Кибер-Некромант: Сингулярность Сети

Глава 2. Развертывание рубежа 2

Пространство гиперперехода не было пустотой. Для Германа Рихтера, чей разум теперь оперировал на запредельных частотах, подпространственный туннель представлял собой ревущий поток бинарных бурь, квантовых суперпозиций и сплетенных воедино силовых линий. Там, где обычный пилот видел лишь ослепительную смазанную синеву за бронестеклом, Архитектор Смерти видел сырую, еще не упорядоченную ткань реальности, пронизанную холодными нитями Мертвого Кода.

Герман стоял в центре капитанского мостика флагмана, закрыв глаза. Интерфейс Системы пылал на внутренней стороне его век каскадом изумрудно-пепельных символов.

Десять очков, вложенные в Вычислительную Мощность, не просто добавили сухие цифры в характеристику. Базовый показатель в 540 единиц словно сорвал с его сознания очередной свинцовый ограничитель. Мир вокруг не замедлился — он распался на миллионы доступных для анализа микрособытий. Герман чувствовал вибрацию каждого субмикронного охладителя в обшивке корабля, слышал синхронный гул тридцати захваченных фрегатов, шедших в кильватерном строю, и одновременно просчитывал траектории движения микроастероидов на выходе из прыжкового коридора.

Перед его внутренним взором развернулось системное уведомление, вибрирующее от концентрированной энтропии:

[Внимание! Завершена глубинная интеграция очков эволюции]

[Базовый навык: «Сингулярность Танатоса» эволюционировал до ранга: «Паттерн Энтропийного Горизонта»]

[Текущие характеристики навыка:]

[Тип: Активный / Аурный / Концептуальный]

[Расход: 1 200 ед. Нано-Эфира / сек (в режиме развертывания)]

[Вычислительная нагрузка: 45 TFlops непрерывного потока]

[Радиус прямого поражения: 15 000 метров (масштабируется от Вычислительной Мощности)]

[Дополнительные протоколы эволюции:]

[1. «Инверсия Био-Сигнатур»: Любая пораженная цель органического или аугментированного типа при падении прочности ниже 15% мгновенно подвергается принудительному квантовому коллапсу нейросети с последующей компиляцией в «Слугу Мертвого Кода».]

[2. «Гравитационный Сдвиг Сети»: В зоне действия Сингулярности скорость передачи данных вражеских систем связи и наведения снижается на 78%. Вражеские щиты перегружаются от накопления паразитных затухающих гармоник.]

[3. «Пробой Фаервола Реальности»: Позволяет проецировать точку сингулярности сквозь твердые преграды и энергетические барьеры 5-го класса защиты.]

[Предупреждение: Локальная стабильность метрики пространства-времени вокруг носителя снижена на 4.2%. Присутствие Мертвого Кода привлекает внимание надсистемных наблюдателей сектора!]

Герман медленно выдохнул. В воздухе перед его лицевой пластиной соткался белесый пар, тут же распавшийся на ионизированные искры. Сила текла по его искусственным нервным узлам, требуя выхода. Рубеж 1 у Врат Леты был лишь якорной стоянкой, укрепленным тылом. Настоящая война требовала захвата артерий снабжения Архонтов.

— Выход в обычное пространство через тридцать секунд, — раздался хриплый, лязгающий голос Вейна.

Разведчик замер перед голографическим столом, его кибернетические щупальца нервно подергивались, подключаясь напрямую к тактическому терминалу мостика.

— Сектор «Цербер-Второй» прямо по курсу. Архитектор, мы выходим не на пустую трассу. Разведданные подтвердились. В узле гиперпространственных маяков Архонты развернули автоматизированный оборонительный комплекс: «Кербер-Прайм». Это не просто аванпост. Это орбитальная крепость-верфь с тремя батареями тахионных орудий и гарнизоном из автономных центурионов шестого поколения. Если мы не сомнем их в первые три минуты после десантирования, они заблокируют квантовые ретрансляторы и вызовут штурмовую армаду из центральных миров.

— Не вызовут, — спокойно отозвался Герман, открывая глаза. В глубине его радужек закручивались две черные воронки, поглощающие свет мостиковых индикаторов. — Их каналы связи сгорят прежде, чем первый импульс достигнет передатчика. Бальтазар, как ведут себя трофеи?

