно проурчал Томас голосом заправского разбивателя сердец, – Ваш завтрак! Почти в постель!
Игриво поддёрнув брови, Риччи отпрыгнул от стола обескураженной Эшли, которая, не моргая, смотрела, как он, словно лыжник, возвращался к своему столу, махая руками в такт движения своих ног.
– Томат?! – изумлённо спросила Эшли, едва её глаза коснулись надписи на стаканчике.
– Томат?! – вопросом на вопрос отозвался Том, но, обернувшись и отследив взгляд агента Форстер понял всё без лишних слов.
Схватив одиноко стоящий стаканчик с кофе со своего стола, Томас ринулся к столу Чарли Домингеса и, поставив его перед Эшли, забрал тот, на котором размашистым почерком было написано: «Томат».
– Эж-ж-жли! – иронично буркнула Эшли, с улыбкой выделив неверно написанную букву.
– Старая приколка! – отозвался владелец стаканчика с надписью «томат», – Специально косяпорят, чтоб лучше рекламировалось!
– Рекламировалось?! – переспросила Форстер, отхлебнув немного кофейной пенки.
– Ага! – кивнул Том, в очередной раз артистично обернувшись, – Ну, любят люди подмечать ошибки, что уж тут …
– А причём тут реклама?! – не унималась Эшли, не до конца понимая суть сказанное её внезапным собеседником, – Как это связано?!
Не мешкая, Том схватил два карандаша. Один, идеально ровный и острый вынул из органайзера на своём столе, второй же, покусанный и грязный вынул из кружки с логотипом морской пехоты США, стоявшей рядом с именной табличкой представлявшей своего владельца как: «Дет. Джейкоб Норли».
– Вот смотри! – подойдя к Эшли, Том показал ей два карандаша, – Представь, ты заказала два карандаша, и тебе пришёл вот этот!
Риччи положил перед агентом идеально ровный карандашик.
– Что ты будешь делать?! – подытожил вопросом детектив.
– Скажу спасибо! – подняв карандаш, Эшли обхватила его пальцами, мысленно подписав незримый документ.
– Отлично! – просиял Том, ловко забрав свой карандаш и сунув его в карман пиджака, – А если тебе пришлют этот?!
Положив перед Эшли второй карандаш, Томас улыбнулся уголком рта, предвкушая ответ, которого так и не последовало.
– Верну его! – ответила Форстер, – Как товар, бывший в употреблении!
– Эм … – на мгновение замешкав, Том опешил, – Ну может отзыв решишь написать какой? Друзьям рассказать?
– Ой, да брось ты … – отмахнулась Эшли, – Пришлют мне джинсы не того размера, я буду друзьям рассказывать что ли?
Поджав губы, Том взял покусанный карандашик и, вернув его на стол детектива Уорли, зашагал к своему столу.
– Так, а в чём смысл-то?! – изумлённо выгнув бровь, поинтересовалась Эшли, – Я, как бы должна друзьям рассказать о …
Смерив взглядом стаканчик с кофе, агент Форстер увидела насупившегося Томаса, который, бухнувшись в своё кресло, лениво щёлкал по клавишам своей клавиатуры, побуждая систему грузиться быстрее.
– Знаешь, Том! – улыбнувшись, Эшли отставила стаканчик в сторону, – Были бы друзья, я бы лучше рассказала о том, как очень хороший напарник привёз мне кофе ранним утром! Спасибо тебе!
Вновь взявшись за стаканчик, Форстер подняла его чуть выше уровня глаз, словно собираясь читать тост в честь своего добродетеля. Лишь на мгновение повернув голову, Эшли украдкой взглянула на вставленную в держатель пару кофейных стаканчиков, которые она сама этим утром принесла с собой.
– Так, ладно! – подытожил Томас, – У нас сегодня насыщенный день! Капитан новых поручений не давал?! Не давал! А значит, на опять бездельнича…
Сболтнув лишнего, детектив Риччи не подал виду, сразу же сменив тему.
– …ать некогда будет! – исправился Риччи, – Нам нужно в бруклинскую тюрьму наведаться! Есть зацепка от моего информатора!
