– Подождите, куда вы меня ведете? – мой хриплый голос показался чужим в этом устрашающем молчании природы.
– Рот закрой и быстрее переставляй ногами, – отозвался тот, кто буквально тащил меня за локоть, причиняя нестерпимую боль.
Пройдя еще немного, мы оказались на поляне, посередине которой стоял огромный трехэтажный дом, с множеством прозрачных окон, как в фильме «Сумерки». Вот только вряд ли хозяин здесь Эдвард Каллен…
Меня завели в помещение, и повели на второй этаж. Я не могла толком ничего рассмотреть, отметив лишь то, что внутри было много темных тонов и царил минимализм.
После проделанного пути, мы остановились около одной из дверей. Меня, словно, вещь втолкнули внутрь. Здесь царил полумрак. Кругом витал пряный запах дорогого алкоголя, смешанный с нотками мужского парфюма. Я не сразу заметила в дальнем углу комнаты человека. Он сидел за массивным столом, закинув на него ноги. Лица его не видела, но чувствовала энергию, исходящую от этого незнакомца.
– Кир, привезли тебе подарочек от того лоха, который просрал товар, – заговорил громила, продолжая сжимать мою онемевшую конечность.
Я почувствовала, как некий «Кир» поднялся и начал приближаться. У меня внутри что-то оборвалось, слезы сами катились по щекам, оставляя соленые дорожки. Этот человек убьет меня. Внутренний голос шептал, что мне уже никто не поможет.
Незнакомец подошел совсем близко, я чувствовала, как он прожигает во мне дыру. Мне было страшно поднять голову и посмотреть в глаза своему кошмару. Я до сих пор не верила, что это происходит со мной, а не в каком-нибудь очередном фильме про бандитов. В нос ударил запах табака. Страшный человек закурил, выпуская клубы дыма.
– Это ЧТО? – заговорил незнакомец.
– Ээ…это девчонка, которую пообещал Миронов, чтобы загладить свою вину.– Быстро отчеканил тот, кто держал меня. Его рука дрогнула. Он тоже боялся.
Господи, что происходит?! То, что сказал этот тип, выбило весь кислород из моих легких. Я начала в прямом смысле задыхаться. Они ведь говорили не про моего друга, да? Это ведь какое-то недоразумение.
Наконец, осмелилась и подняла глаза, встретившись лицом к лицу со своим похитителем. Вот только порыв смелости испарился, так же быстро, как и появился. Его взгляд был такой темный, мне показалось, что я утонула в бездне своих ужасов и кошмаров. Мужчина был красив, даже в тусклом свете можно было понять сей факт. Только что-то мне подсказывало, что эта красота влекла за собой только смерть и боль.
Мое тело бросило в жар. Еще немного и я бы просто упала в обморок.
– Отпустите меня! Я ничего не сделала, слышите?! Вы меня с кем-то спутали! – затараторила, пытаясь увернуться из крепкой хватки моего «сопровождающего».
Незнакомец внимательно изучал меня, докуривая сигарету.
– Вы, двое идиотов, притащили мне эту мышь сюда, чтобы испытать мое терпение? Вы, блядь, думаете это смешно?! – Его тембр вибрировал в ушах, хотелось спрятаться где-нибудь в углу и не высовываться. Вот только меня задели слова этого наглеца.
– Эй, я как бы тут есть! Отпустите! Я никому ничего не скажу правда-правда! – Мне было страшно. Хотелось вернуть все назад и отказать Андрею в его просьбе. Я не могу поверить, что он мог так поступить со мной, не могу… Горькая желчь скопилась во рту.
– Заткнись быстро! Уведите ее в бункер, посмотрим, на что она годится. А с Мироновым разберусь позже, видимо, он плохо усвоил прошлый урок.
Меня накрыла волна отчаяния. Меня не собираются отпускать. Теперь я – пленница. И меня никто не найдет в этом глухом лесу, даже родители со своими связями. Остается надеяться только на свои силы.