Старый техномансер, чье тело было наполовину заключено в саркофаг из черного железа с пульсирующими зелеными жилами, поднял тяжелую голову. Из его аугментированной пасти вырвался сноп охлаждающего газа.

— Корабли переформатированы, владыка. Тридцать сторожевиков Архонтов приняли код Сингулярности. Их прежние экипажи… упокоены и пересобраны. Теперь они — сервиторы низшего контура. Они не знают страха, не требуют кислорода и способны вести огонь с предельной перегрузкой реакторов. Их плоть срослась с сервоприводами турелей. Если потребуется, они направят свои суда на таран без секунды колебаний.

— Превосходно, — Герман перевел взгляд на могучую фигуру Валхора.

Берсерк стоял, опершись на две массивные вибросекиры, зубья которых сочились черной антиматерией. Его тяжелая штурмовая броня была покрыта запекшейся кровью и гарью еще со времен штурма первого рубежа, но в глазах горел первобытный, неутолимый голод битвы.

— Валхор. Твоя задача — центральный командный хаб «Кербер-Прайм». Мне нужно ядро их квантового суперкомпьютера неповрежденным. Оно послужит фундаментом для развертывания Рубежа 2.

— Будет исполнено, Владыка, — оскалился гигант, с лязгом сведя топоры. По лезвиям пробежала дуга черной молнии. — Мои мясники выгрызут процессоры вместе с хребтами защитников. Мы вобьем их кости в переборки их же святилища!

[Таймер гиперперехода: 00:00:03... 00:00:02... 00:00:01...]

[Внимание! Переход завершен. Выход в координатную сетку Сектора «Цербер-Второй»]

Реальность с оглушительным беззвучным ударом встала на место.

Пространство перед Черным Флотом взорвалось миллиардами холодных звезд, но их свет мерк по сравнению с тем, что предстало перед Германом.

Прямо по курсу, на фоне багрово-ржавой туманности, похожей на застывший след когтей исполинского зверя, висела исполинская конструкция. «Кербер-Прайм» напоминал трехлучевую звезду из ослепительно белого композита и полированного золота — классическая, высокомерная архитектура Высших Архонтов. От центрального веретена станции тянулись многокилометровые причальные стрелы, к которым были пристыкованы тяжелые транспортники и три ударных крейсера класса «Каратель».

Вокруг цитадели вращались сотни автономных боевых платформ, мерцающих золотистыми сферами силовых полей.

— Нас засекли! — выкрикнул Вейн, его пальцы превратились в смазанное пятно над панелью ввода. — Защитные протоколы активированы! Крепость поднимает Главный Щит «Эгида Демиурга»! Фиксирую захват наших судов системами наведения… Три… нет, шесть батарей главного калибра разогревают плазменные эмиттеры!

[Обнаружена угроза тактического уровня!]

[Противник: Автоматизированный оборонительный узел «Кербер-Прайм»]

[Класс опасности: Бета-Красный]

[Структурная целостность щитов противника: 100% (Фазовый барьер высокой плотности)]

[Боевая готовность гарнизона: 94%]

— Герман, щит не пробить обычным огнем трофейных кораблей, — быстро проговорил Бальтазар, сверяясь с потоками телеметрии. — Мы потеряем половину флота на подходе! Их тахионные орудия разорвут наши легкие фрегаты в пыль!

— Обычным огнем — нет, — холодно ответил Герман Рихтер.

Он сделал шаг вперед, выходя на выступ капитанского мостика, словно ступал на край бездны. Его правая рука, закованная в матовую броню из темного сплава, медленно поднялась. Пальцы раскрылись.

— Вычислительная Мощность: перенаправить семьдесят процентов свободных ресурсов на формирование локального вектора, — отдал он мысленную команду Системе. — Сингулярность Танатоса. Протокол «Пробой Фаервола Реальности». Цель — генератор щита южного квадранта цитадели.

Внутри Германа словно провернулась титаническая турбина. 540 единиц вычислительной мощи ударили в пространство, разрывая привычные законы физики. От его ладони протянулся едва заметный, вибрирующий луч абсолютной тьмы — луч, в котором не было фотонов, не было тепла, была лишь математически выверенная смерть материи и энергии.

