Оценить:
 Рейтинг: 0

Литературоведческий анализ стихотворений

Год написания книги
2020
1 2 3 >>
На страницу:
1 из 3
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Литературоведческий анализ стихотворений
Константин Дмитриевич Воскресенский

Книга посвящена разбору поэтических средств, применяемых Константином Воскресенским в стихотворениях, написанных преимущественно за последние годы. Это практическая поэтика в действии. Книга может быть интересна учащимся старших классов, студентам-филологам, представителям литературных объединений, пишущим стихи, а также всем, кто пытается открыть для себя мир поэзии.

Константин Воскресенский

Литературоведческий анализ стихотворений

От автора стихотворений

Перед Вами невероятно интересная книга-учебник с разбором моих стихотворений литературным экспертом, поэтом Сергеем Сметаниным. Идея создания этой книги возникла в процессе подготовки нами предыдущей книги “Избранные стихотворения”. Процесс изначально предполагался быть тяжёлым и… стал таковым. Наши с Сергеем Егоровичем весовые категории слишком разные…

Я – ведущий инженер по автоматизации с полным высшим техническим образованием и с опытом работы по специальности более 15 лет. Но периодически пишу стихи. Причин для этого достаточно. Во-первых, интерес к этому у меня появился ещё в старших классах. Во-вторых, мне дана некоторая внимательность к: слову, звуку, ритму… хотя рифма не всегда по канонам, но тут скорее лень-матушка. В-третьих, часто только в стихах у меня есть возможность выразиться максимально точно и красиво. Ну и наконец, в-четвёртых, проработав в немецких и французской компаниях на данный момент уже более 12 лет, я очень устал от таких слов, как “добавленная ценность”, “маржинальность”, “энергоэффективность”, “программно-аппаратный комплекс”, “кибербезопасность”, “возврат инвестиций” и прочее – список огромный. Иногда ещё хочется слышать и произносить такие слова, как “солнышко”, “любовь”, “дружба”, “свет”, “весна” и прочее – список не менее огромный. Т. е. в поэзии я словно травинка, пробивающаяся сквозь асфальт современного высокоскоростного шоссе. Дилетант-любитель, не удосужившийся прочитать ни одной книги по поэтике, но нагло залезший с электронными- и аудиокнигами на полки ЛитРес, Amazon, Apple ibooks, Google Play и т. д. Плут, пробравшийся с чёрного входа на музыкальные площадки Яндекс-Музыка, ВКонтакте, iTunes, YouTube и т. д. со своими аудиокнигами с атмосферой.

Другое дело – Сергей Сметанин. Поэт, автор проекта литературного гипертекста, лауреат и вообще – Эксперт с большой буквы в мире Литературы…

Началась долгая и местами нудная работа над формированием сборника “Избранные стихотворения”. Что-то нравилось Сергею Егоровичу, а мне нет. Что-то – наоборот. Дело дошло до финального списка, и, увидев, что туда попали некоторые откровенно слабые стихотворения, я попросил дать по ним аргументацию. Я её получил на примере разбора одного стиха, и этот разбор вызвал у меня мальчишеский восторг.

Как не специалист, простой читатель я был заворожён, удивлён и сильно потрясён, оказавшись за кулисами стихотворения. Как театр, где звучит музыка, есть сцена, реквизит, герои и… закулисье: толкотня, беготня, неимоверное напряжение, туда-сюда снуют всякие ассистенты и вообще – нервотрёпка жуткая.

Хотелось бы верить, что когда-нибудь эта книга дойдёт до филологических факультетов и опытные литературные специалисты будут рассказывать студентам на примере этих стихов, как правильно писать стихотворения, как нет, а самое главное – почему. “Вот стих инженера Константина. Обратите внимание на… что характерно… особенно удалось… потому что… а вот так делать не стоит… ведь… потому что… поэтому…”.

Даже если этого не случится, книга в любом случае подойдёт всем, интересующимся cловом, любопытствующим, возможно, даже искушённым в чтении просто стихотворений и ищущим что-нибудь нестандартное. Это как раз сюда.

Также надеюсь, что эта книга поможет таким же самоучкам, как я, избежать типовых ошибок, с большей ответственностью и уважением приступать к любой работе, лучше понимать предметную область, быть внимательнее к отдельным важным деталям, конечно, не теряя за формальными строгими правилами главной сути спетой и уложенной на полочки мысли или эмоции…

С трепетом и лёгким чувством гордости отдаю себя на растерзание всем желающим, пользы ради, доброй забавы для, и в этом вижу свою поэтическую миссию и реальный личный вклад в Русскую Литературу…

Вступительное слово от литературоведческого эксперта Сергея Сметанина

Идея книги, которую мне предложил Константин Дмитриевич Воскресенский, показалась мне реализуемой, хотя и проблемной. Для меня как редактора, многолетнего руководителя Сургутского литературного объединения «Северный огонёк» значение поэтических средств (инструментов) в литературном творчестве настолько бесспорно, что может служить критерием эффективности любого ЛИТО. Нет интереса к поэтике – нет сообщества начинающих писателей. Есть кружок по интересам.