Глава 3.
Мы часто задумываемся о своем будущем: кем хотим стать, чего хотим достичь. Нам нравится мечтать, погружаясь в мир грез и фантазий перед сном. Я всегда жила спокойной и размеренной жизнью, но где-то глубоко хотела изменить прежний уклад, добавить чего-то необычного в свое существование. Вот только в моих планах не было пункта влипнуть в неприятности и стать заложницей…
Меня вывели из дома страшного человека, и повели снова вглубь леса.
Я запиналась на каждом шагу, содранные колени неустанно саднили, хотелось вырваться из лап этих людей и бежать без оглядки. Но я понимала – убегать нет смысла, все равно поймают и вот тогда точно сюсюкаться не станут, убьют.
Из разговора поняла только то, что меня ведут в какой-то бункер. Что это за место, боялась даже представить. Пока не увидела собственными глазами. Это был настоящий военный бункер, уходящий куда-то далеко под землю! Подойдя ближе к металлическим воротам, один из моих сопровождающих поднес к небольшому устройству пластиковую карту, и, через несколько секунд, мы оказались внутри помещения. Здесь было намного теплее, чем снаружи. Тусклый свет освещал длинный коридор. В какой-то момент мы завернули и мою персону втолкнули в какую-то дверь. Послышался скрипучий звук замка. Меня заперли в этой тюрьме под землей.
Ладони вспотели, меня начал бить озноб.
– Пустите! Вы хоть знаете, кто мои родители?! Они меня обязательно найдут! – Я колотила дверь со всей силы, пинала ногами, но никто не пришел.
Истерика нарастала с каждой секундой, проведенной взаперти. Да, у меня была клаустрофобия еще с детства. Когда мне было шесть, родители уехали на деловую встречу в другой город. Меня оставили вместе с няней, которая, как оказалось позже, ненавидела детей. Она закрывала меня в темном гардеробе, если я осмеливалась хоть что-то сделать не по ее воле. Помню, меня долго потом таскали по врачам и психологам. Вот только бояться замкнутых пространств так и не перестала. В своей комнате всегда находилась либо с открытым окном, либо с приоткрытой дверью.
Я осмотрелась. В этой «камере» была довольно большая кровать с балдахином, недалеко стояло кресло с небольшим журнальным столиком. Все предметы интерьера были в вызывающих бордовом и красном оттенках. Так же здесь было три других двери. Сразу бросилась к ним. В одной оказалась маленькая ванная комната, в другой – туалет. Третья была заперта. Я прислушалась, но ничего за ней не услышала. Вокруг стояла звенящая тишина. Скорее всего, тут была полная звукоизоляция.
Отчаяние нарастало все больше и больше. Мне хотелось домой, к родителям. Несмотря на то, что они всегда относились ко мне строго и холодно, я любила их и была благодарна за все.
Они научили многому, но не научили самому главному – разбираться в людях.
Воспоминания об Андрее ударили под дых. Этот озорной паренек, с веселыми искрами в глазах предал меня, так низко растоптал нашу дружбу. А была ли вообще между нами дружба? Наверное, я никогда не узнаю ответ на этот вопрос. Что-то подсказывало, что мы больше никогда не увидимся с Андреем Мироновым. Этот человек теперь лишь призрак из прошлого.
Так, хватит киснуть. Нужно выбираться отсюда! Думай, Милана!
Снова прошлась по комнате, в поисках хоть чего-нибудь, что помогло бы мне открыть замок. Внимание привлекло небольшое красное мерцание в углу. Подойдя ближе, смогла рассмотреть предмет. Это была камера. Шестеренки закрутились в голове. Развернувшись, бросилась в ванную. Здесь была точно такая же! Не было камеры только в туалете.