Черный луч прошил пустоту за долю микросекунды. Он прошел сквозь передовые боевые платформы, не задев их физически, но заставляя их сенсоры сходить с ума и захлебываться потоками критических ошибок.

Золотой купол «Эгиды Демиурга» вспыхнул ослепительным сиянием, пытаясь отразить аномалию. Но Сингулярность Танатоса не вступала в энергетический обмен. Она действовала как вирус на фундаментальном уровне кода вселенной. В месте контакта золотое сияние сначала позеленело, затем покрылось сеткой гнилостно-черных трещин и с чудовищным звуком схлопнувшегося вакуума — лопнуло.

[Критический сбой защитного периметра цели!]

[Фазовый барьер сектора 3 деактивирован. Время восстановления противником: 42 секунды]

[Нанесено системное заражение: «Мертвый Код v.4.12» проник во внутреннюю энергосеть станции]

— Щит пробит! — взревел Вейн. — Их центральный узел ослеп на треть емкости сенсоров!

— Черный Флот — залп из всех орудий по артиллерийским платформам! — скомандовал Герман, и его голос транслировался напрямую в нейросети оживленных сервиторов на кораблях. — Валхор, твой выход. Разорви их изнутри.

— На абордаж! — взвыл Валхор, вскидывая секиры к потолку. — Смерть живым! Слава Архитектору!

Десять тяжелых штурмовых катеров — угловатых, покрытых шипами и рунами некро-защиты — сорвались с подвесов флагмана и устремились в образовавшуюся брешь. За ними последовали десятки роев дронов-перехватчиков, окрашенных в пепельные тона Сингулярности.

Космос вокруг станции мгновенно превратился в адскую пляску огня. Орудия «Кербер-Прайм» успели дать залп: два захваченных сторожевика Черного Флота разлетелись на куски под ударами ослепительных копий тахионной энергии, но экипажи остальных даже не дрогнули. Мертвые стрелки не сбивали прицел от страха. Ответный шквал торпед и кинетических болванок с некротическими боеголовками накрыл защитные турели Архонтов. Взрывы расцветали беззвучными зелеными цветами, выжигая электронику и превращая внешнюю обшивку станции в искореженный шлак.

Герман не остался наблюдать за боем с мостика.

— Бальтазар, управление флотом на тебе. Держи дистанцию и глуши любые сигнатуры гиперпространственных маяков. Вейн — со мной. Мы идем в сердце цитадели.

— Слушаюсь, Архитектор!

Шагнув в круг телепортационной платформы мостика, Герман активировал персональный прыжковый модуль, запитанный напрямую от энергии ядра Мертвого Кода. Пространство содрогнулось, свернулось в сингулярную точку и выплюнуло их прямо в хаос абордажного боя на главной технологической палубе «Кербер-Прайм».

***

Воздух здесь пах озоном, горелым пластиком и синтетической кровью.

Валхор и его штурмовики уже прорубили широкую просеку сквозь первый эшелон обороны. Противниками выступали не люди — Архонты редко доверяли защиту ключевых узлов биологическим смертным. Против Черного Флота выстроились боевые автоматоны класса «Серафим»: изящные трехметровые андроиды из белого титана с четырьмя манипуляторами, вооруженными силовыми глефами и встроенными дезинтеграторами.

— Удерживать строй, ничтожества! — орал Валхор, разрубая пополам одного из «Серафимов». Верхняя половина робота еще падала, а лезвие второго топора берсерка уже снесло сенсорный купол следующего. — Ломайте их шарниры! Вскрывайте броню!

Однако защитники не отступали. Из глубин коридоров выдвигались новые подкрепления. На дальнем конце гигантского зала, поддерживаемого колоннами квантовых магистралей, замаячила массивная фигура.

[Обнаружен элитный противник!]

[Цель: Палач Протокола «Цербер» — Аугмент-Инквизитор Малакай]

[Уровень: 185]

[Класс: Кибер-Прелат Высшего Контура]

[Особенности: Псевдо-живая броня «Глас Творца», Иммунитет к базовым ментальным и ЭМИ-атакам, Встроенный деструктор материи]

Малакай не походил на бездушных автоматонов. Это было чудовищное слияние генетически модифицированного гиганта и тяжелого экзоскелета. Его лицо скрывала золотая маска с тремя горящими рубиновыми фоторецепторами, а из спины вырывались шесть сервоманипуляторов, несущих тяжелые плазменные излучатели.

