Принц нахмурился.
– Вчера ты лежал в позе эмбриона на телеге, такой…
У меня аж сердце сжалось. – Закончил Лев.
– Жалость – последнее, что мне нужно от тебя.
– Тем не менее, кроме пользы и жалости я к тебе ничего не чувствую. И это неправильно. Если хочешь быть мне другом, то тогда откройся наконец. Или нам придется разбежаться прямо здесь. Я не хочу жить с «никем».
Принц чувствовал, будто бы он стоит на краю обрыва. Ему либо лететь в пропасть, либо схватиться хоть за что-нибудь, чтобы не упасть. Или упасть, но хотя бы… Не так сразу? Может быть выбившийся из земли корень смягчит его падение…
С тяжелым сердцем Принц готовился к тому, что Лев после довольно необычного признания пошлет его на все четыре стороны. Юноша и сейчас мог встать, да уйти, избежав постыдной минуты. Но что делать тогда? Скитаться то туда, то сюда… Или вернуться домой, пустить все на самотек…
Таким несчастным он сейчас себя почувствовал. Где тот дом, где всегда ждут родители, куда всегда приятно возвращаться? Мамин смех, папины размышления вслух. Арфа, карты, мягкие подушки. Звезда Ире-Долоре, которая никогда не взорвется… Где тот Принц, который когда-то мечтал стать продолжением отца и матери? Кто он сейчас? Что ему делать?
– То есть, тебе все равно, что со мной будет? – Горько усмехнулся Принц. – Ответь мне честно… Хотя, по-другому ты не умеешь.
– Я тебя не знаю, так что… Нет ничего, что заставляло бы меня за тебя переживать. Ведь ты «никто» для меня. У тебя есть шанс это изменить.
Принц некоторое время молчал. Напряжение будто бы росло в воздухе с каждой секундой. И вот, когда Лев уже хотел было вынести неутешительный вердикт, Принц заговорил.
– Хорошо. Я…, наверное, я ничего не теряю? Вроде… Послушай, Лев. Возможно то, что ты услышишь… Тебе не понравится, или заставит тебя разочароваться во мне. В таких тайнах нет никакой прелести, знаешь.
На пару минут возникла тишина. Лев внимательным взглядом изучал бледное лицо юноши, его сомнения, выраженные во взгляде синих беспокойных глаз.
– Я не Чарли, это так. Но ты, пожалуйста, продолжай обращаться ко мне по этому имени… – На этом моменте Принц опять осекся. Он вдруг представил, как глупо будет все это выглядеть. Нет, он не может признаться, что он – Принц. Это безумие. Лев сразу же отвезет его домой, без возражений. Это даже не обсуждается. Но что можно придумать сейчас? Какую ложь?
Тем временем Лев ждал. Сможет ли он распознать фальшивость признания? Да, обманывать сейчас – не красиво, не хорошо ни в коем разе, но… Принц сам сказал, что хочет новой жизни. Зачем Лев просит вернуться его к старой? Нет, ладно. Какая, собственно, разница? Откуда Лев узнает правду? Правильно – ни от куда.
– У меня… Произошел конфликт с родителями – довольно большими людьми в Стелле. – Принц старался подбирать слова. – Видишь ли, не сошлись взгляды, характеры…, впрочем, это все не причина убегать, да? Я просто занялся… Мне поручили заниматься не тем ремеслом, каким мне бы хотелось. Так как я не смог смириться с этим, я ушел…
Принц очень нервничал, и пытался всячески это скрыть. Внутри все пульсировало от бешеного стука сердца, по спине бежал холодный пот. Сейчас бы раствориться… Просто раствориться и все. Как же все это глупо… Лев, конечно ему не поверит. Вот он смотрит, прямо в лицо Принцу. Если последний сейчас повернется, чтоб встретиться со взглядом ярко-зеленых глаз, то пиши пропало – Лев его раскусит.
– Понимаешь, от этого зависела моя жизнь, – продолжал врать Принц, – и если бы я вовремя не ушел, то навсегда бы связал себя с нелюбимым делом. В этой прошлой жизни много грустных вещей, и я рассказываю тебе вкратце… Просто поверь, что мне неприятно все это вспоминать.
Вроде бы история складная. В ней нет повода для того, чтоб жалеть Принца еще больше – он же не сказал, что он сирота. Юноша знал, как предвзято относятся к этому статусу другие. Не нужно ему ничье сочувствие, тем более Льва. Он хочет быть с ним на равных. Он хочет, чтоб проблемы друга оказались гораздо более серьезными. Тогда жалеть придется не Принца.