– У тебя есть информатор по этому делу?! – с толикой удивления, бросила Эшли, – И кто он, если не секрет?
– Сначала проверим его наводку! – отмахнулся Том от неудобного вопроса, – Давай шустрей, а то опоздаем!
Пожав плечами, агент Форстер взяла со спинки стула свой серый тренч, после чего была вынуждена ускорить шаг, пытаясь поспеть за умчавшимся к лифту детективом.
– Агент Форстер! – артистично склонив голову в поклоне, Том приглашающе указал на створки лифта, едва они открылись.
Подыграв внезапной щедрости на галантность со стороны детектива, Эшли лёгким присядом изобразила некое подобие эпатажного книксена, после чего уже не шла, а парила, словно грациозная леди восемнадцатого века.
– Есть забавная странность! – начал Том, сжимая в руках несколько распечатанных прошлой ночью документов, – Вот смотри!
Пока ехал лифт, детектив Риччи вкратце рассказал своей спутнице об арестах некоего Роберта Хитцоффа. Едва ли можно было бы назвать совпадением все те странности, которые присутствовали в каждом из его расследований.
– И угадай, в каком участке трудится детектив Хитцофф?! – поинтересовался Том, едва они подошли к служебному Шевроле.
– Шестьдесят четвёртый?! – предположила Эшли, хотя было заметно, что она была совершенно уверена в своём ответе.
– В точку, детектив! – ответил Том заготовленной фразой из одного популярного ток-шоу, – Вот сейчас и узнаем что да как!
Семь миль пути пролетели в одно мгновение. Собрав по пути все зелёные светофоры, Шевроле Каприс детектива Риччи нырнул ко дну протока Ист-Ривер, и чуть меньше чем за четверть часа, вынырнул по ту сторону тоннеля Баттери. В общей сложности потратив на дорогу полчаса, Том припарковал автомобиль у городской тюрьмы, поспешив войти внутрь за ответами.
– Детектив Риччи, полиция Нью-Йорка! – представился Том, подойдя к досмотровому офицеру.
– Здравствуйте детектив! – без единой эмоции произнёс дежурный офицер, – Сдайте ваше оружие и специальные средства!
В силу своей текущей должности в бюро, Томас не так уж часто посещал тюрьмы, а если говорить откровенно, то последней раз в ней был ещё во время службы в патруле. И хоть при себе у детектива Риччи не было ни оружия, ни даже наручников, всё же, требования инспектора несколько возмутило его.
– Ничего нет, инспектор! – парировал Том, – Кроме жетона! Детектива! Полиция! Что город охраняет! От преступников!
Каждое новое слово Риччи говорил вполголоса, и только для того, чтобы вызвать улыбку на лице своей спутницы.
– Понимаю, но таковы правила! – заготовленной фразой отозвался инспектор, – Сдать ваше оружие можно в отделе «Си».
– Ау! – демонстративно помахав руками, Том попытался обратить на себя внимание безжизненного инспектора, – Я пуст!
– Пожалуйста! – продолжал инспектор, – Я всего лишь выполняю свою работу!
Обернувшись на свою спутницу, Том изумлённо выгнул бровь, состроив до боли забавное выражение лица. Его старания были не напрасны, и Эшли улыбнулась вновь. Вынув из внутреннего кожаный чехол с удостоверением агента ФБР, Форстер поравнялась в плечах с детективом, раскрыв документы перед лицом инспектора.
– Специальный агент Форстер! – представилась Эшли, повысив себя в ранге, – Пригласите уполномоченного по работе с ФБР!
– Здравствуйте, агент! – всё тем же, абсолютно безучастным тоном заговорил инспектор, – Сдайте ваше оружие и специальные …
Провозившись с не самым смышлёным специалистом контурной безопасности, Риччи и Форстер всё-таки смогли добраться до кабинетов административной части.
– Как, вы говорите, его фамилия?! – переспросила миловидная девушка в бежевой униформе, – Братцовски?!
– Бар-тов-ски! – по слогам прочитал из файла Том, после чего назвал имя арестованного целиком, – Майкл Партовски!
– Та-а-ак! – протянула инспектор, внимательно изучая данные в мониторе, – Ага, вот, нашла! Майкл Партовски!