— Осквернители… — голос Малакая гремел через внешние динамики, искаженный вокодером до низкого рева, сотрясающего палубу. — Гниль Мертвого Кода посмела коснуться чертогов Демиурга. Вы будете распылены на элементарные частицы. Протокол Очищения активирован!

Плазменные излучатели на его плечах взвыли, накачивая энергию для смертоносного залпа. Валхор, оценив угрозу, бросился вперед, выставив перед собой силовой щит, но расстояние было слишком велико.

— Назад, Валхор, — негромко произнес Герман, выходя из вспышки телепортации за спинами своих бойцов.

Его голос не был громким, но в нем звенела такая несокрушимая тяжесть, что даже яростный берсерк инстинктивно затормозил, опустив топоры.

Малакай перевел все три рубиновых глаза на Германа.

— Приоритетная цель обнаружена. Архитектор скверны. Уничтожить!

Шесть снопов ослепительной фиолетовой плазмы сорвались с манипуляторов Инквизитора, устремляясь в Германа. Температура в зале мгновенно подскочила до точки плавления стали. Воздух вспыхнул.

Герман даже не шелохнулся.

[Активация навыка: «Сингулярность Танатоса»]

[Режим: «Паттерн Энтропийного Горизонта»]

[Задействовано вычислительных мощностей: 200 TFlops]

Перед Германом не возник щит. Вместо этого само пространство в радиусе пяти метров от него инвертировалось. Свет погас. Появилась абсолютная, идеальная сфера черной пустоты, внутри которой время и движение потеряли всякий смысл.

Плазменные сгустки ударили в границу сферы — и не взорвались. Они не отскочили. Они начали вытягиваться в тонкие световые спирали, закручиваясь вокруг черного центра, теряя тепло, плотность и скорость. За десятую долю секунды колоссальная энергия залпа была просто сожрана, расщеплена на чистые байты мертвого кода и поглощена резервуарами Германа.

[Поглощено 48 000 единиц плазменной энергии]

[Конвертация в Нано-Эфир: +12 400 ед.]

[Заряд системного хранилища: 98%]

Золотая маска Малакая дрогнула. Сенсоры Инквизитора зафиксировали нарушение законов термодинамики, к которому алгоритмы Архонтов не были готовы.

— Ошибка… Парадокс массы… Невозможно! — проскрежетал киборг, отступая на шаг и активируя встроенный в правую руку молекулярный клинок.

— В вашем коде слишком много мусора, прелат, — холодно произнес Герман. — Позвольте мне провести оптимизацию.

Архитектор Смерти сделал плавный шаг вперед. Скорость его движения благодаря возросшей Вычислительной Мощности превосходила возможности восприятия органического глаза. Он не бежал — он просто исчез из одной точки пространства и появился в полуметре перед Малакаем.

В руке Германа пульсировал клинок из спрессованного Мертвого Кода, окруженный микро-воронками гравитационных искажений.

Малакай попытался нанести упреждающий диагональный удар молекулярным мечом. Его сервоприводы взвыли на пределе мощности, разгоняя лезвие до гиперзвуковой скорости.

Герман просчитал траекторию удара за 0.0004 секунды. Легкое отклонение корпуса влево — и клинок противника со свистом вспорол воздух, оставив лишь оплавленный след на палубе. В ту же секунду левая рука Германа, окутанная черным пламенем, легла прямо на нагрудный панцирь Инквизитора — туда, где под слоями титана и композита билось модифицированное органическое сердце и мерцал квантовый процессор.

— Протокол: Инверсия Био-Сигнатур, — прошептал Герман.

[Контактный захват цели: Аугмент-Инквизитор Малакай]

[Прочность цели: 100% -> 74% -> 31% -> 12%]

[Внимание! Порог активации «Инверсии Био-Сигнатур» достигнут!]

[Запуск процесса принудительной рекомпиляции нейросети...]

Малакай забился в конвульсиях. Его рубиновые рецепторы бешено замигали, сменяя цвет на бледно-зеленый. Из сочленений брони повалил густой, едкий черный дым. Киборг попытался закричать, но из динамиков вырвался лишь булькающий цифровой шум — код Танатоса пожирал его операционную систему, перезаписывая базовые протоколы верности Демиургу на абсолютное подчинение Архитектору.