– Вот и все. – Закончил юноша. Лев вздохнул то ли с облегчением, то ли с разочарованием.
– Я уж думал, что у тебя кто-то умер. – Усмехнулся он. – Ну ты правда. С таким лицом сидел.
Принц улыбнулся.
– Да, я могу понять, почему ты убежал. – Сказал Лев. – Но не вижу здесь причин утаивать такую историю. Разве что и правда ты рассказал все не слишком красочно, чтоб я мог представить. Впрочем, это не важно. Я понимаю, почему ты хочешь свободы. Но каким ремеслом бы тебе хотелось заняться? Уж точно не собиранием тыкв.
– Акцент не на этом. Мне поручили нелюбимое дело, а с любимым я пока не определился… Но насиловать себя не собираюсь.
– Это верное решение. – Лев впервые улыбнулся Принцу какой-то необычной доброй улыбкой, в которой сквозило понимание. – Значит, вот как. Возможно, что со временем ты вернешься к родителям?
– Для этого нужно время и… Не с пустыми же руками возвращаться. Не предстану перед ними, пока я являюсь таким неудачником, как сейчас.
– Резонно.
Они помолчали.
– Ну… Теперь ты можешь рассказать о себе? – Неуверенно предложил Принц.
Лев кивнул со вздохом.
– Ты ведь знаешь, что порой звезды складываются в созвездия? – Он вопросительно поднял брови. – Это прозвучит… необычно, но я не просто так называемый оборотень. Я раньше вообще был не живым. Не человеком.
– Хочешь сказать, ты…
– Я – созвездие льва. – После минутной паузы мужчина невесело хмыкнул. – И мое место на самом деле… Вон там, наверху. Более того, я не с этажей вовсе. Я снаружи, да.
Принц почти не дышал, слушая его. Во все это было слишком сложно поверить…
– Моя история, честно говоря, больше похожа на легенду, – тем временем продолжал Лев, – Много лет назад одна заскучавшая богиня любовалась звездами. Больше всего ее привлекло мое созвездие. И она оживила меня. Поначалу я был просто львом, ее питомцем… – рассказчик кашлянул в кулак, – Она давала мне какую-то долю свободы, ласкала, будто я не лев, а маленький щенок. Но другой жизни я не знал… Пока не встретился с земными людьми, не с нимфами. Меня привлекли люди, мне так хотелось… Говорить и слушать. Работать, жить, как человек… И тогда я стал умолять ее сделать меня человеком. Мольбы, как видишь, были услышаны. Я ушел от нимфы и… Я заигрался с жизнью. Когда нимфа заскучала по мне, я не вернулся на ее зов. И она решила наказать меня.
Лев вытянул руку, обнажил правое запястье, чтоб показать Принцу маленькие аккуратно выведенные циферки темно-красного цвета на нем.
– Видишь?
– Что это?
– Это количество оставшихся мне дней в облике человека. Посмотри на число.
– Шестьдесят два дня…
– Два месяца. После этого я вновь стану созвездием. Отсчет прекратится, как только я вернусь к богине, но я не вернусь, Чарли. Ты же знаешь, как я люблю свободу. Жизнь в неволе – все равно что смерть. Поэтому я могу тебя понять.
– И поэтому ты ищешь тыкву?..
Наступила многозначительная тишина, сквозь которую проник тяжелый вздох обреченного Льва.
– Вчера еще…– Начал он. – Число было больше. Вчера было семьдесят. Она стала укорачивать мне время. Поэтому мне вчера было так плохо, Чар… Только тыква может спасти меня от смерти.
– Но… Ты же сам сказал, что она потребует что-нибудь взамен?
– Это уже не важно. Я что-нибудь придумаю тогда. Но к богине я не вернусь, я не унижусь, став ее вечным рабом.
Принц пустым взглядом изучал озеро у них под ногами. Да уж, ну и история. Похлеще, чем у него самого… Это получается, что еще два месяца Лев будет самим собой, а потом просто исчезнет?
Принц не верил в возможность того, что они найдут тыкву. Да и с чего бы там быть волшебной тыкве?.. Если она и есть, вряд ли ей дадут просто так пропасть, все-таки поле охраняется садовниками. Они, конечно, не особо следят за ним, судя по всему, но…
Два месяца. Это же ужасно мало! Сколько лет Льву? На вид, не больше двадцати пяти…
Они молчали, оба наполненные размышлениями и грустью. Уши Льва упали назад, выражая полную тоску, безнадежность. У Принца сжималось сердце.