– Бинго! – воскликнул детектив Риччи, победно хлопнув в ладони, – Мне бы с ним пообщаться!
Подняв глаза на детектива, инспектор несколько раз переводила взгляд с него на монитор и обратно, словно только что увидела его фотографию в списке самых разыскиваемых преступников.
– А из какого вы участка, детектив?! – поинтересовалась леди-инспектор, – Я могу взглянуть на вашу идентификационную карту?!
– Можете посмотреть на мою! – вклинилась в диалог Эшли Форстер, раскрыв своё удостоверение агента ФБР.
– Детектив?! – изумлённо переспросила инспектор, посмотрев на Риччи, после чего перевела взгляд на Эшли, добавив: – Агент?!
– Да! – коротко бросила Форстер, – Нам необходимо поговорить с арестованным!
– Минуточку! – отозвалась инспектор, вновь устремив взгляд в свой монитор.
Активно печатая, девушка в бежевой униформе не поднимала глаз до тех пор, пока со спины к её посетителям не подошли четыре вооружённых офицера пенитенциарного учреждения. И хоть форма подошедших офицеров практически полностью копировала форму полицейских всё же, были и некоторые отличия, начиная от шевронов и заканчивая пустым грейд-холдером.
– Есть подозрение на подлог! – озвучила свои опасения инспектор, поднявшись со своего стула.
Изумлённо переглянувшись друг с другом, Томас и Эшли не сразу осознали, в сколь странную ситуацию только что попали.
– Покажите ваши документы! – произнёс один из подошедших офицеров, положив правую руку на пистолет.
В очередной раз, продемонстрировав свой жетон детектива, Риччи также вынул из бумажника идентификационную карту, но даже этого оказалось мало дотошным офицерам исправительного учреждения. Не произвели на них впечатления и документы агента Форстер, которая в отличие от своего спутника из полиции, была готова разразиться гневной тирадой.
– Вам придётся задержаться, пока мы всё проверим! – вновь заговорил офицер, – Надеюсь, на понимание!
Жестом пригласив пройти обоих посетителей в служебное помещение, старший группы офицеров явно был не намерен услышать отказ. И хоть негодующая Эшли была готова едва ли не с боем прорываться к начальству зарвавшихся офицеров, её спутник соблюдал поистине хладнокровное смирение.
– Ну, знаете ли!!! – воскликнула Эшли, едва войдя в тесную, давящую своей пустотой комнату, – Я с вас значки сниму!!!
Вдоль стен комнаты стояли мягкие диванчики, на один из которых Том сразу же бухнулся. В какой-то момент он хотел отпустить пару ироничных шуток, но, глядя на полное негодование лицо своей спутницы, передумал.
– Алло! – донёсся голос Эшли, которая уже кому-то успела позвонить, – Я в Бруклинском центре содерж… – не успев закончить мысль, агент Форстер посмурнела в лице, – Да! … Как это?! … Так а вы скажете, что я … Да с детективом! … Ясно! … Да! … Буду ждать! … Да понятно! … Да! … Хорошо! … Принято!
Отключив телефон, Эшли бухнулась на соседний диванчик, расположившись аккурат рядом с головой распластавшегося в мягком лоне детектива.
– Партовски в больничном крыле! – сухо произнесла Эшли, – Он чем-то отравился! Пока версия на химическом отравлении!
– Когда?! – изумлённо воскликнул Том, поднявшись и сев как положено, – Его же только позавчера перевели из участка сюда!
– Вчера ночью! – пояснила Форстер, пригладив выбившуюся из хвоста прядку тёмных волос, – С утра объявлен тотальный карантин!
– А тут мы! – усмехнулся Риччи, – Агент ФБР и детектив полиции! – Гремучая смесь, однако! Я б не поверил!
Тихо рассмеявшись, Том всё же позволил себе выплеснуть немного эмоций.
– Вот и они не поверили! – без тени эмоций добавила агент ФБР, – Уполномоченный ещё десять минут назад позвонил в ФБР!
– Так вот что этот дуболом мозги клепал! – на одном дыхании выпалил Риччи, вспомнив встречу с инспектором на входе.