Его псевдо-живая плоть, питающая нейроинтерфейсы, отмирала, пропитываясь нанитами распада, а механические узлы перестраивались, обретая угловатые, хищные формы.

Спустя пять секунд гигант рухнул на колени перед Германом. Его плазменные манипуляторы безвольно опустились, а затем синхронно поднялись вверх, фиксируясь в новом боевом положении. Золотая маска треснула пополам, обнажая почерневший металлический череп с пылающими изумрудным огнем сенсорами.

[Процесс завершен!]

[Уничтожен противник: Кибер-Прелат Малакай (ур. 185)]

[Получено опыта: 480 000 ед.]

[Создан уникальный конструкт: «Палач Мертвого Кода — Малакай-Рекс»]

[Лояльность: 100% (Абсолютная)]

[Внимание: Получен доступ к кодам авторизации Главного Реактора «Кербер-Прайм»!]

Оставшиеся в зале боевые автоматоны «Серафимы» синхронно замерли. Без приказов своего командира и под воздействием ауры Танатоса их системы управления вошли в бесконечный цикл критических ошибок.

— Добить их! — рявкнул Валхор, и его штурмовики с удвоенной яростью врубились в парализованный строй врага. Через минуту все было кончено. Пол зала был завален обломками белого композита, оторванными манипуляторами и хлещущими искрами кабелями.

Вейн подошел к Герману, на ходу вытирая рукавом брызги охлаждающей жидкости с окуляров.

— Архитектор… Это было безупречно. Малакай управлял всей внутренней безопасностью станции. С его кодами доступа мы можем войти в Серверное Святилище без подрыва бронедверей.

— Веди, — коротко приказал Герман.

Малакай-Рекс поднялся с колен. С каждым его шагом многотонная палуба вздрагивала, а за его спиной тяжело шевелились модифицированные сервощупальца, теперь оснащенные излучателями энтропийных разрядов. Новоиспеченный страж встал по правую руку от своего нового создателя.

Они двинулись по центральному коридору цитадели. Все встречавшиеся на пути автоматические турели и охранные барьеры деактивировались заранее: коды Малакая открывали путь прямо в святая святых крепости — Зал Квантового Реактора.

***

Сердце «Кербер-Прайм» поражало воображение своими масштабами.

Это была сферическая каверна диаметром в добрый километр. В центре, удерживаемый мощнейшими гравитационными ловушками, парил искусственный микро-пульсар — ядро чистой термоядерной и квантовой энергии, пульсирующее слепящим лазурным светом. Вокруг ядра вращались гигантские кольца охлаждения и сотни серверных стоек размером с многоэтажные дома. Здесь аккумулировалась информация всего сектора: логи перемещений флотов, запасы ресурсов, ключи к гиперпространственным вратам и координаты тайных арсеналов Архонтов.

— Какая мощь… — выдохнул подошедший по каналу связи Бальтазар, чье голографическое изображение развернулось рядом с Германом. Старый техномансер едва сдерживал благоговейный трепет. — Герман, этот реактор вырабатывает энергии больше, чем десять наших цитаделей у Врат Леты. Если мы сможем переподключить его к Сети Танатоса…

— Не «если», Бальтазар. Мы сделаем это прямо сейчас, — ответил Герман.

Он подошел к центральному консольному мосту, нависающему над ревущей бездной реактора. Здесь находился Главный Архитектурный Шпиль станции — монолит из чистого сверхпроводящего кремния, испещренный золотыми дорожками микросхем.

Герман положил обе ладони на холодную грань монолита.

[Обнаружен узел стратегического контроля: Главный Шпиль «Кербер-Прайм»]

[Текущий статус: Автономный режим обороны Архонтов]

[Желаемое действие: Развертывание Опорного Рубежа 2]

[Требования:]

- Вычислительная Мощность: не менее 500 ед. (Выполнено: 540)

- Наличие стабильного канала с Рубежом 1 (Выполнено: Связь через Врата Леты активна)

- Запас Нано-Эфира: 50 000 ед. (Выполнено: 64 200)

- Контроль над командным контуром (Выполнено: Коды получены)

[Начать трансформацию узла?]

[— Инициировать протокол «Развертывание Рубежа 2», — вслух произнес Герман.]