Уровень критики, основанной на субъективном восприятии (нравится – не нравится) не стоит и обсуждения. Не хотелось бы говорить и о популярной в современной литературной учёбе теме смысла и смыслотворчества как выходе из тупика постмодернизма. На мой взгляд, это не более, чем спекуляция на привычке мыслящего человека искать тень разумного во всём, что произведено людьми и хоть отдалённо имеет отношение к порядку.

День сменялся ночью задолго до того, как на планете Земля появился первый человек. И предыстория литературы имеет многовековую речевую традицию. «Есть речи, значенье – смешно иль ничтожно, / Но им без волненья внимать невозможно», – говорил Михаил Юрьевич Лермонтов. Он имел в виду поэзию, проникнутую гармонией созвучий, тем самым благозвучием, которое долгие времена помогало дописьменной речи организоваться и быть почти единственным хранилищем общественной памяти.

С появлением письменности это стало не нужно, литература во многом превзошла устную поэзию. Точно так же, как гипертекст одолевает письменную литературу в наше время.

Но гармония не умерла. Законы её по прежнему пронизывают не только произведения современных бардов и менестрелей, но и бытовое, и научное речетворчество. Пользуются её законами и современные шуты гороховые – участники различных ток-шоу. По её законам учатся говорить наши дети и внуки. Просто они не осознают этого, не ведают, что творят.

Опыт работы со стихами Константина Воскресенского может распахнуть перед многими то скрытое от досужего глаза и уха богатство, которым полна кухня современной поэзии. Конечно, есть риск того, что посещение этой кухни покажется кому-то слегка отталкивающим: не все любят выращивать и обрабатывать помидоры, как ответил девушке грузин из анекдота («Кушать люблю, а так – нет!), но есть, подобно ему, их любят почти все.

Будем всё же надеяться на благосклонный приём читателем нашего с Константином Дмитриевичем творческого опыта. Что ведёт пером автора? Что интересного можно увидеть и услышать в отдельном поэтическом произведении? Чего может ждать и на что подсознательно надеется читатель четверостишия или сонета? Ответы на эти вопросы можно попытаться найти в книге, которую Вы уже читаете.

Сергей Сметанин, член Союза писателей России, поэт, редактор.

1. Я не фальшивка

Узнать позволь мне, кто ты есть.
Мечта? Ассоль? Благая весть?

Секрет большой? Игра? Загадка?
Родник святой? Рогалик сладкий?

Как будто здесь, но словно в прятки
Играет ферзь ответом кратким.

Растаял весь, стоптался в ноль,
Но вновь воскрес и жив король.

Как белый лист, кристалл, наливка —
Душою чист. Я не фальшивка…

Зачин стихотворения представляет собой двустишие с чёткой мужской рифмой, "есть" – "весть", выразительной паузой посередине стиха (цезурой), которая ярко подчёркивается внутренней рифмой "позволь" – "Ассоль".

Эпитет "благая" подчёркивает тон, заданный необычной, с точки зрения бытового разговорного языка, перестановкой первых двух слов стиха (инверсией). Это – возвышенная речь с явно романтической окраской.

Созданный таким способом размер строфы идеально поддерживается автором на протяжении всего стихотворения. Это вызывает ожидание особенного, значимого финала, который и дарит читателю последняя строфа, инструментально отданная сравнению:

Как белый лист, бриллиант, наливка —
Душою чист. Я не фальшивка…

Душа поэта последовательно сравнивается с вещами, призванными отразить идеал чистоты. Естественно, "белый лист", "бриллиант" ("кристалл" в одном из предварительных вариантов) очень хорошо подходят для заданного началом вещи тона. А "наливка" без эпитетов в ряду перечисляемых символов чистоты звучит вполне естественно.

Разговорная речь заявляет о себе оборотом "стоптался в ноль" практически в центре стихотворения. Но она полностью подчинена динамике и структуре целого.

Название стихотворения, повторённое в финале, приобретает не только смысловую, но и звуковую убедительность.

Главный эстетический вопрос стихотворения задан не в названии. Он формулируется по ходу строфического развития сочетанием эпитетов "святой" и "сладкий", подтягивает на уровень возвышенного романтизма обычные вещи: рогалик и шахматы, упоминает детскую игру "прятки".

Поэт намекает на такой элемент духовной жизни, как красота состязания в одну из известнейших в мире настольных игр. Не буду лишать читателя удовольствия разобрать развитие эпитетов "короля" самостоятельно. Они связаны по звучанию с именем автора, но это не является важным.

Важно сохранение и развития начального вопроса под видом представленного отрывка из шахматной партии. На него так и не даёт ответа это стихотворение, но важно то, что оно гармонично и благозвучно составлено. Уважение по отношению к спрашиваемому рисует лирического героя сложным, развивающимся, несмотря на кажущуюся простоту.

2. Травит мне душу горечь и хмель

Травит мне душу горечь и хмель:
Как мне не думать всё время о ней?

Боль, что тревожит так, – полностью снять,
Нрав её дерзкий понять и принять?

Как в эту бездну не рухнуть опять,
Как, вдруг упавши, подняться и встать?

Как отрешиться, навеки забыть,
Как научиться её не любить?

Как за обман её глупый простить,
1 2 3 >>
На страницу:
1 из 3