Получается, они не просто так заперли меня, теперь за мной будут постоянно наблюдать. Господи, я попала в руки к каким-то озабоченным преступникам…
Злость постоянно нарастала, взгляд случайно коснулся графина с водой, который стоял на тумбе около кровати. Не раздумывая, схватила его и швырнула в прибор на стене. Послышалась громкая мелодия разбившегося стекла. Осколки полетели вниз, смешиваясь с водой. Пара стеклышек попали и на меня, но я даже не почувствовала. Ярость затмила разум. Такая же участь постигла и другую камеру. На этом решила не останавливаться. Пока всю мебель в этом гадюшнике не переверну, не успокоюсь. Правда, мое занятие было прервано громким звуком сзади. Обернувшись, увидела на пороге того самого мужчину. Его вид говорил о том, что он очень зол. Сжатые челюсти, сложенные на груди сильные руки и эти темные глаза с горящим пламенем. Черные, как смоль, волосы были в беспорядке, белая рубашка расстегнута на несколько пуговиц. Мужчина был очень высок, по сравнению с ним я, маленькая букашка, вряд ли достану даже до его груди. Застыв на месте, смотрела, как он стремительно приближается.
– Ну и? Что ты здесь устроила, маленькая сучка?! – Отчеканил он, хватая меня за волосы. Я зашипела, словно кошка, вырываясь из стальной хватки хищника.
– Вы не имеете права меня здесь держать! Мои родители найдут вас и тогда…– Мои слова были прерваны звонкой пощечиной.
– Слушай сюда внимательно, дрянь, ты теперь не имеешь никаких прав. Еще раз услышу, что ты повысила в моем присутствии голос, отрежу язык. Свои сучьи выходки оставь при себе. Устроишь разгром снова – будешь вылизывать все стекла с пола. Поняла меня?! – Он продолжал держать за волосы, пока кидал угрозы в мой адрес.
– Пошел ты…– Не знаю, откуда во мне взялась смелость, но я подняла голову и посмотрела на него с отвращением, мысленно заставив себя перестать быть жалкой в глазах этого чудовища.
– Видимо, все же не поняла. Значит, будет по-плохому. – Он достал какой-то шприц с прозрачной жидкостью из кармана.
В один момент меня скрутили так, что я не могла даже вздохнуть. Боль пронзила тело. Казалось, сейчас сломаются все ребра. Он задрал рукав моей блузки и воткнул шприц с незнакомым веществом. В голове помутнело. Какие-то странные блики плясали перед взором. Темнота забирала постепенно. Было ощущение, будто я падаю с огромной высоты. А потом все закончилось, как по хлопку и уже не было полета. Была только знакомая темнота и покой.
Глава 4.
– У нее редкая группа крови, это вещество не будет влиять на нее так же, как и на других.
– А если попробовать что-то другое?
– Я бы посоветовал тебе лечиться, друг, и перестать губить чужие жизни ради одной.
– А я бы посоветовал тебе заткнуться и делать свою работу.
Пробуждение было болезненным: голова, словно, налилась свинцом, веки отяжелели, меня бил озноб. Я лежала неподвижно, вслушиваясь в непонятный разговор между двумя мужчинами. Одного узнала сразу – тот самый Кир, вколовший мне какую-то сыворотку, от которой быстро отключилась. Но вот голос второго человека был не знаком. Я боялась даже пошевелиться, чтобы меня не заметили. Хотелось больше ответов. Этот странный разговор озадачил. Видимо, то, что мне ввели, было необычным успокоительным или снотворным, а чем-то намного хуже. Мое состояние доказывало, что этот препарат опасен, и я запросто могла умереть. Тошнота подкатила к горлу.
– Кирилл, эта девушка совсем ребенок, посмотри на нее, – говорил незнакомый мужчина.
– Мне плевать, – сухо ответил мой похититель.
– Ты безумец. Когда она очнется, приведите ее в медблок. Нужно сделать определенные анализы, – с этими словами он вышел из помещения.