– Возможно! – пожала плечами Эшли, – Однако, сейчас мы ждём капитана Милли!
– Чего?!!! – вскочив на свои две, Том впервые искренне встревожился, – С какого …
– Моё начальство позвонило капитану и … – Эшли замешкала, подбирая слова, – … и он, мягко говоря, не в курсе событий!
Поджав губы, Том бухнулся обратно на диванчик, уставившись в блеклый растровый потолок.
– Ну, согласись, это же странно! – вновь заговорил Том, не опуская взгляда, – Аресты по алфавиту, несчастные случаи!
– Конечно! – одобрительно закивав, отозвалась Эшли, – Только вот как это связано с нашим делом?
– Есть наводки на этот счёт! – сухо ответил Том, вновь постаравшись дистанцироваться со своей собеседницей, – Надо подумать!
Так и началось томное длительное ожидание, во время которого два вынужденных узника служебного помещения городской тюрьмы успели обсудить многое и даже то, что едва ли бы стали обсуждать в сложившейся ситуации. Разумеется, никаких новых открытий в деле сделать было невозможно, отчего компания решила придаться воспоминаниям, рассказывая друг другу о всяком.
– А можно вопрос? – после непродолжительной паузы поинтересовалась Эшли, растянувшись на соседнем от собеседника диване.
– Валяй! – успевший расслабиться, Том вёл себя открыто и непринуждённо.
– А как ты вербуешь своих информаторов? – задав конечный вопрос, агент пояснила: – У меня вот вообще этого не получается!
Выждав некоторую паузу, Риччи попытался дать спешный анализ опасности очередного вопроса, ведь до сих пор, ничего особо важного его собеседница не спрашивала.
– В основном в качестве благодарности! – коротко бросил Том, но, осознав, сколь двусмысленно звучала его фраза, поспешил реабилитироваться в глазах собеседницы: – Это ещё со времён патруля! Мой наставник часто мне говорил, что важно не то, как я полезен улицам, а то, как улицы полезны мне! Я просто наблюдал за ним, а позже делал так же, как и он!
Рука Эшли соскользнула с диванчика, ударив расслабленными пальцами по тёртому паркету. Услышав странный звук, Том поднял голову, но, сквозь покрытое жалюзями окошко двери никого близко видно не было.
– А я вот для меня это проблема! – еле слышно продолжила Эшли, – Вербовка для меня белый кит непостижимого мастерства!
– Да брось ты! – усмехнулся Том, – Просто будь наглее! Каменные джунгли не терпят слабости!
– Да уж! – подытожила Эшли, скрестив руки на груди, – Может вообще эта работа не моё!
На мгновение Томас опешил. Подобные мысли посещали детектива не раз, но, всё же, на его пути встречались люди, кто мог помочь советом и нужным словом. Увы, но даже сам Риччи отмечал, что в последнее время достойных представителей рода человеческого становилось всё меньше, отчего едва ли хоть кто-то мог дать дельный совет совсем ещё юной Эшли Форстер.
– Знаешь … – заговорил Том, но в следующий миг стих, задумавшись о словах, что хотел сказать.
В этот самый момент сознание детектива Риччи обратилось к тому самому моменту, когда его собственная мотивация и желание работать в полиции рушились, словно хлипкий карточный домик. И хоть эти событие случились достаточно давно, Том чувствовал их также ярко, словно они произошли буквально вчера.
Ворвавшись во мрак плохо освещённой улицы, американский седан с тонированными окнами круто повернул в направлении складского комплекса южного Бруклина, тут же погасив все световые приборы. Слившись с тьмой, автомобиль, казалось, стал её частью, но мерцающий в предсмертной агонии уличный фонарь, всё же изредка подсвечивал его покатые формы.
– Подозреваемый вышел из административного здания! – донёсся женский голос из рации.
– Принято! – сухо отозвался Том, сидя на переднем сидении тонированного автомобиля в компании четверых детективов.
Вглядываясь в темноту, мужчины в бронежилетах и рабочих ветровках полицейского департамента Нью-Йорка, не выпускали из рук пистолеты и помповые ружья, которыми были вооружены двое из них.